«Преданья старины глубокой» — трилогия Александра Рудазова, посвящённая борьбе сказочной Руси против разнообразных чудищ и нелюдей, присягнувших на верность Кащею Бессмертному. Впрочем, «сказочность» уже на излёте: магов почти не осталось, известнейшие богатыри или умерли от старости, или постарели, да и силы зла уже вымирают. Собственно, в центре повествования как раз и оказывается окончательный закат сказочной, магической истории земли и окончательный переход цивилизации в технологическое русло: сильнейший маг Кащей Бессмертный пытается переломить тенденцию, уничтожив большую часть человечества, а герои защищают себя и свою землю, попутно добивая остатки нечисти и тёмных магов. Что задаёт нехарактерный для автора минорный настрой всей трилогии: персонажи могут бороться и строить планы, но мы-то знаем, что большая их часть будут вычеркнуты истории, их артефакты и знания будут потеряны, а за победой над Кащеем в самом ближайшем времени (серия стартует в сентябре 1206 года и кончается весной 1207) последуют поражения от монголов.
Первая книга, давшая название всему циклу, вышла в 2006 году и была по сути одной большой завязкой с достаточно локальным обменом ударами между сторонами. «Былины сего времени», также известные как «Русь былинная», вышли только 11 лет спустя, а последняя книга трилогии, «Конец сказки» — в 2019 году. В 2020 первые две книги были переизданы в другом издательстве.
Завязка
На востоке от русских земель располагается царство Кащея Бессмертного — чёрного мага, жестокого правителя и неубиваемого лича. Там рядом с людьми живут странные народы: людоящеры, псоглавцы, оплетаи, а то и совсем непонятные существа; там стоят жертвенники старым и злым богам; там небо всегда затянуто тёмными тучами и творится злое волшебство. Иногда с востока приходят разбойные ватаги, но в целом Кащей Русь давным-давно не беспокоит. Скорее уж сами русские богатыри беспокоят его, периодически пытаясь убить неубиваемого злодея. Куда больше русские княжества озабочены разладом между собой: старое лествичное право прекратило действовать, славный Киев перестал быть центром земли русской, и всё чаще князья ходят войной друг на друга…
… А зря. Потому что Кащей не успокоился и не постарел. Он давно уже следит за ситуацией в мире, видит, как расплодившееся человечество уничтожает и вытесняет остатки других народов — и готовится переломить ситуацию. В его закрытых для соседей землях готовятся армии, а шпионы стравливают русские княжества между собой. Большую войну невольно запустил князь Игорь Берендеич, князь ратичский, который сначала попытался атаковать Кащея лично и в одиночку, а потом, узнав о том, что к Кащею его спровадили обманом, сам позвал злодея в свой город. Ратич Кащей разорил почти в одиночку — а дальше начал стягивать силы для большой войны. То же пришлось делать и русским княжествам.
Тем временем Ивану-Дураку, незадачливому брату покойного Игоря и царствующего в Тиборске Глеба, предстоит помочь своей семье найти союзников для будущей защиты от Кащеевых орд, а затем и раздобыть смерть злодея. В этом ему поможет удачно освобождённый из капкана оборотень, Яромир Волхович по прозванию Серый Волк…
Тропы
СеттингПерсонажиБестиарийСюжетВосприятие
Амазонки — поляницы, древний народ, в котором женщины сражаются и используют мужчин только для оплодотворения, выбирая тех, кто посильней и покрасивей. Когда-то правили всей Русью и жили оседло, затем были вынуждены бросить земли и мужей и бежать, переселились в степи и стали кочевницами, постепенно уменьшаясь в числе. Поддержали Русь в борьбе с Кащеем — во многом потому, что Иван-Дурак ухитрился стать женихом их царицы. Как и все кочевники, сильны возможностью поставить сразу большую армию (по сути, все взрослые поляницы — воительницы), слабы тем, что большие боевые потери уничтожают не только армию, а буквально весь народ. В итоге после пирровой победы над кащеевой ордой поляницы фактически перестали существовать как народ и растворились среди русичей.
Антисказка — собственно, обыгрываются все сказки и поверья, от народных до пушкинских, чаще всего — русские, но иногда и иностранные, популярные в России. Часть играется прямо (как история Иван-царевича и Серого Волка, похищающих молодильные яблоки), часть косвенно (например, Садко на самом деле отправлялся к морскому царю — но когда-то давно, а сейчас он уже старый, зажиточный новгородский купец), часть выворачивается до неузнаваемости (так, Колобок стал Кобалогом, Адской Головой, монстром и, скорее всего, мелким хтоником). Общий настрой — сдвиг в сторону реалистичности и отращивания «бороды» у сказочных сюжетов.
Антисказки любит рассказывать кот Баюн — хотя в мире произведения это, скорее, наоборот. Так, в «Сказке о попе и работнике его Балде» в исполнении Баюна Балда был притворившимся человеком нечистым духом, который исхитрился заполучить себе душу жадного попа.
Волшебное зеркало — вариант «умных вещей», которые делали чародеи прошлого. Есть два варианта: сделанное Кащеем позволяет показать любую точку земли, найти конкретного человека или предмет — но работает только в его дворце. Принадлежавшее Синеглазке умеет только нахваливать хозяина, чтоб поднять ему самооценку.
Ивана Дурака, убитого Мизгирём, воскрешают типичным сказочным способом: сначала кропят мёртвой водой, взятой из Нави, чтоб тело срослось, а потом — живой, подаренной волхвом Всегневом.
Очокочи умеет воскрешаться самостоятельно, если его ещё разок ударить оружием, которым его убили. Кащей Бессмертный использует реплику нужного оружия и чуток своей магии на уже начавшем гнить трупе, но получается ослабленная нежить.
Приживлённый к ране цветок папоротника даже простому человеку даёт возможность видеть невидимых тварей, прозревать через толщу земли и мороки, видеть скрытые тропы. Так с ним клады и разыскивают: не то, чтоб сам цветок к золоту выводил, а просто в дарованном им зрении заговорённый клад просто-таки светится.
Маги обладают способностью видеть магию и менее материальных существ. У Василисы этот навык развит похуже, так как она ещё не наловчилась, у Яромира, при всех его невеликих талантах к колдовству — получше за счёт богатого опыта. Этот навык позволяет прозревать наведённые иллюзии и, например, угадывать механизмы работы магических артефактов.
Аналогично маги, волшебные существа и некоторые простые звери типа кошек или змей могут видеть менее материальных, скрытых от глаз обычных людей существ типа домовых.
Вий Быстрозоркий, как бог и бывший повелитель смерти, даже с закрытыми глазами всё прекрасно видит. Дешёвой шапкой-неведимкой от него не спрятаться.
Вырождение и деградация — много кто. Буквально весь мир переходит от магикального развития к техническому, теряя старые знания и культуру.
Люди когда-то владели магией, создавали умные вещи, стоили целые школы волшебства. На момент событий магов по пальцам руки пересчитать можно, большая часть — недоучки, почти все гибнут к концу трилогии.
На Руси когда-то при каждом князе был богатырь, а то и не один. Чудищь сокрушали, с армиями один-на-один выходили, птиц криком молодецким в полёте били. Теперь остался необычайно долгоживущий из-за святогоровой силы старик Илья Муромец и искусственно омолодившийся Демьян Куденевич, а после конца истории, как мы знаем, богатырей на Руси больше не будет. Тот же троп отыгрывается и с политическим устройстом: когда-то все русские земли жили дружно, а князья были членами одной семьи, меняющимися городами в рамках фактически одного семейного владения. Теперь все сидят в своих уделах, ссорятся из-за пустяков и ходят войной друг на дружку, родство Рюриковичей ничего не значит, Киев уже стольным городом не считается. Раскололась и разделилась Русь, силу потеряла.
Людоящеры когда-то правили своими странами у экватора, строили города и владели сокровищами. Теперь они потеряли всё, а последние куски народа загнаны куда-то в тайгу, где у них жизнь только летом и теплится. От всей культуры осталась только привычка сражаться длинными мечами и в нормальной броне, а не в коже с наклёпками. Из всей ящеровой экосистемы остались только кормовые вараны — а ведь были у них когда-то даже свои чешуйчатые кони-ящеры! А ещё раньше людоящеры летали к звёздам и завещали потомкам не использовать в войне силы Неделимого Огня…
Дэвы когда-то владели Кавказом — а теперь загнаны на самые высокие пики, и вся их сила не компенсирует того, что их год от года меньше, и прошлые войны с людьми кончились разгромом. Мать текущего царя дэвов прямо подсвечивает троп, описывая, как после прошлой войны обескровился их народ — и до сих пор не восстановился.
Горные карлы когда-то встречались в горах по всему миру, за сотни лет до действия книг они покинули Кавказ (полукарла Джуда ещё помнит времена, когда они жили в Грузии), теперь лишь часть их осталась в царстве Кащея, а остальные уходят всё глубже и глубже в горы Урала.
Гордая и воинственная раса — людоящеры. Чтут кодекс чести воина, запрещающий им показывать врагу спину, добивать тех, кто не может защищаться, бросать товарищей в беде. Из-за этого и оказались на стороне Кащея: куда более прагматичные люди захватили земли рептилий и вытеснили их чуть ли не в тундру, где теплолюбивым ящерам живётся очень плохо. На момент действия их осталось всего ничего, но кодекс свой они всё равно соблюдают. Кроме единственного социопата-Драхотопула, которого за подлость и расовую нетерпимость изгнали в русские земли.
Город, которого нет — действия начинаются в Ратиче, где правил князь Игорь Берендеевич и который почти сразу разорил Кащей, продолжаются в Тиборске, где раньше правил отец героев князь Берендей Вячеславович и где во время действия княжит Глеб Берендеевич, да и вообще вторжение Кащея происходит главным образом в Тиборском княжестве. Гуглёж показывает, что ни таких городов, ни такого княжества в России нет и никогда не было. В конце третьего тома даётся изящный обоснуй: после того, как войско кащеево разорило княжество и уничтожило Тиборск, а князь Глеб и большая часть его армии пала в последнем бою, его зять Всеволод Большое Гнездо принял дочку обратно к себе, да и тиборские земли «до появления наследника» приписал к своему княжеству. А чтоб не вызывать вопросов типа «а почему Всеволод на двух столах разом сидит», приказал Тиборское княжество особо не поминать в бумагах. Разрушили и разрушили, нет города — вот и не надо его зазря поминать. Наследник у Глеба так и не родился, последний оставшийся Берендеич — Иван Дурак, который во-первых никакого авторитета не имел, а во-вторых почти сразу отправился в кащеево царство и сгинул. Так Тиборское княжество и его князей, вымаранных сначала из официальных бумаг, а потом и из летописей, и забыли, а их территории стали считаться исконными землями княжества Владимирского.
Гримуар — у Кащея таких целая полка. По именам названы 22 труда по тёмной магии. Некоторые просто стоят, другие имеют переплёты из людских костей, Сносудец разумен и может говорить с пользователем, а Запись о Днях и Часах постоянно шевелится, и вообще её лучше лишний раз не открывать, чтоб не пропасть.
Дальновидение — классический вариант, колдовское блюдце, сделанное Кащеем. Работает с помощью заключённого внутри зеркального духа, может показывать как произвольную точку на карте мира с любым увеличением, так и осуществлять «контекстный поиск» — например, показывать определённых людей по имени или просто по описанию.
Дэвы и асуры — обитающие на Кавказе дэвы. Пузатые бурокожие великаны вдвое выше человека, рогатые, ушастые, хвостатые, покрытые шерстью. Разумны — но не особо умны и ленивы. Преимущественно мужчины: девочки у них редко рождаются. Часто страдают всякими уродствами типа горбов или двух голов — фиг знает, из-за особой природы или потому, что племена маленькие и жениться подчас на сёстрах приходится. Живут типичной жизнью дикаря: селятся в пещерах, носят шкуры, ведут какое-никакое хозяйство — но без особого желания. Пока дэв сыт, он лежит; проголодается — пойдёт, поймает что-нибудь и съест. У дэвов есть цари — хотя, скорее вожди, если судить по численности народа; они могут заключать мир или объявлять войну, но недостаток мотивации не позволяет им придерживаться одной политической позиции долго. В момент повествования царь дэвов Бегелу взял замуж царицу каджи и попал под её влияние, так что два эти народа стали союзниками и скоро покинут землю, уйдя в страну Каджети: людей на Кавказе стало слишком много, и, хоть дэвы и грозятся уничтожить Грузию, скорее уж обратное случится.
Защитный амулет — такие изготавливали для героев Всегнев и Овдотья Кузьминишна:
Первый в поход к острову Буяну дал каждому герою по завязанному узлу, способному уберечь из от одного удара железом. Весьма полезно для боя с железным великаном-Косарём. После одного удара узел развязывался и терял силу. Также пригодился героям оберег из когтей филина, нейтрализовавший вышедший из кащеева сундука ядовитый газ.
Вторая изготовила булавки, защищавшие несущих яйцо со смертью героев от магического обнаружения.
Звуковое оружие — суперспособность полувелета Соловья Рахмановича «Разбойника» — свист, порождающий что-то вроде узконаправленной ударной волны. Им он может прицельно сбить сокола в небе, пробить навылет человека с щитом, разрезать стены деревянных хором, развалив всё здание. И это при том, что показанный в книге Соловей — старик, подорвавший здоровье после поражения от Ильи Муромца и многих десятилетий, проведённых в казематах князей киевских. В молодости он и посильнее свистел.
Зловещий замок — Костяной дворец Кащея. Тёмная, древняя, веками достраивающаяся громада, стоящая посреди тёмных лесов, болот и гор. Внутри, однако, всё не так страшно: палаты Кащея обставлены богато, а кроме них в крепости куча дворов, казарм, помещений для слуг и даже большая кузница по производству дивиев.
Иммортократия — в Кащеевом царстве. Собственно, всё царство — набор разных народов, подчиняющихся Кащею Бессмертному, который этой землёй уж какую тысячу лет владеет. А после его пленения всё царство и рассыпалось.
Магия вероятностей — основная сила Лиха-Злосчастья. Эта бывшая баба-яга, окончательно ушедшая в Навь и ставшая нечистью, в основной форме нематериальна и невидима. Но может накладывать на жертву крайнее невезение. Как на одного человека, так и на нескольких. В объёме армии, да во время боя — эффект получается опустошительным.
Магия иллюзий — Василиса накладывает иллюзию на себя и своих спутников, чтоб дойти по кащееву дворцу до его сокровищницы без помех. Сама притворяется Ягой Ягиничной — что очень удобно, потому что со старой людоедкой никто связываться не захочет.
Магия разума — Василиса Премудрая и до, и во время событий книг использует привороты. А в конце третьей использует подчинение чужого разума уже в бою: заморачивает двух гигантских дивиев, охраняющих сокровищницу Кащея, чтоб они приняли друг друга за врагов.
Магия света — волхв Всегнев Радонежич, как почитатель бога Солнца Даждьбога, может обратиться к его силе и пролить на врагов поток солнечного света. Людям от того вреда нет, а вот нечисти становится плохо. Делает он это трижды: парализует светобоязненного зверобога Врыколака, ослепляет отражённым от щитов светом солнца дивиев и изгоняет Вия. Правда, долгое использование божественных сил человеку не на пользу: Всегнев столь ярко светит, что и сам загореться может.
Магия уходит из мира — основной конфликт сеттинга. Люди пришли и заполонили земли, почти вытеснив прочие расы. Потом пришёл единый бог, и его культ вытеснил прочие, после чего старые боги покинули мир. Завяло мировое дерево. Из-за этого всего урождённых или получивших силу магов стало меньше, а учёные опасались делиться знаниями и плодить конкурентов, из-за этого знания терялись. Уже на начало первой книги сильных магов оставалось буквально на пальцах одной руки пересчитать, слабеньких — не так уж и много. По ходу дела лишается силы самый сильный маг мира — Кощей Бессмертный, гибнет его союзник Джуда и три бабы-яги, а учившаяся у младшей бабы-яги и унаследовавшая силу старшей Василиса Премудрая скрывается в лесах. Кроме того, в конце второй книги Иван-Дурак повалил камень Алатырь и потопил остров Буян, из-за чего граница между мирами стала толще, а магия — слабее. В итоге к концу трилогии магия, артефакты и чудища кончились почти совершенно, а в аппендиксе упоминается, что монгольское нашествие зачистило последние следы магии и нелюдских народов. Так сказка окончательно кончилась.
У Василисы есть собственноручно изготовленная шапка-невидимка, которая не раз выручала ей как в путешествиях по дворцу Кащея, так и в финальном бою с ним. А до того она с помощью невидимости инсценировала собственное похищение, а затем убедила мужа отправиться к Кащею, нашептывая правильные слова на ухо брату.
зверобог Врыколак невидим в темноте, так что опознавать его приходится по сопению и следам. А на свету он в принципе ходить не любит. Другие духи также любят становиться невидимыми: это умеет буквально вся нечисть, особенно домашняя.
Буря Перумовна зачаровала свой дом так, что Змей Горыныч, даже зная где примерно скрываются герои, её избушку найти не может.
Лихо Одноглазое в своей основной форме невидимо, зато насылает на врага невезение. Только особой магией его можно вытянуть в какую-то видимую, материальную форму, чтоб связать и изгнать обратно в Навь.
Некромантия — одна из магий, знакомых Кащею. Он и сам маг, и сын бога мёртвых, Вия Быстрозоркого — так что упырей легко подымает, а всяких навьев — призывает из Нави. Собственно, основной план злодея на бой с Русью — устроить больную битву между своим и русским войском, а ближе к концу — одним заклятьем превратить в умертвий всех погибших. Рядовые умертвии — по сути, куклы на колдовской нити, дерутся неуклюже — но при таком числе и общей малоуязвимости мертвяков это не важно. Армия начнёт пополняться быстрее, чем разрушаться гнить — и сокрушит человечество.
Неприятный ингредиент — придя в гости к бабе-яге, нельзя пить кисель. И если брагу у Яги Ягиничны пить нельзя, потому что она туда сонное зелье подмешивает и заснувших людей жрёт, то кисель нужно игнорировать независимо от морального облика конкретной бабки-ёжки: они его по одному рецепту готовят, на плесени настаивают.
Нечисть боится святых символов — многие духи боятся креста и молитвы. Действует это на леших, водяных и их прислужников ичетиков, русалок, духов болотных… Навьи от святой воды буквально дымятся. А сильный верующий и сестёр-лихорадок может разогнать. А вот Кащея таким образом не пересилить: его намоленный крест если и жжёт, то медленнее, чем Кащей регенерирует.
Никакого эффекта — в Ратиче отец Онуфрий пытается изгнать Кащея Бессмертного, повелителя нежити, божественной силой и крестом. Не вышло: благие силы оставили на злодее небольшой ожог, который тотчас исчез — урона меньше, чем от меча. А всё потому, что Кащей, так-то, человек, пусть даже богорождённый и продливший себе жизнь магией. Какой-то специфической уязвимости к символам христианства у рождённого до Христа волшебника тем более нет.
Собственно, под троп подходят почти все попытки как-то навредить Кащею. Он их либо игнорирует, либо регенерирует быстрее, чем его бьют. Но про то, что тыкать лича железкой бессмысленно, все умные люди итак знают. А вот на божью защиту надежда на самом деле была.
Окаменение — Яга Ягинишка владеет заговорённым прутиком, которым может коснуться человека, сказать «Замри» — и обратить того в каменное изваяние. Вернуть жертву в норму ей столь же просто: достаточно сказать «Отомри». Впрочем, судя по всему, пребывание в каменном облике для жертв крайне неприятно.
Царица каджи, прекрасная Божми, обращала докучливых ухажёров в камень. Причём только ниже пояса, чтоб голова жила и мучилась, постепенно умирая от жажды.
Медной Горы Хозяйка может обращать тех, кто ей не потрафит, в пустую горную породу. Правда, против Кащея фокус не работает: превратить в камень его можно, да только он столь же легко превращается обратно.
Во-первых, много какую нежить отгоняют или ослабляют особые травы, типа Адамовой головы или плакун-травы. На оборотней помимо прочего плохо действуют петров крест и одолень-трава. Даже на сугубо положительных.
Русалки боятся полыни — она их кожу буквально жжёт, как кислота. Небольшим пучком можно разогнать целую ораву.
Персонально Кобалог ненавидит острые специи, а молочай вовсе ослабил его природную броню до состояния, когда её оказалось возможно пробить.
Отравленное оружие — среди стрел, которые подарил Яромир Ивану, есть чёрные — смертельно отравленные, и зелёные — только усыпляющие и обездвиживающие.
А у Кащея волшебный меч, Аспид-Змей, буквально ядовитый: умеет превращаться в змею, и может прямо во время замаха отрастить змеиную голову и плюнуть во врага ядом поверх щита.
Отрезвитель — Яромир знает заговор, который позволяет, с помощью волшебных травок и капли употреблённого страдальцем алкоголя быстро снять похмелье и протрезветь. Пришлось один раз применять к Ивану Дураку, который, по случаю гибели брата и родного города употребил весь найденный алкоголь и пришёл в совершенно неподходящее для дальнего пути и выполнения каких-либо квестов состояние.
Офигенно большой меч — волшебный клинок-оборотень Кащея, угольно-чёрный Аспид-Змей, имеет длину в пять локтей (более двух метров) и волнистое лезвие, предназначенное для «пропиливания» брони и нанесения тяжелозаживающих ран. Ну, в дополнение к тому, что это это волшебный меч, который любую кольчугу пробивает. Поскольку его хозяин — сверхсильный лич Кащей Бессмертный, то с таким длинным клинком он легко обращается одной рукой. А вопросы с инерцией решаются тем, что кладенец-оборотень может частично обращаться и изгибаться прямо во время замаха.
Усыня орудует мечом длинной более трёх метров и весом под 160 килограмм — скорее даже не мечом, а чуток наточенной рельсой. Вот только сам Усыня — велет, великан раза в три выше человека ростом и немалой силищи, так что ему такое оружие сходит за одноручник.
Парящее оружие — архитепичная палица-буявица, летающая самонаводящаяся и самобьющая палица, изготовленная Кащеем. Активируется хозяином простым стишком-заговором, после чего начинает изничтожать его врагов, ломая и броню, и кости. Правда, может быть перехвачена вражеским магом.
Волх Всеславович не только сам обращался в кого хотел, но и других мог превратить — как-то раз он целую армию обратил муравьями, чтоб пролезть в осаждаемую крепость.
Сюжетную роль играет превращение Василисы Премудрой в лягушку, совершённое Ягой Ягинишной и Кащеем Бессмертным. Последний не мог прямо убить приворожившую его симтарин-травой женщину, вот и предпочёл обратить её в безобидный образ, выкинуть на болото к цаплям и отвернуться. Позже Буря Перумовна частично сняла заклятье, позволив Василисе быть человеком ночами, а после получения полноценных сил бабы-яги Василиса от заклятья окончательно освободилась.
Кащей легко и непринуждённо превращается в ворона, когда нужно полетать.
Развитие языков — встретившись с Всегневом Радонежичем, весьма древним волхвом, помнящим ещё времена старых богов, Иван отмечает, что тот «окает» и крайне отчётливо произносит «к», что для юго-восточных русских княжеств уже нехарактерно. Северяне-новгородцы тоже имеют свой, отличающийся акцент: они «цокают» и «гэкают», особенно выросший среди городской шпаны Василий Буслаев. А Буря Перумовна — возрастом примерно равная Кащею, но, в отличие от него, не общающаяся активно с современными народами — вообще почти все слова говорит на свой манер, например, использует окончания -а в прилагательных вместо -ая. Персонаж легендарных времён Огненный Щит и вовсе изъясняется странным ритмом, толи просто переставляя слова, толи белым стихом.
Дивии получаются из оплетаев — бывших людей, когда-то давно наполовину отправленных в Навь. Горные карлы готовят железный «доспех» с штырями внутри, затем одноглазого, однорукого, одноногого уродца засовывают внутрь, закрывают костюм, втыкая железо в плоть — и после «запекания» покорная кащеевой воле кукла готова. Подобные магические киборги размножаться не могут, и потому Кащей перековывает только старых оплетаев.
Лембои размножаться не умеют, поэтому похищают детей и воспитывают их, постепенно превращая в себе подобных. На вид лембой от человека почти не отличается, что делает его неплохим шпионом. Но он злой. И носит одежду, заправляя полы наоборот.
Навьи могут быть созданы старшей из Лихорадок: кто от неё умрёт, восстанет навьем.
Во-первых, что за богатырь без сверхсилы? Илья Муромец, например, получил силу сначала от каликов перехожих (трёх старых, полубезумных стариков, которых мы уже знаем), а потом ещё и принял в себя оставшуюся у стареющего велета Святогора силу — и в итоге заламыват драконов голыми руками, да и живёт уже который век. Демьян Куденевич после омоложения отжимает пасть Горынычу и выбивает ему клыки, а через отряд татаровьёв вообще проходит в одиночку, не тормозя даже. Были и другие богатыри, да на момент действия почти все постарели да померли, остались только в легендах.
Во-вторых, Кащей Бессмертный не только неубиваем, но и дьявольски силён. Ему зачастую вообще не надо колдовать: он человеку руками может сердце вырвать, одни лишь пальцы с такой силой воткнуть, чтоб мясо прорвать. Собственно, половину отряда Ратича он изничтожает голыми руками, больше заботясь о том, чтоб те не бежали, а потом прошёл по городу и выломал ворота. А в последнем бою голыми руками же порвал Илью Муромца.
В третьих, сверхсилу и сверхскорость можно получить, пожевав одолень-травы. Правда, на считанные минуты, и с откатом в виде большей слабости после окончания эффекта.
Сверхскорость — постоянная способность Кащея наряду со сверхсилой. Простой человек может разогнаться до сравнимых скоростей, пожевав одолень-травы — но действует она считанные секунды, а затем следует откат в виде упадка сил.
Взгляд Вия, если он сумеет поднять веки, убивает вообще всё: людей, дома, города, даже скалы в пыль дробит.
Взгляд василиска послабже: просто убивает человека. Да и то не всякого: баба-яга может обойтись и небольшим недомоганием, временным параличом. Другой вопрос, что в бою даже секундная задержка — это много. Василиск не убьёт — так пестом по башке приголубят.
Вариант «путешествия через варп» — придонный тракт водяных и лесной тракт леших. Формально духи-местники идут по какому-то одним им ведомому пространству. Фактически водяной из далёкого озера может вынырнуть хоть из не связанной с тем озером реки, хоть из колодца, а если поднапряжётся — то и из чарки с водой.
Вариант «тактической телепортации» — семивёрстные сапоги. Переносят с каждым шагом примерно на семь вёрст — когда побольше, когда поменьше, от шага носителя зависит. Не запрещают хоть вперёд-назад, в два захода сдвигаясь на меньшие расстояния, в том числе и появляться-исчезать прямо посреди боя, шагая то прочь с поля брани, то обратно на него, только в чуть другое место.
Управление погодой — Кащей и такое может. Насылает на Русь тучи, чтоб обеспечить спокойное передвижение своему неживому войску — а в кащеевом царстве и вовсе организовал вечную ночь на некоторых территориях.
Всегнев, как волхв небесного Даждьбога, может призывать дождь. Удобно, когда нужно окатить нежить святой водой, а воды в промышленных количествах с собой нет.
Шок и трепет — прерогатива Перуна и тех, кто получил от него часть сил:
Кащей Бессмертный владеет перуном — железным артефактом странной формы, который может метать молнии. Перун когда-то был подарен Перуном своему сыну Гороху (возможно, Гроху или Грохоту), а после найден слугами Кащея в кургане. Работает артефакт только в руках бога или полубога, что и позволяет Кащею Виевичу им пользоваться — правда, в четверть силы. Однако некоторых, особо любимых Перуну людей, перун не берёт.
Старшая баба-яга Буря Перуновна обладает способностью пускать молнии из рук. Эту же способность получили прочие бабы-яги, поскольку они приняли от старшей бабы-яги половину её мощи. Правда, с непривычки этот навык отнимает много сил, да и на других бабок-ежёк не особо действует.
Антигерой — проще сказать, кто с положительной стороны не. Но каждый по-своему:
Протагонист Иван-Дурак — ну, дурак. Он не ловит идиотский мяч, он его с собой в кармане носит вместе с кащеевым яйцом. И от этого страдают окружающие. Сам-то Иван парень хороший, но по глупости запросто способен и на воровство (пусть и с подачи товарища), и на прелюбодеяние (это у него и самого отлично получается), в том числе с невестой брата, и с чужой женой. А уж полениться и скинуть работу на другого он всегда рад, просто (из-за глупости) не всегда получается.
Девтерагонист Яромир — прагматичный герой, как он есть. Ради высокой цели способен организовать разбойное нападение на знакомого и положительного волхва или обманом выманить целую гору золота у водяного, обещавшего одну лишь шапку.
Князь Всеволод Большое Гнездо, глава русских сил — тот ещё фрукт. Сражается на хорошей стороне и много сделал для победы — но оказался там вопреки своей воле, просто потому, что Кащей, разделавшись с Тиборском, пошёл бы к нему. Использовал своё влияние для укрепления власти и захвата тиборских территорий. В общем, жадный и беспринципный политик, волей Кащея оказавшийся на правильной стороне.
Василиса Премудрая, она же Прекрасная — начинающая колдунья, которая просто хотела выйти замуж за князя и спровадить его на тот свет, чтоб самой быть полновластной правительницей (и, с шансами, повторить схему). По случайности оказалась кащеевой женой и врагом злодея, от пережитого немного раскаялась и помогала героям, пока с угрозой Руси и Василисе лично не было покончено. Даже способна проявить сострадание… немного.
История об уничтожении Великих Змеев пахнет дурно. Славный богатырь Добрыня Никитич долго бился с драконом Горыном — а потом помирился с ним и поклялся на крови, что Добрыня не тронет Великих Змеев, а Горын — людей. Вот только потом выяснилось, что Горын не просто так подобрел: у него в тайной пещерке жила Царица, готовая отложить кучу яиц. Осознав масштаб проблемы в виде сотен драконов, Добрыня позвал других богатырей и вместе с ними убил Горына, его жену и всех не рождённых детей, кроме будущего Змея Горыныча, который родился уже де-факто из трупа. Явно не в сияющих доспехах Добрыня ходил, как минимум после такого…
Антизлодей — куча поименованных персонажей со «злодейской» стороны.
Тугарин Змиуланович — лидер людоящеров, позиция которого состоит в том, что люди вытеснили его народ с исконных территорий, и нужно отбить свои земли обратно или достойно умереть в бою. Тугарин смел, соблюдает кодекс воина (в частности, не убивает бессильных противников), ценит жизни товарищей и готов спасать их даже вопреки приказам.
Калин-хан — просто лидер одного из людских народов, по историческим причинам оказавшийся на стороне Кащея. Тоже смел, силён, борется за благо своего рода-племени, поддерживает боевых товарищей. При этом, конечно, участвует в грабительских набегах — но не сказать, чтоб больше самих русских князей. У него ещё и оправдание есть, что грабит чужаков, а не своих соплеменников, в отличие от.
Сам Кащей, не смотря на мотивацию убить всех людей (на самом деле — не всех), имеет много героических черт. Он и умён, и силён, и по-своему борется за благо всего мира. И даже бесчувственным и жестоким он стал не по своей воле и ничего с этим поделать не может.
В первую очередь, главный антагонист Кащей. Неуязвим (точнее, регенерирует быстрее, чем его бьют), физически силён настолько, что может продырявить человека одними пальцами, крайне быстр, владеет мечом-оборотнем и громобоем, является самым сильным волшебником Земли. В общем-то, даже его одного совершенно непонятно, как останавливать — мог бы целую армию сокрушить со временем. Но один Кащей обычно не ходит…
Илья Муромец. Выдающийся богатырь даже среди других богатырей, который простых людей как котят разбрасывает, драконов голыми руками ломает.
Барон — именно так позиционирует себя Соловей-разбойник. Дескать, он занял землю, в которой власти не было, построил там укреплённый дом, заселился с большой семьёй и товарищами — а всех входящих-выходящий судил своим законом, как владыка аллода, пусть даже мелкого. Понятное дело, окружающим русским княжеством такое положение дел не нравилось, и в итоге Илья Муромец людей и семью Соловья убил, а его самого взял в плен и отдал князю киевскому.
Бедный злодей — Кащей, как открывается в его предыстории. Был он сыном бога, но смертным; жил свою долгую жизнь, правил царством, потихоньку разрабатывал ритуал для обретения бессмертия… пока его не пленили, а земли не захватили. Вражеский чернокнижник превратил подданных Кащея в одноногих, одноруких, одноглазых оплетаев, а самого его шутки ради заковал в золотые цепи и запытал до того, что мужик средних лет превратился в отвратительную развалину с гноящимися рубцами на коже. Попутно те же злодеи лишили власти его возлюбленную, Бурю Перумовну, и вынудили её спасаться бегством. Спустя годы позабытый уже будущий Кащей бежал (хотя скорее уж выполз из открытой камеры), забрался в свою старую лабораторию и провёл дарующий бессмертие ритуал, используя в качестве вместилища своей силы и души иглу, которая застряла в его теле во время пыток. Однако ритуал был несовершенен, и из-за этого Кощей потерял все чувства. Кроме чувства жадности к золоту: ритуал нужно было проводить голышом, но бессильный пленник не сумел снять золотые цепи. После Кащей какое-то время пытался выжать из себя если не чувство любви к найденной возлюбленной, то хотя бы чувство жалости — но не смог, да так и остался жить бесчувственным вечным жадиной. А свой народ по изобретённой захватчиками технологии стал превращать в волшебных железных болванов-дивиев.
Благонамеренный экстремист — как ни странно, Кащей — абсолютно лишённое эмоций (кроме жадности к золоту) чудовище отвратного вида, которое легко убивает людей одним касанием. Он осознал, что человечество множится, усиляется и уничтожает другие расы — и скоро останется на Земле одно, да и к нему может полезть. При этом, в отличие от многих других волшебных существ и чародеев, Кащей не бежал в какой-нибудь другой мир, а решил спасать свою родину и волшебные народы. При том, что он так-то сам человек. Кстати, если поверить на слово Стафании из «Мудрецов», люди на Земле вообще не местные, они пришли с Эйкра — что делает позицию Кащея ещё более обоснованной. У него даже идейные сторонники в русских землях есть.
Вербальный тик — омоложение не пошло на пользу Коту Баюну. Он и до того любил сквернословить, но после всех приключений начал постоянно вставлять «сука» к месту и не к месту.
Воин vs солдат — по сути, главное отличие кащеевых войск от русских. На той стороне много монстров нечеловеческой силы, колдунов, просто крутых солдат — тот же Калин-хан в одиночном бою скачет, как ниндзя, и валит множество простых солдат самой обычной сабелькой. Небольшой вылазкой злодеи десантируются во Владимире, освобождают кота-Баюна и улетают, перебив кучу хороборов и разорив самый центр города. А вот настоящих командиров для больших армий и солдат, чтоб эти армии составить, у них нет. Кащей столь хорошо защитил рубежи, что к нему только отдельные сумасшедшие богатыри ходят; междоусобиц он тоже не шибко допускает, а в другую сторону, на бедные приграничные русские деревни, выдвигаются только небольшие ватаги налётчиков. В итоге опыта большой войны ни у войск, ни у командиров нет, каждый сражается сам за себя и в одиночку, а чудища так и вовсе отвлекаются только так. С другой стороны, Русь переживает период раздробленности и раздора, княжеские дружины регулярно ходят друг на друга войной — и что способных держать строй воинов, что умелых офицеров у русичей порядочно. В итоге кащеево войско побеждает в числе, но теряет всех командиров и разбегается, а русское сохраняет структуру и боеспособность и побеждает.
Военный социопат — людоящер Драхотопул. Сильнейший из своего вида, но при этом ненавистник людей, безразличный к кодексу чести людоящеров. Считает, что воевать нужно всеми методами, потому что если сражаться честно, то победить не получится. Запросто убивает союзников, за что в конце концов был изгнан из племени и отправился на Русь, где приступил к методичному уничтожению человечества своими силами. Просто выбрал деревеньку, окопался рядом и стал убивать одну-другую семью за ночь, хладнокровно пытая и сжирая жертв.
Героический антагонист — Тугарин. На злодейской стороне есть и откровенно злодейские чернокнижники, и бездушный Кащей, и просто сторонники «реалполитик» типа Калин-хана. Но вот каган людоящеров сражается за благо своего народа, помнит каждого погибшего под его командованием воина, спасает товарищей (даже когда это прямо вредит делу), следует кодексу чести (например, не убивает врага, если тот теряет способность сражаться). Он не то что подлостей не совершает — он, как и все людоящеры, оказывается слишком честным для противостояния с людьми.
На тормозах — водяной Езерним. Да, он несколько перегнул палку, расстроившись из-за смерти друга-мельника и начав топить слишком много людей. Но топить какое-то их количество — право водяного, тут даже герои не спорят. Да и сам Езерним сменил гнев на милость и выплатил людям виру. Вот только герои сначала победили его в поединке жульническим образом, а потом обманом захапали вместо шапки золотых монет — целый мешок. Две книги водяной строит героям козни, пытаясь вернуть своё золото — и, таки получив его, больше не имеет к ним претензий и исчезает из повествования. При всех тех неудобствах, которые он доставил русичам — Езерним ведь в своём праве!
Гулящая королева — Василиса Прекрасная до королевы не дотягивает, она максимум княгиней захолустного Ратича была. Но суть та же: соблазнила князя ради денег и влияния, а получив своё — тотчас начала изменять ему. Ещё и так подстроила, чтоб своему любовнику чин справить. А потом и вовсе исхитрилась отправить мужа искать её у Кащея с закономерным финалом, а самой — вернуться в город и стать там полновластной княгиней-вдовой. Планировала и от старого любовника избавиться, потому что он слишком много о себе воображать стал — но тут муж с Кащеем вернулся…
Даритель сверхспособностей — если первая баба-яга, Буря Перумовна, получила силы, лично спустившись в Навь и вернувшись (наполовину) обратно, то остальные силы получают: сначала Буря Перумовна передала половину сил первой «средней» бабе-яге, потом та передала половину своих сил первой «младшей», затем умирающие бабки-ёжки передавали свои силы ученицам перед смертью. Так и Буря Перумовна в конце, умирая, вручила силу и клюку Василисе Премудрой.
До начала сюжета умирающий велет Святогор, чтоб помереть поскорей и избежать старости, передал свои силы Илье Муромцу. Остатка сил от велета человеку хватило, чтоб получить ещё большую силу и долгоживчучесть: Илья после этого не только кучу подвигов совершил, но и под три века прожил в относительном здравии.
Живой бур — характерная способность земных духов, продемонстрированная дочкой Горного Старца Озема, Малахитницей: горная порода для них что поздух, они через неё легко ходят, да и видят через землю лучше, чем люди через свободное место.
Горные карлы могут буквально проваливаться сквозь землю, если чувствуют какую-то угрозу, и «всплывать» в безопасном месте. Порода для них — что для людей вода: какой-то плотностью обладает, но преодолеть можно.
Злодейский смех — Кащей лишён почти всех чувств, но в некоторых ситуациях считает необходимым смеяться. Получившийся звук похож на кашель, равнодушный и бесстрастный. В тексте всегда передаётся одинаково: «Хек. Хек. Хек.» — именно с точкой на конце, без всякого эмоционального подъёма или оттенка.
Злодей-извращенец — Очокочи, топорогрудый сатир. Одновременно хищник, обожающий жрать людей, фанатеющий от убийств садист и насильник — работает в произвольном порядке. Ещё и мерзко блеет и воняет козлом. Подобный набор пороков делает Очокочи плохим злодеем: он слишком глуп и слишком легко отвлекается.
Ни в Новгороде, ни в русских войсках не любят Ваську Буслаева — уличного задиру, выпивоху и драчуна, по сути — древнерусского гопника, который отметился убийством святого старца Пилигрима. Даже Илья Муромец, всем богатырям наставник, его не особо жалует: он, может, и сам выпить любил — но всё-таки до мерзости не допивался, явных разбоев не чинил. Однако на носу война с Кащеем, а Буслаев — какой-никакой богатырь, так что его и его ушкуйников терпят в объединённой армии.
Хаотично-злая пожирательница детей Яга Ягинишна крайне не нравится как Калин-хану, так и Тугарину, да и свежеприсоединившихся хазар она пугает. Но, опять-таки, на носу война, и мощная чёрная колдунья там лишней не будет.
Очокочи — сатир-людоед, насильник, почти что зверь, а не разумное существо. Толку от него при всех талантах не много, потому как мозгов в козьей башке нет, но всё-таки это какое-никакое чудище, в бою не лишнее.
Калекарь — рудомёт тиборского князя. Он же банщик и цирюльник. Пиявок ставил, кровь отворял — а попутно с этой кровью творил всякие ритуалы, наводя на жертв болезни. Насколько сильной была его магия и работала ли она вообще — вопрос спорный, но лечить старого князя Берендея кровопусканием от малокровия — само по себе вредительство. Причём работал лекарь на Кащея не за золото, а за идею.
Колдун и воин — Кащей Бессмертный. В первых частях вообще не колдует, уничтожая небольшую армию исключительно голыми руками. Да и потом периодически берётся за свой волшебный клинок, Аспид-Змей. В магии тоже силён: например, может поднять за раз целую армию мертвецов, или воскресить умершего летучего змея быстрее, чем он упадёт на землю, или призвать Лихо Одноглазое, обеспечив целой армии постоянные неудачи.
Горыныча зовут просто «Змеем». Вообще-то, имя у него есть — даже три, поскольку он из трёх змеев состоит — но он его никому не рассказывал, потому что существ, способных побеседовать с ним на драконьем языке, на Руси нет — он последний Великий Змей. По той же причине у всех прочих кащеевых слуг не возникает проблем с обращением к «безымянному» дракону: он уникальный.
Гигантского мизгиря, то есть паука, охраняющего кащееву сокровищницу, зовут просто Мизгирь. Аналогично: тварь эта уникальная, да и кто его вообще как-то звать будет, если он веками сидит в запертом сейфе, никого, кроме Кащея, не видит?
Красивый — не значит хороший — Василиса Прекрасная, она же Премудрая — а вот Предоброй её никто никогда не называл. По-настоящему прелестная голубоглазая блондинка, которая соблазнила князя, а потом сжила его со свету, чтоб править всем самолично — с перспективой ещё за какого князя выйти. После похищения Кащеем, случайного убийства кучи других его жён и обращения в лягушку несколько одумалась, но особого желания превращаться в альтруистку не выказала, и, разобравшись с ненавидящим её злодеем, собрала волшебные артефакты и скрылась куда-то в леса.
Прекрасная золотоволосая царица кажди Божми до брака обращала назойливых ухажёров в камень ниже пояса — чтоб верхняя половина жила и мучительно умирала. Она же подговорила мужа, царя дэвов Бегелу, напасть на пришедшего погостить Кащея, нарушив все законы гостеприимства.
Лич — Кащей Бессмертный, классическая версия. Жизнь и сила заключены в игле, которую Кащей как следует спрятал на острове Буяне, чтоб ещё и из волшебного места силу тянуть. Тело лича при этом совершенно неуязвимо: он регенерирует чуть ли не быстрее, чем его ранят. Впрочем, тут есть особенность. Во-первых, Кащей долго не хотел применять к себе ритуал, поскольку тот вызывал превращение в безэмоциональное чудовище, но был вынужден в силу жизненных обстоятельств. Во-вторых, Кащей провёл второй ритуал и начал переливать свою душу из обычной иглы в совершенно эпичный ключ-камень.
У колдуна Джуды труба пониже, дым пожиже. Он в свою склянку с волшебным раствором перелил только часть души, потому и эмоции сохранил (а то, что он злодей-насильник — так он и до обряда таким был). С другой стороны, по той же причине он стал не бессмертным, а просто долгоживущим и медленно стареющим.
Оттеняющий характер — парочка основных героев противоположна друг другу: Иван Дурак — прост, если не сказать покруче, Яромир — хитёр; Иван не умеет держать себя перед людьми (кроме девиц) — Яромир дипломат, а вот семьи, детей или даже просто любовницы у него нет, несмотря на более чем солидный возраст; Иван — наивный христианин, Яромир — язычник, хоть и не фанатичный; Иван — боец, полагающийся на выучку в использовании оружия и волшебный меч-самосек, а Яромир — оборотень, сражающийся в основном когтями и зубами. В общем, товарищи почти полностью противоположны. Впрочем, не смотря на кажущуюся бесполезность Ивана, именно его наивность и бесхитростность часто помогает в борьбе с врагом, так как хитрый и спокойный Кащей просто не способен предвидеть иванушкину импульсивную глупость.
Положительный богач — Садко Сытич, положительный богач. Родился у совсем никакущего отца, Сыта Елдыгина, в молодости народ игрой на гуслях развлекал — а потом упорным трудом, смелостью и удачей, позволившей пережить путешествие к морскому царю, выбился в купцы. На момент действия Садко уже шестьдесят пять, он один из богатейших людей города — и принимает живейшее участие в борьбе с Кащеем, используя своё богатство для прокорма и вооружения русских армий. Да и политическое влияние у него есть. Кроме того, именно Садко дал героям рекомендацию, благодаря которой они смогли спуститься по пути «из варяг в греки» до Чёрного моря и прибыть за кащеевой смертью на остров Буян.
Волх Всеславич — сын княжны Марфы Всеславовны и некого неопределённого «змея», которого он и сам не знал. В итоге Волх стал богатырём, колдуном и метаморфом, другом леших — но «культурно» считал себя человеком, и детям так заповедовал. В свою очередь, его дети Волховичи — просто оборотни с одной-единственной формой, чуть-чуть разбирающиеся в магии. Яромир, как волк-оборотень, отыгрывает троп между людьми и волками: для людей, которые его тайну знают, он — волк; а волки его тоже не любят, считая человеком.
Соловей Рахманович «Разбойник» — сын мага (б)Рахмана Многомудрого и велетнки-великанши, полувелет. Из-за этого прожил дольше человеческого срока, да и телом был крепок. А ещё, как и всякий полувелет, получил одну особую способность — в его случае это был убийственный свист. От велетов унаследовал буйный нрав и тягу к «вольной» жизни, от людей — социальность, вплоть до того, что в «разбойничьи» времена он был де-факто скорее бароном с домом, дружиной и многочисленной семьёй. В воинстве Кащея он дополнительно играет роль мостка между крупными, но тупыми братьями-велетами и, собственно, человеком-Кащеем и его в большинстве своём человеческой армией.
Сами «велеты» Усыня, Горыня и Дубыня — с шансами полукровки с асилками. Те, как и велеты, были великаны — но отличались тупизной, потому и вымерли раньше. Братья-велеты тоже, так сказать, не блещут.
Колдун Джуда — не полу-, а многокровка. Он происходит разом от горных карлов (местных дворфов) по отцу, каджи (которые скорее ближе к гномикам — мелким и хрупким, но чудесным и искусным) и людей по матери. Из-за этого он для человека — карлик, а горного карла превосходит на треть; владеет магией, но без ухищрений невеликой, и профильных способностей, типа свойственного карлам хождения через землю, лишён; среди людей его ненавидят, но и в Каджети ему не рады.
Яга Ягинична — четвертьвелетка: её мать, Яга Усонишна, была дочерью предыдущей бабы-яги и велета Усони.
Карачун, демон зимы, является с одной стороны великаном-хримтурсом, а с другой — лешим, и при этом он — сводный брат Мороза-студенца. В современным облике выглядит как старик, но кривоватый, как коряга. Впрочем, у богов с родством всё сложно.
Кащей — сын бога, Вия Быстрозоркого, и богини Живы Краснопани. Бог — не биологический вид, так что от союза богов рождается не бог, а человек — поскольку боги зачинали его в человечьей форме. Однако божья сила всё равно дала ему долголетие, силу, способности к магии.
Аналогично для упоминаемого царя Гороха (Гроха, или Грохота), сына Перуна, и старшей бабы-яги, Бури Перумовны — потомков Перуна. Первый получил от отца артефакт — мечущий молнии перун, который работает только в руках бога или полубога; вторая — способность просто метать молнии с рук, хоть и с затратой собственных сил. Также ходят слухи, что сказитель Баян — внук Велеса, потому и прожил так долго: почти несколько веков.
Змей Горыныч — последний русский дракон, да и вообще последний дракон, скорее всего. Точнее, это три сросшихся дракона мужского пола, последние из своей кладки. Богатырь Добрыня Никитич Горына и его царицу убил, яйца раздавил, и только за одним последним не уследил, и его вырастил Кащей. Горыныч, умирая, проклял человечество, пожелав, чтоб больше богатырей не рождалось. Так что с шансами Илья Муромец — последний богатырь, да ещё и врага своего буквально на пару часов переживший.
Охранница заповедного сада, двухголовая огнедышащая и вечно бдительная змея амфисбена — последняя в своём роде, нигде кроме как у Кащея такого чуда давно не видали.
Не совсем последний, но Горыня, Дубыня и Усыня — последние велеты, да и те, скорее всего, гибриды с асилками. Их мать была последней велеткой, так что вид всяко был обречён на вымирание. Технически самый последний велет — Усыня, переживший братьев на пару часов, последний полувелет — Соловей Разбойник, умерший в том же бою.
Очокочи — последний сатир, даже последний топорогрудый сатир рикирал дак. Вообще-то сатиры вошли в свиту Пана, и когда бог Пан умер, они сгинули из мира вместе с ним. Но вот в грузинских горах сохранилась местная плотоядная версия, и последний её представитель какое-то время сидел у дэвов в тюрьме, а после стал слугой Кащея. Долго он на такой службе, впрочем, не прожил.
Простой крутой смертный — кащеева орда и особенно её офицерский состав полнятся нечеловеческими созданиями и магами, так что единственный обычный человек Калин-хан отыгрывает троп. У него нет ни личной магии, ни нечеловеческого проихождения — при этом орудует мечами этот кочевник как заправский ниндзя, буквально порхая среди врагов и нанося раны быстрее, чем его заметят. А на последний бой ему ещё и семивёрстные сапоги выдали, что позволило делать шажок на семь вёрст в сторону и тут же обратно, превращая артефакт в де-факто устройство для тактической телепортации.
Старше, чем выглядит — оборотни могут прожить три людских срока, да ещё и стареет (и устает) только то тело, в котором они в этот момент находятся. Так что молодой парень Яромир на самом деле прожил 77 лет, соблазнитель Финист — лишь чутка моложе.
Илья Муромец за счёт силы велета Святогора стареет куда медленнее людей, и выглядит крепеньким дедком при возрасте больше двух веков.
Трикстер — эпизодический скоромох Мирошка, шут при Всеволоде Большое Гнездо. Карлик-сирота, который выставляет себя дураком, сыплет стишками — но при этом вполне умён, участвует и в войне, и в политике, и по возможности выполняет роль совести при весьма циничном князе. В последнем бою использовал свою способность к шутовству особенно убойно: раздразнил Кобалога, а потом начал его «водить» по вражеским рядам. Гигантский шар всепожирающей плоти катился быстро, но поворачивал медленно, так что мелкий шут, двигаясь зигзагами, ускользал от него всё сражение. А попутно гигантская туша сеяла разрушение среди врагов.
Илья Муромец — старый, седовласый богатырь, и весьма широк в талии при том. Однако прошлая сила всё ещё при нём — он и дубы ворочает, и врагов как котят расшвыривает, и даже Кащея смог какое-то время попридержать, хоть тот и неуязвимый.
Бречислав Гнедой Тур комплекцию имеет под стать своему оборотному облику. И силу подходящую, даже в человеческом облике. Так, когда он сказал, что разбросал прижавших его в подворотне бандитов голыми руками, ни князь, ни воевода этому совершенно не удивились — хотя о оборотнических способностях боярина ничего не знали.
Сам воевода Самсон тоже с возрастом отяжелел, но ни силы, ни ума не потерял, и принимает живейшее участие в отражении кащеева нашествия, в том числе и в прямом бою.
Фэнтезийный бессмертный — несколько вариантов, как с вечными, так и с долгоживущими существами.
Кащей Бессмертный — собственно, бессмертен. Он был бесчувственным личом ещё во времена, когда ни Руси, ни христианства не было. А до того успел прожить порядочный срок как долгоживущий, хоть и не бессмертный сын бога.
Обитательницы сераля Кащея не стареют, пока находятся в нём. Это сильно экономит личу силы при наполнении его «сокровищницы» и одновременно служит защитой от побега: после нескольких десятилетий в плену красавицы просто не могут уйти, чтоб не постареть фатально. В итоге старейшей из жён уже 1500 лет. Какой-то особой мудрости или силы это им не даёт: запертые и занятые только развлечениями красавицы просто превращаются из обычных женщин в безумных, пока от скуки и безнадёги не покончат собой.
Старшая баба-яга, Буря Перумовна, бывшая возлюбленная Кащея, примерно того же возраста. Пройдя через Навь и вернувшись в мир живых наполовину, она стала крайне долгоживущей — но всё-таки не бессмертной, и потому умерла от старости в последней книге.
Колдун Джуда поместил часть своей души в зачарованную колбу, и, став отчасти личем, начал медленнее стареть. На момент действия он уже старый дед, но всё ещё пытается приударить за девушками. Прожил таким макаром как минимум пару веков: помнит времена, когда Яга Ягинишна была молодой ведьмой, а не старой бабкой — и пытался за ней приударить, даже и не совсем безрезультатно.
Яга Ягинишна тоже не первый век на свете живёт. Она была обученной бабой-ягой во времена молодости Овдотьи Кузьминишны, которая так-то и сама давно уже старушка, родня братьям-оборотням. При этом Ягинишна до сих пор любит наряжаться да прихорашиваться, что в её годы выглядит несколько своеобразно.
Братья-оборотни выглядят и ведут себя как мужики средних лет: Бречислав чуть постарше, но не до старости. На деле же они людской срод давно отжили, и дальше б жили ещё век-другой: оборотни стареют медленнее, да ещё и каждое тело стареет только тогда, когда используется.
Илья Муромец получил силу и часть способностей от стареющего велета Святогора. Велеты живут куда дольше людей, поэтому и остаточка сил Муромцу хватило, чтоб дожить до действия трилогии. Выглядит он как седой старик — но толстый, мощный и крепкий, способный как в бою вломить, так и на миру мёда выпить — и ведущий себя примерно как добрый герой войны лет 50. Реальный возраст богатыря можно прикинуть: он сидел сиднем 33 года, затем стал богатырём и помогал убивать Горына и его потомство. Последним сыном Горына, родившимся уже после его смерти, был Змей Горыныч, который на момент действия уже вполне себе здоровый дракон-подросток, лет этак 17 в людских годах. Упоминается, что драконы сначала не имеют разума, и в сознание входят лет в 200, хотя Горыныч и рано созрел. Итого никак не менее двух веков Илье, а сам он называет круглую цифру в 256 прожитых годов.
для нечеловеческих существ большой возраст — скорее правило. Уже упомянутые велеты и асилки жили веками, даже полувелет Соловей Рахманович, крепкий ещё старик, постарше Муромца будет. С духами места — ещё круче: тот же морской царь Водан буднично поминает троянскую войну. А уж Вий прожил столько, что, став Старым Стариком, говорит, что проживёт ещё самую малость — может, пятьсот лет, а может, тысячу. Всего-то.
Хрупкий шустрик — Васька Буслаев далеко не хлипкий, а вполне себе богатырь, хоть и непутёвый. Но в бою с велетом Горыней, великаном размером с домик, он вынужден отыгрывать троп: уклоняться от смертельных для любого человека, кроме, может быть, Ильи Муромца ударов, и наносить точечные уколы сначала по слабым местам брони, а потом и по ногам.
Чудесное омоложение — стандартные молодильные яблоки, которые волхв Всегнев Радонежич вырастил на роднике живой воды. Могут превратить старика в юношу; впрочем, как и в мифе о Геракле и яблоках Гесперид, пославший героев за молодильными яблоками князь Всеволод съесть яблочко побоялся. Но вышло даже лучше: яблоко съел Демьян Куденевич — старый и растерявший силу богатырь, вмиг ставший молодым и сверхсильным.
После смерти волхва его сад разорили безвестные тати. После под молодильной яблоней нашли кучку младенческих костей.
Иван Дурак от большого ума сделал «молодильную колбасу», напитав её живой водой. Сделал бы и молодильный бутерброд, да Яромир не дал разбазаривать дальше ценный расходник. Зато колбаска омолодила Кота-Баюна до котёнка, временно лишив его как физических, так и магических сил.
Полуматериальная нежить навьи на солнечном свету истаивают. В Кащеевом царстве для них наколдовали особые области вовсе без солнечного света, в прочих местах они прячутся в норы или в могилы.
Аналогично не любят света упыри, днём под землёй отсыпаются, ночью людей и падаль жрут.
Зверобог Врыколак боится солнечного света настолько, что становится видимым и буквально парализуется. Другой вопрос, что он всё равно остаётся огнедышащим гигантом.
Нечистый дух Шерстнатый душит ночами спящих, а дня боится настолько, что даже крик петуха — даже поддельный — обращает его в бегство.
Русалки тоже боятся света и с рассветом убегают обратно в воду. Да и водяные. Вообще водные жители солнца не любят, предпочитают свет Луны. Даже морским богатырям, посланным в битву царём Чёрного моря, на суше под солнцем сухо и жарко.
Аналогично не любят света проживающие в кащеевом царстве болотники. Днём герои смогли одну такую болотную бабу на сухое место выволочь — а потом очень быстро убежали, потому как ночью она бы им устроила весёлую жизнь на своём болоте.
Босоногая нежить — злой зимний демон Карачун выглядит как дед в белой шубе с палкой и плёткой, но при этом босой. По понятным причинам ходит босиком по снегу и не мёрзнет. Зато все вокруг него мёрзнут, столько б шуб и сапогов не надели.
Русские великаны — велеты. Судя по всему — старые хтоники, измельчавшие почти до людей. В момент действия втрое выше человека, живут по пятьсот лет — но когда-то были куда выше и круче. Показаны последние оставшиеся, братья Горыня, Дубыня и Усыня, ростом втрое больше человека. А ещё Соловей Рахманович, полувелет — но тот лишь чуть выше человека. Упоминается Святогор, последний из великих — ростом побольше двадцати метров и с великой силы, малой толики которой хватило, чтоб Илья Муромец три людских века прожил.
Когда-то были ещё и асилки — великаны побольше велетов, но куда глупее. Эти вымерли, хотя есть подозрения, что в братьях течёт их кровь тоже.
Упоминались великаны хримтурсы, которых привёл на Землю Карачун во времена, когда он был ещё не мелким демоном зимы, а полноправным богом.
Также в рассказе Яромира о Еруслане поминается Росланя, сын болгарского царя Прохора, более 29 метров ростом, но к какому виду он принадлежал и правдива ли вообще сказка — не ясно.
Зверобог Врыколак выглядит как гигант из свободно сплетённых мясных «канатов», с одной ноздрёй в центре слепой головы. Помимо роста и силы, позволяющих использовать вырванные деревья заместо дубин, он ещё дышит пламенем, невидим в темноте и неуязвим для магии. А в темноте он почти всегда, потому как боится солнечного света.
Воюющие на стороне Кащея чёрные мурии — «клыкастые» муравьи размером с собаку, которые ходят крайне большим числом и жрут всё подряд, от падали и до древесины.
Охраняющий его же сокровищницу Мизгирь — гигантский паук размером больше медведя, относительно разумный, крайне ядовитый и натасканный на уничтожение врагов. Использует паутину, чтоб преображать поле боя под себя — но и в прямом бою силён. Судя по силе и уникальности — может быть каким-нибудь мелким хтоником.
Каджи — мелкий, покрытый шерстью народ из кавказских гор, умелые мастера — а их царица ещё и колдунья-оборотень. С людьми скорее во вражде и под конец цикла готовятся покинуть Землю, уйдя в Каджети.
Шиликуны — мелкие, размером с младенчика нечистики с конскими ногами, заострёнными головами и очень, очень злые. Катаются на самостоятельно созданных волшебных печах, кидаются углями, с поразительной силой подцепляют людей крюками и закидывают в топку.
Есть гигантские, огнедышащие, разумные существа, которые когда-то правили небесами Земли. Из них остался только Змей Горыныч — последний полноценный дракон, сплетённый из трёх разных братьев сиамский близнец. Последнюю плодовитую пару убил Добрыня Никитич во времена, когда Илья Муромец ещё только начинал свою «карьеру» богатыря. Драконы умеют летать с помощью особой железы в теле, которая даёт им фактически антигравитацию, могут извергать огонь (для чего едят всякие горючие вещества), были среди них и маги, да давно, понятное дело, закончились.
Есть относительно небольшие, с бычка размером, летучие крылатые змии. Эти неразумны и тоже вымирают: у Кащея последняя стайка осталась под присмотром. Он их впрягает в колесницы, получая своеобразную драконью кавалерию. Змии также летают не столько на крыльях, сколько неким «внутренним огнём».
Упоминаются змии-метаморфы, которые могут пролететь по небу, залезть в хату и притвориться отсутствующим родственником, чтоб соблазнить женщину. От союза с ними обычно рождается что-нибудь пакостное: полено там или угли. Эти только поминаются Горынычем и вживе не показываются.
Зверолюди — псоглавцы, третья по численности народность, населяющая земли Кащеева царства. Выглядят как невысокие, сутулые гуманоиды с собачьими мордами и густой, тёплой шерстью. Владеют достаточно развитой, хоть и не дотягивающей до людей, материальной культурой: куют оружие, плетут кольчуги, изготавливают одежду. Куда более плотоядны, чем люди, и владеют столь же хищными и охочими до мяса собакоголовыми мелкими «лошадками». Из-за собачьих морд на людских языках почти не говорят, да и люди их речью плохо владеют.
Кентавр — чистокровные кентавры в мире произведения уже вымерли, уничтожены людьми, так и не оправившись от поражения при Пелионе. Но к последним из их народа явился демон, Великий Тодор — и кентавры предпочли стать его демоническими слугами, а не погибнуть окончательно. В виде чернокожих кентавров-тодоров, прозванных также китоврасами, с горящими глазами они и предстают на стороне Кащея, на помощь к которому пришли, чтоб потешиться убийством людей последний раз перед тем, как покинуть Землю.
Леший — во множестве населяют русские леса. Когда-то подчинялись богу Святогору, но после его исчезновения разделились на две фракции: дружественную людям и Волховичам русскую, под предводительством Лесовика, и восточную, сражающуюся на стороне Кащея, под предводительством главного лешего кащеева царства Пущевика и Волчьего Пастыря Полисуна. Лешие привязаны к своим владениям и чужаков не любят; зимой вместе с лесом впадают в спячку. Боятся мата. Выглядят… по разному, но похожи на дендроидов. Рост и сила жёстко привязаны к территории: в лесу леший может быть вровень с деревьями, а выйдет на опушку — станет травы ниже. Мусаил, леший тиборских ельников — больше двух метров ростом, покрыт хвоей вместо волос, корой вместо кожи, голова — как шишка, ноги — корни, руки — еловые лапы. Лесовик, глава про-западных леших — дубоподобный дед, покрытый мохом и увитый плющом. Пущевик — коряга, из которой растёт колючий куст, торчат длинные развивающиеся волосы и светятся глаза-искорки. Помимо полноценных леших есть лешачихи-лисунки — заведённые в лес и обращённые женщины, мелкие духи типа божков листьев или ягодок, духи всяких лесных ужасов…
Медленный, но могучий — сразу несколько монстров на службе у Кащея, и оба — медленные именно в развороте, а не при движении по прямой:
Змей Горыныч — дракон размером с дом, с тремя головами, которые как то координируют движения лап совместно. А в небе ему тем более развернуться тяжело, да и прицелиться в одного человека сверху да налету непросто. Что позволяет сначала Глебу, а потом Демьяну «водить» чудище по небу за собой, ускользая от его атак и отвлекая от сжигания плотных групп простых ратников.
Кобалог — гигантский, диаметром с дерево стоячее, шар твёрдой плоти. По прямой он катится очень быстро и всё встречное давит да сжирает, а вот повернуться — при его-то весе — получается с трудом. Из-за этого карлик Тимошка, бегая зигзагами, отвлекал Кобалога от уничтожения русских войск.
Многоглавое существо — Змей Горыныч, конечно же. Технически — тройной сиамский близнец с разными головами и шеями, но общим туловищем. Телом управлять может каждая голова, но обычно они действуют в согласии.
В Нави мост через реку Смородину охраняет Чудо-Юдо — тварь переменного облика, но всегда многоглавое.
Нелюдь-нежить — лембои, которые итак считаются получающейся из людей нежитью, могут помереть и восстать по новой. В этом случае они становятся шишами — куда более сильной, хитрой и злой нежитью, которая прочих, «живых» лембоев возглавляет.
Рептилоиды — людоящеры. Рослые, покрытые прочной тёмно-зелёной чешуёй создания, как и положено рептилиям — теплолюбивые. Однако живут почти что в тундре, потому как из более подходящих мест этот древний народ давно изгнали расплодившиеся люди. Во время изгнания и разорения была уничтожена почти вся рептилоидная фауна, типа ездовых ящеров, потеряна почти вся культура (хотя людоящеры по-прежнему используют в бою тяжелую броню, покруче чем у русичей; но на фоне намёков на ядерное прошлое их народа это всё как-то блекло смотрится). Из-за своего бедственного положения и желания вернуть былое величие людоящеры верны Кащею. При этом они — воинственная раса, которая чтит кодекс воина выше, чем свою жизнь и даже чем приказы повелителя, что делает их в некоторых моментах сугубо непрактичными.
Русалка — вариант «речная нежить». Русалки — речные духи, жёны водяного, получающиеся в основном из утопленниц. Ночами могут вылезти на сушу, поиграть или защекотать встречного человека. Далеко не все из них фансервисные красавицы: даже среди «стандартных» русалочек есть вполне себе толстые бабы с отвислыми грудями, которые сидят на ветвях деревьях в таком же неглиже, как и их более молодые товарки. А какая-нибудь шутовка — вовсе отвратная раздувшаяся утопленница с гноем на губах и растягивающимися на невообразимую длину руками. Как и положено славянским русалкам, речные девы боятся петрушки: она их буквально жжёт. Крест тоже может отогнать речную нежить.
простые рыболюды — обитатели морского царства. Имеют почти человечьи тела с руками и ногами, но с плавниками из плеч, перепонками между пальцами, покрытые чешуёй — и с рыбьими головами. Самые крупные и сильные служат в армии морского царя и помогают в бою с Кащеем, даже выходя ненадолго на сушу.
злой вариант рыболюдей — водные черти караконджалы, готовые поработать за плату на водяного или Кащея. Эти из воды не выходят.
облик рыболюда с перепонками и водорослями вместо волос имеют и сами водяные. У них ещё и хвост вместо ног, когда они в воде.
Сатир — когда-то населяли землю, да все закончились.
Последний живой действующий сатир — прислужник Кащея Очокочи, тварь подвида рикирал дак — хищный грузинский сатир с железным «топором», торчащим из груди. Он больше двух метров ростом, рогат, лицом похож наполовину на козла, не владеет речью — только мэкает. Зато владеет даром нагоняющего ужас и панику рёва, да и силушкой не обделён, особенно если против простого человека выйдет. Весьма отвратительное существо: обожает насаживать людей на свой «топор», жрать тёплое мясо, насиловать — последовательность злодеяний не раскрывается. Был заключён в пещере дэвами, и таким образом пережил уничтожение своего народа.
сатиры когда-то жили в Греции и Риме, но были почти полностью уничтожены. Помнящий те события Кащей упоминает, что последнего известного людям сатира поймали солдаты Суллы, отрубили ему голову и послали как диковинку в Рим. Другая часть их племени влилась в свиту бога-сатира Пана, став, скорее всего, небожителями — и не проявляла себя в мире после смерти этого бога.
сатиром был Волчий Пастырь Полисун — но этот давно уже умер и возродился в виде лешего, всем волкам хозяина.
Снеговик — воины Мороза-Студенца, гигантские, под три метра, големы с телами из снега, пустыми глазами и руками-ветками, на которых растут сосульки-когти. Будучи сделаны из аморфной массы, снеговики не боятся колящего урона, игнорируют боль, а развалить их на части не так-то просто. Правда, против Кащея это всё не особо помогает: ран от сосулек он не боится, а через снежные тела прокапывается насквозь.
Страшные птицы — жлезнокоготные коршуны, они же — сменившие прописку стимфалиды. Созданы кровожадным богом Яровитом вместе с прочими чудищами, когда-то жили в Греции — но были изгнаны оттуда героями, улетели на восток и со временем были приручены Кащеем, превратившим их в своих ручных зверей. Участвуют в последней битве на стороне кащеева воинства, после, судя по всему, полностью истребляются или во время боя, или чуть позже, во время монгольского нашествия.
Суперсолдаты — кащеевы дивии. Изготавливаются из оплетаев, которых помещают в зачарованный доспех и особым образом закаляют в печи. Изнутри такой доспех похож на железную деву, и живая плоть внутри используется только как батарейка для механической куклы, движимой волей самого Кащея. Дивии сильны, прочны, бесстрашны — но при этом весьма глупы, способны только на выполнение простейших приказов или работу под непосредственным управлением повелителя. Поэтому их используют как неподкупную охрану уровня «никого не пускать» или как штурмовую пехоту (фаланга дивиев, идя строго вперёд и уничтожая врагов перед собой, легко прорывает вражеский строй, если только не напорется на силача типа Ильи Муромца или Бречислава Волховича в форме зверя. Есть и более крутые варианты гигантского роста, с косами вместо рук и с полноценным человеком-богатырём в качестве «батарейки» — но секрет их изготовления утерян, на ходу осталось только две штуки.
Фамилиар — у волхва Всегнева Радонежича есть фамилиар-филин, который общается с хозяином телепатически, сообщает ему о том, что видит, даёт материалы для производства оберегов в виде перьев и когтей. Даже самого Всегнева называют Филином.
Бить врага вражиною — Муромец, разломав в бою всё оружие, сначала импровизирует с кистенём из земли и шапки, а потом просто хватает врага-татаровина и начинает орудовать им, как дубиной. Благо, врагов вокруг него больше, чем хороших мечей, а сверхсила позволяет так их использовать.
Взятие заложника — вырвавшиеся из заточения Акъял и Финист смогли выиграть немного времени, захватив в заложники Сам-с-Ногтя и примотав его его же бородой к железному столбу. Смогли вызнать расположение конюшен и сбежать, пока заложник не оборвал бороду и не провалился сквозь землю.
Бречислав Гнедой Тур умирает, раздавленный Кобалогом — но успевает пробить тому глаз рогом, так что круглое чудище околело вместе с ним.
Архиерей Онуфрий Меркурич и волхв Всегнев Радонежич отправляют врага в ад буквально. Используя данную богами святую силу, они встречают убийственный взгляд Вия, смотрят ему в глаза — и изгоняют Старого Старика в Навь. Правда, убийственный эффект это не отменяет, так что сразу после совершения подвига они приходят в себя уже рядом со своими трупами, и отправляются каждый в свой светлый загробный мир.
Всё пошло слишком так — критическая проблема Кащея, вкупе с везучестью Ивана-Дурака.
В своём царстве древний лич защитил все рубежи и подчинил все народы. У него само небо тучами прикрыто, чтоб нежити вольготней служилось, да монструозными коршунами заселено, сами леса — во власти Полисуна и прочих меньших кащеевых подчинённых, сама зима — под контролем прикормленного божка. Пока Русь грызлась друг с другом — у Кащея было полное согласие. В итоге когда дошло до большой войны, у русских княжеств было множество военачальников и бывалых воинов, а у Кащея — куча солдат, да только знали они только мелкие разбойные нападения.
Чтоб никто точно не нашёл его смерть, Кащей зачаровал яйцо от всякого обнаружения. Даже какой-нибудь Мороз-Студинец, полноценный бог, знать о нём не знает. В итоге когда остров Буян потонул, Кащей понятия не имел, что случилось с его сундуком и яйцом, и позволил героям беззаботно с ним шататься, а потом и разбить.
Вообще, то, что Кащей стал бессмертным и бесстрашным, сослужило ему плохую службу. Из-за первого он слишком долго откладывал — например, ритуал для перенаправления своего бессмертия на ключ-камень. Из-за второго — недостаточно дорожил своей жизнью, не применив всех хитростей ни для защиты яйца, ни для сбережения себя после его потери.
Глупый вопрос — Иван Дурак, как ясно из прозвища, мастер этого тропа. Например, во время тайной миссии в Костяном Дворце он счёл нужным спросить Яромира Серого Волка, не тянет ли его метить углы. Ну, собак же тянет? А волк чем хуже? На торжественном всегородском молебне интересовался, нельзя ли вместо святой воды кропить святым киселём — так ведь вкуснее было бы! И, главное, он не шутит — на самом деле настолько дурак.
Ещё полнее троп отыгрывает леший Мусаил. Дано: князь Глеб отвлёк на себя Змея-Горыныча, и тот, решив не ловить верткого всадника в лесу, просто поджёг тот со всех сторон. Вот стоит князь среди пожара, потихоньку задыхается… и ему является леший с вопросом: «Смотрю, помощь тебе нужна?». Пришлось давить раздражение, потому что помощь действительно была нужна.
Горько-сладкий финал — последняя книга трилогии не зря называется «Конец сказки». Да, Русь сражалась против Кащея и победила, человечество выжило и будет править Землёй. Герои убили обезвредили злодея, рассеяли его воинство, добили старые народы, колдунов и древних чудовищ. Однако и дружественные чудесные народы сгинули: рассеялись и потеряли самость амазонки-поляницы, пали в бою последние йормсвинги. Волшебства доброго почти не осталось: погибли три бабы-яги, а наследница старшей скрылась в лесах с последними «умными» вещами, потонул остров Буян, единственная показанная и оставшаяся с людьми колдунья — Феврония, продемонстрировавшая ровно одно чудо за все книги. В бою погибли последние богатыри, а новые, как известно из истории, больше не родятся: сбылось проклятие умирающего Горыныча. Погибли многие поименованные герои, включая всех братьев-Волховичей — а ведь Яромир Серый Волк был чуть ли не главным героем трилогии. А хуже всего пришлось тиборцам, которые всю трилогию боролись с Кощеем и доборолись до того, что всё княжество выгрызло нелюдское воинство — а потом его прибрал к рукам, присоединил к своим землям и для верности вычеркнул из истории князь владимирский. Над телом Глеба, перед остатками его дружины, клялся возродить Тиборск — но, как мы знаем, не возродил. Из тиборских князей старый Берендей Вячеславович умер (скорее всего, убит врачом по наущению Кощея), средний сын убит Кощеем вместе с Ратичем, старший умер в последнем бою, младший (кстати, протагонист трилогии) остался без братьев, земли и совета, пошёл в кащеево царство и сгинул. Да и вообще много хороших русичей, воинов, бояр и князей померло: из собранных дружин едва каждый пятый жив остался. А до Калки и батыева нашествия — считанные годы… Вообще, по результатам трилогии в выигрыше два персонажа: князь владимирский, который утвердил себя как главного князя Руси, припахал тиборские земли и имеет хорошие шансы продолжить экспансию в бывшее Кащеево царство, поскольку они к его границам ближе всего, и Василиса Премудрая, получившая силу старшей бабы-яги и кучу магических предметов в придачу. Первый — Тайвин Ланнистер всея Руси, который пытался откосить от борьбы с Кащеем ради войны с соседями за власть, и даже хотел разорвать помолвку дочери с тиборским князем, под это дело погонял героев, заставив их совершить несколько морально неоднозначных поступков — а когда откосить от борьбы не вышло, выжал из неё максимум пользы, присвоив себе земли соседей и славу героев. При этом лишил трона де-юре законного наследника Ивана, а за весь эпичный квест по поиску кащеевой иглы и убийству злодея дал ему какие-то жалкие подачки. Вторая — красавица себе на уме, которая ради денег и влияния сначала выучилась волшебству, а потом соблазнила князя, наставила ему рога и организовала опосредованное убийство нелюбимого мужа, чтоб стать самовластной властительницей. К героям в борьбе с Кащеем присоединилась в ситуации, когда этот самый Кащей прямо показал заинтересованность в её смерти. Ещё не в обиде остался Александр Попович — воин, отметившийся сначала усыплением своих товарищей и де-юре предательством князя-нанимателя, а потом хитрым убийством в спину врага, который в прошлом бою его, раненого, пощадил. Ну, Попович хотя бы реально выкладывался в бою за Русь и на самом деле показал себя отличным бойцом, заслужившим боярскую шапку… Но ему не долго радоваться осталось: через шестнадцать лет он погибнет в битве на реке Калке.
«
То, что я проиграл, еще не значит, что вы победили. Хек. Хек. Хек.
»
— Кащей комментирует финал трилогии.
Губительная жадность — шпион Алурча, подосланный, чтоб по-тихому снять часовых и открыть ворота заставы, погорел на жадности. Убил охраняющего арсенал монаха — и арсенал запер; прирезал стоящего под набатным колоколом часового… но полез в тайничок за золотыми монетами. И не заметил, что зарезанный монах ещё жив — а тот дотянулся и успел ударить в колокол. В итоге неожиданного нападения не получилось, Алурчу прибыл проснувшийся Демьян Куденевич, он же разнёс по Руси весть о пришедшей в движение раньше срока армии Кащея.
Движущая сила скуки — одна из причин, по которой героям удалось похитить Елену Всеволодовну с полного её согласия — в том, что свою прекрасную дочку князь так берёг, так берёг, что совсем ей жизни не давал. В итоге сидящая в четырёх стенах и скучающая девица реализовала подростковый бунт как желание выйти замуж и свалить от папаши, и при первой же возможности кинулась навстречу приключениям, всячески облегчив жизнь своим похитителям. Даже слишком быстро кинулась: к моменту, когда Яромир пришёл её похищать, она уже успела помиловаться в зашедшим поговорить Иваном.
Дружба начинается с поражения — псоглавец Полкан и Бэв Д’Антон встретились в бою. Полкан работал на короля Дамасского: находил и убивал беглых рабов, чтоб другие смирнее были. А Бэв как раз-таки был беглецом. Однако беглый рыцарь одолел псоглавца, но пощадил его — и со временем тот стал его вернейшим спутником.
Живой щит — во время внезапного ночного нападения на заставу богатырь Демьян Куденевич пробивается к конюшне, используя вместо щита здоровенного врага-псоглавца. Прикинувшийся беженцем враг запер арсенал и открыл ворота — так что пришлось «вооружаться» тем, что есть под рукой.
Живьём брать! — героям весьма помогло то, что Кащей приказал своим лембоем под предводительством Жирдяя не просто расстроить союз тиборцев с владимирцами, не допустив помолвки князя Глеба с дочерью Всеволода Большое Гнездо, но и захватить княжну Елену Всеволодовну ему в гарем — а сами исполнители не догадались расставить приоритеты. Проникнуть в стан «сватов» и украсть невесту лембои смогли, а вот унести — нет. А вот если б, поняв, что от погони не оторваться, они б вскрыли ей горло — тут бы и союз не случился бы, и, наоборот, тиборцы предстали бы перед владимирцами в весьма неприятном свете.
Коммуникативная неудача — тот случай, когда проблемы с коммуникацией буквально убивают. Акьял-батыр вцепился в бороду колдуна Джуды, а тот взмыл в небо. Джуда батыра убить не может, потому что тот при первой попытке колдануть его мечом ударит. Акьял колдуна не бьёт, потому что без чёрной магии упадёт и разобьётся. Джуда рад бы разойтись миром. И Акьял не прочь, потому что месть за товарищей — это хорошо, но лучше остаться живым и попытаться отомстить ещё раз. Однако Джуда — с Кавказа, а Акьял — из башкир, да ещё русский немного знает. Вот и получается, что договориться между собой они не могут. В итоге разбились оба.
Кому-то идти в заслон — в бою с абсолютно неодолимым для простых смертных зверобогом Врыколаком Яромир оборачивается волком и отвлекает монстра на себя, а Ивана с княжной отправляет спасаться. В итоге гигант догоняет волка и ломает ему хребет, но подоспевший волхв Всегнев Радонежич силой светлого Даждьбога помогает одолеть тварь.
при отступлении от Тиборска князь Глеб называется Змею Горынычу и уводит его от войска. По большой колонне людей дракон, дыхнув, наверняка бы попал и со временем всю армию истребил, а вот одинокий всадник может уворачиваться… какое-то время. Как и Яромир, Глеб самопожертвование пережил: леший Мусаил вывел его из горящего леса в обмен на обещание деревьев не губить и посадить новый лес вместо сожжённого.
Мексиканская заминка — Илья Муромец может бросить копьё так, чтоб пробить шею Горынычу навылет — но успеет кинуть только раз, а голов-то три. Горыныч может сжечь Муромца огнём — но тогда он будет вынужден замереть и получить копьём. В итоге эти двое достаточно долго стояли друг против друга, примериваясь и переговариваясь. Пока Горыныч не потерял терпение и не кинулся в атаку, в которой и помер.
Не рой другому яму — Яга Ягинишна зачаровала свою печку, чтоб та никого не выпускала — чтоб можно было жарить людей живьём. В итоге Иван с Яромиром засунули в печь её саму, и та не смогла выбраться. Так бы и померла, если б Кащей рядом не оказался.
Пиррова победа — последний бой с Кащеем. Да, злодея нейтрализовали, его войско разогнали. Вот только из русских армий выжил только один из пяти, померли большая часть поименованных персонажей, включая князей — так что преследовать отступающих врагов и занимать их земли некому. Более того, раздробленная Русь сплотилась только перед лицом полного уничтожения — и после того, как Кащея убрали с доски, русичи мигом распались на кучу ватаг, готовых при случае повоевать друг с другом. Тиборское княжество, вокруг защиты которого все три книги строились, и вовсе было уничтожено подчистую. Так что победить-то победили, да как-то от того не весело. А если учесть, что где-то в степи как раз ведут свои орды монголы, и до битвы на Калке недалече — получается совсем троп: битву победили, Русь как самостоятельную силу проиграли.
Поединок богатырей — предлагает устроить вместо масштабной бойни Кащей. Бой один на один, без учёта всяких монстров. В итоге со стороны Кащея выходит Горыня — велет раза в три выше человека, но, в общем-то, рядовой и даже мелкий представитель своего вида. А с русской стороны, воспользовавшись возникшей из-за обета Муромца заминкой, вышел Васька Буслаев. Который с помощью ловкости и удали таки завалил великана, но, красуясь, упал башкой на его секиру и помер. Вышла ничья — и битва началась.
В конце первой книги Яромир чуть было не был убит Врыколаком, но на помощь подоспел волхв Всегнев Радонежич, как раз хотевший отомстить героям за ограбление, и сумел парализовать гиганта святой силой Даждьбога.
Во второй книге нагоняющий ужас Очокочи, кот Баюн и куча навьев зажимают Ивана и Яромира на старом капище, где они надеялись дождаться Илью Муромца. И если козла смогли один раз прибить, то вот Баюн насел на Ивана плотно… но тут Илья всё-таки добрался до места встречи, и с его-то силищей всех врагов парой движений разбросал.
В конце трилогии кащеевы силы, несмотря на локальные победы и выбивание уникальных чемпионов, одолевают русичей. А потом ещё и Кащей поднимает всех погибших, окончательно довершая разгром. Всё это очень плохо — а после провалившейся попытки не убить, так хоть заключить самого лича силой Ильи Муромца становится совсем безнадёжно. Но тут на ковре-самолёте прибывают Иван, Василиса и Синеглазка с кащеевым яйцом и планом, как его разбить, и спасают положение.
Участь хуже смерти — судьба Колывана, союзника Ильи Муромца. Он пошёл воевать Кащея — и был им использован как живая батарейка для особо мощного дивия. Простоял на острове Буяне почти двести лет, будучи пронзённым железными шипами не видя ничего, кроме тьмы внутри живого доспеха. И ни постареть не смог, ни сойти с ума — когда Яромир вскрыл доспехи разрыв-травой, Колыван был жив и в сознании.
Если подумать, через такое прошли подданные Кащея после того, как его пленили враги. Людей каким-то обрядом разорвали надвое, отправив одну половину в Навь. В итоге в нашем мире остались одноногие, однорукие и одноглазые карлики, которые ходить могут только «гусеничкой», опираясь на одну руку и одну ногу. И простым-то оплетаям несладко, а представьте, каково было самым первым, которые людьми родились. А не Ку ли Кащея пленили?
А для меня это был вторник — Игорь Берендеич пришёл убивать Кащея за обиды, а тот только недоумевает, что за претензии к нему. Даже когда князь упоминает похищение жены, злодей только интересуется, что это за жена-то? В серале злодея пятьдесят красавиц, и все они чьи-то жёны были. Аверсия: Кащей на самом деле не в курсе, что за жену он украл, потому что хоть он и украл многих, но вот именно в Ратиче никого не похищал. Потому что Василиса сама сбежала, и сама через брата внушила мужу идею идти разбираться с Кащеем не в пьяной болтовне, а по-настоящему — в один конец.
Каган людоящеров Тугарин тоже не сразу узнаёт встретившегося с ним в последнем бою Александра Поповича, которого он при налёте на Владимир встретил, но отказался добивать. Но после напоминания припоминает.
Бафос — в количествах. Например, Игорь встречается с Кащеем, чтоб убить похитителя жены, но его захватывают кащеевы слуги… а сам повелитель нежити велит вставать с пола, потому что герой по болотам шёл, а пол во дворце чистый. Или чудесный меч Самосек может достать из камня только истинный герой… или тот, у кого есть зубило. А потом живой меч уговаривают принять Ивана угрозами и шантажом. Или у бабы-яги нельзя пить брагу и кисель — брагу потому, что отравлена, а кисель потому, что она его на плесени настаивает. Или бессмертный лич, прошибая стены, преследует Финиста Ясна Сокола, говоря, что от Кащея нельзя убежать — а потом Финист добегает до балкона и, обратившись птицей, улетает, а Кащей констатирует, что улететь от него таки можно.
Бонус для гениев — в одной из сцен русские князья в очередной раз ругаются из-за земель вместо того, чтоб объединяться против Кащея. В том числе князь Пётр требует землю от Коломны до Кучкова, но сам городок ему не нужен: такой мелкий и незначительный, что там одной славы, что отец Всеволода «Большое Гнездо» там как-то бухнул. Образованный читатель знает, что батя Всеволода — это Юрий Долгорукий, а Кучкова — старое название Москвы. Кстати, первое упоминание о ней — то, что Юрий Долгорукий угощал в ней своего союзника, князя новгород-северского Святослава Олеговича.
Буквально понятые слова — Иван — Дурак, и потому почти всё понимает совершенно буквально. Например, в ответ на сарказм Яромира «Ты ещё с деревом поздоровайся, может ответит» он на самом деле здоровается с ближайшим деревом. И, подождав, констатирует, что дерево почему-то не отвечает. А на метафору «Чего ты привязался?» отвечает, что не привязывался, а надо бы: волк быстро скачен, можно и свалиться. А услышав о том, что отец Онуфрий даст ему епитимью, протягивает руку и просит давать её скорей. И это не издевательство: он на самом деле вот настолько дурак.
Избиение младенцев — бой Кащея против простых людей, особенно показанное в первых главах уничтожение Ратича. Кащей даже не применяет магию, не достаёт меча — он просто рвёт людей на части голыми руками, убивая с одного удара: кому горло порвёт, кому сердце вырвет.
Литерал (приём комизма) — Иван Дурак пилит сук, на котором сидит. Буквально. Не верит Яромиру, что упадёт — а когда таки падает, очень удивляется и подозревает товарища в способности предсказывать будущее.
Сам-с-Ноготь, потеряв крайне важную для горных карлов бороду, буквально проваливается сквозь землю со стыда — его народ вполне может проходить через горные породы, как человек через воду.
Лицемерие — это смешно — Калин-хан перечисляет своих предков, многие из которых были славными ханами и водили походы на Русь. Во время перечисления он часто отмечает, что того или иного Калина убил русский богатырь… после чего отмечает: «Какие все-таки сволочи эти богатыри русские. Хлебом не корми, дай кого-то из моих предков убить. Что они им сделали-то плохого?»
Яга Ягинишна на полном серьёзе считает себя хорошим человеком. Хотя она детей ест. И разлад с младшей бабой-ягой у неё случился от того, что решила из ученицы молодость вытянуть. Но на взгляд самоя Яги это её все обижают, или вот обстоятельства так складываются. А сам-то она «добрая, приветливая и очень красивая женщина третьей молодости».
Маленькие гадёныши — Аука при жизни, если верить коту Баюну — а ему в этом вопросе врать совершенно незачем. Будущий Аука был настолько проказливым ребёнком, что мать в сердцах послала его к лешему. А леший на самом деле рядом был и забрал — им иногда людская компания нравится, не только в виде женщин-лисунок, а вообще. Но Аука и тут не утихомирился, и в лучших традициях «Вождя краснокожих» задолбал своего похитителя так, что тот его выгнал. Дороги к людям шалопай не нашёл, умер в лесу и переродился лешим — но неправильным, леса своего не имеющим и зимой не спящим. После перерождения продолжает развлекаться, заманивая людей в лес.
Матомная бомба — лешие на любят мата, и потому, столкнувшись с враждебностью хозяев леса, Яромиру приходится бомбить их тропом. В тексте самые ядрёные слова заменяются на [цензура], но в целом из контекста понятно, что там подразумевалось. Иван, как православный, для тех же целей использует молитвы.
На тебе! — байка про рыжего волка Чубарса, который был сверх меры нахален, не подчинялся старым богам и потому был изгнан ими на Луну — явная натебейка в сторону Чубайса. Не любит Рудазов этого персонажа.
Кот Баюн во время невольного путешествия с героями рассказывает Ивану-Дураку сказку про Курочку Рябу, а потом выкатывает циничное и мудрёное толкование этой небольшой истории, которое является отсылкой и натебейкой в сторону концепции Мирового Яйца литературоведа Владимира Топорова.
Откровение у холодильника — Кащей, ранее весьма бодро расправлявшийся со всякими вторженцами, Акъял-батыра велел посадить в острог, и даже отдельно просил Ягу Ягиничну расколдовать обращённого в камень богатыря. Куда позже, на острове Буяне герои разбивают одного из косарей — гигантских дивиев, питающихся энергией не мелкого оплетая, а целого человека-богатыря — и находят там Колывана, который говорит, что на одной «батарейке» косарь работает 200 лет, и его срок подходил к концу. Сам Колыван, кстати, попал в железяку после того, как попытался убить Кащея. Весьма возможно, что злодей не для того жизнь Акъялу сохранил, чтоб тот потом Финисту бежать помог, а просто придержал богатыря для скорой технической необходимости.
Князь Игорь пришёл к Кащею, чтоб бросить ему вызов в ответ на злодейское похищение жены, победить злодея, спасти Василису Прекрасную и эпично удалиться под зрелище рушащегося дворца. Вот только Кащей не только бессмертный лич, но и царь своего царства — так что одинокого мужика просто скрутили царские слуги.
Иван Дурак пытается войти в избу бабы-яги сказочным способом, сказав ей повернуться. Разумеется, ничего не происходит — изба хоть и квазиживая, но подчиняется хозяйке, а не случайным прохожим.
Иван-Дурак помог спасти деревню от людоящера-убийцы и в благодарность получил от последнего выжившего, старого деда, ценный совет. Посуду после гречки нужно сразу мыть, а то присохнет. Нет, ну а какого совета вы ждали от нищего старика-крестьянина? Если б он что-то тайное да ценное знал, не бросили б его односельчане в вымирающей деревне.
Так, Иван из-за своих ментальных свойств постоянно понимает всё буквально. Яромир сначала удивляется, потом смеётся, а потом уже рукой машет — над Дураком даже издеваться неинтересно.
Также Иван не узнаёт себя по описанию — и удивляется, какого «недотёпу» или «неслуха» имеют в виду собеседники.
А ещё он хронически не умеет врать. Из-за чего Яромиру приходится раз за разом наступать товарищу на ногу и пинать его под столом, чтоб тот по глупости не спалил всё дело. Снова, и снова, и снова.
А уж если Иван-Дурак подумал и что-то придумал — получается тем более смешно. То псу в мороз дров даст, то «молодильную колбасу» из живой воды сделает, то предложит использовать вместо святой воды святой кисель, потому что так вкуснее…
Предзнаменование — в начале второго тома Иван говорит, что спешить за смертью кащеевой на остров Буян незачем: не уйдёт остров на дно, да и Кащей раньше лета на войну не пойдёт. Глупит Дурак: остров Буян весьма скоро потонет, причём именно его, Ивана, руками; а Кащей двинет войска ранней весной.
Рассказ в рассказе — множество поминаемых легенд и сказок, когда авторских, когда заимствованных из реального фольклора, а когда являющихся пересказом известных историй. Чемпион по рассказыванию сказок, конечно, кот-Баюн: он из-за своей способности все сказки мира знает и очень любит их рассказывать. Но выступают рассказчиками и Яромир, и легендарный сказитель Боян.
Реконструкция — в трилогии часто реконструируются всякие сказочные факты, иногда «подвязывая» разные истории про одних персонажей.
Почему у царя-Кащея смерть спрятана именно в игле, а не в чём-то более прочном или ценном? Потому что Кащей был пленён до того, как завершил свой ритуал, бежал от тюремщиков в секретную лабораторию и провёл дарующий бессмертие ритуал там с тем, что под рукой было. А под рукой была иголка от «железной девы», в которой пленника недавно запирали.
Почему смерть Кащея хранится где-то там, на дубу, а не в подвале его дворца под охраной всей дружины? Ну, во-первых Кащей может получать силу через свою иглу, и поэтому её лучше хранить в особом магическом месте, таком, как остров Буян. Во-вторых, яйцо зачаровано на скрытие от поисковых чар, и потому найти его где-то там намного сложнее, чем в известных сокровищницах. В-третьих, яйцо зачаровано на неразрушимость, так что даже если кто его и найдёт, то до иглы всё равно не доберётся. А единственный предмет, которым это яйцо можно разбить — лоб Кащея. Так что чем дальше яйцо от Кащея, тем оно надёжней.
А откуда тогда кто-то вообще узнал, где Кащей свою иглу спрятал? А у кота-Баюна ме на рассказывание историй: он их просто из земного инфополя узнаёт. Схема захоронения яйца оказалась достаточно сложной, чтоб попасть в сказку, да ещё и двух стражей-дивиев героически убили — тоже история получилась. А Баюн уже распространил историю: ему удержаться сложно, а после и герои его угрозами убедили рассказать подробнее.
Как так получилось, что у Мороза есть внучка, но никто не слышал ни о сыне, ни о дочке? А просто дочь Мороза прожила по божественным меркам недолго, потому что Кащей убил её через считанные месяцы после родов. А отец ребёнка свалил из мира сразу, как узнал о беременности. Вот и остался дед с внучкой. Кстати, из всех божественных персонажей прошлого именно Мороз-Студенец представлен в культуре до сих пор потому, что он, в отличие от прочих, никуда не ушёл — поклялся остаться, пока не увидит смерть Кащея. А тот бессмертен.
Как персонажи, известные по произведениям разных эпох, оказались вместе? Тут вводится много обоснуев. Так, Илья Муромец, бившийся во времена Владимира Красно Солнышко, получил силу — и долголетие — от велета Святогора, и потому прожил более двухсот лет «своим ходом, год за годом». Он даже окончил «карьеру» богатыря и чуть не ушёл в монастырь, но Финист уговорил старика снова взяться за оружие. Его противник Соловей Разбойник — полувелет, так что тоже живёт долго. Посидел в киевских казематах, пока о нём не забыли, и под шумок бежал. А Калин царь Калинович — вообще «собирательный» персонаж: его много кто из богатырей в разные времена убивал, потому что у татаровьёв каждый хан зовётся «Калин», и каждый из них, соответственно, сын Калина. Отличают их по прозвищам.
Рушится царство кощеево — внутримировой пример тропа и насмешка над ним. Князь Игорь, придя убивать Кащея, в мечтах видел, как сражает злодея, целуется с возвращённой женой — а где-то на заднем фоне рушится кащеев дворец. С чего бы простоявший века и тысячелетия дворец должен рухнуть, он не думал — просто так хорошо мечталось. В реальности все фантазии рухнули ещё на подходе, когда ваннаби-героя скрутила охрана при подходе к дворцу.
Серо-серый конфликт — сторона Кащея несколько более тёмная за счёт, собственно, самого бездушного лича и ещё пары персонажей — но в целом мотивация у тех и этих примерно одинаковая. Большая часть кащеева войска — татаровья, люди-кочевники, которые могут ходить в разорительные набеги на Русь… вот только сами русские князья тоже ходят в набеги на русские города, как и на соседей, и не видят в этом ничего зазорного. Они и на татаровьев ходили бы, если б Кащей не организовал отличную защиту рубежей. Глеб в последнем бою отвечает злодею, что на другие народы и какую-то общемировую справедливость ему плевать, и он защищает русских, потому что это его народ… вот только у вымирающих людоящеров, псоглавцев, да даже хазар — мотивация ровно такая же, просто им повезло меньше. Кащей лжёт, когда ему выгодно — вот только русские богатыри тоже вполне могут сначала побрататься с драконом, а потом убить его, его жену и детей, а уж протагонист с девтерагонистом и вовсе то дедушку-жреца по башке отоварят и молодильные яблоки украдут, то водяного на бабки разведут — и даже не извинятся. Сторона Кащея несколько темнее за счёт чёрной магии его самого, Вия и Яги Ягинишны — вот только на светлой стороне чёрных магов попросту нет, так что это небольшая причина для морального превосходства.
Ужас у холодильника — Кащей Бессмертный жив… до сих пор. Дед Мороз, будучи одним из старых богов, поклялся не уходить из нашего мира, пока не увидит смерть злодея. Образ доброго зимнего деда существует в людской культуре, ему всё ещё справляют обряды — значит, бог всё ещё с нами, даже если ужался до всего лишь духа одного праздника. Выходит, Кащей так и не умер. Всё ещё.
Шлем — это не круто: реконструкция и деконструкция разом. С одной стороны, Васька Буслаев выходит на поединок богатырей, специально скидывая и шлем, и броню. Потому что его противник — велет Горыня, метров шесть ростом и с секирой подстать его комплекции, то есть там одно лезвие человека больше. От такого врага прятаться за бронёй просто бессмысленно — если попадёт, то или разрубит, или раздавит, всё одно с бронёй или без брони. Зато вот скорость позволяет Буслаеву убить врага, уклоняясь и постепенно подрубая ему вены и жилы на ногах. С другой — из-за отсутствия брони Васька умирает, просто подскользнувшись.
Шутки про изнасилование — рассказ Александра Поповича про то, как он на русалок глядел. Чтоб подивиться на бегающих голышом неживых девок и не быть до смерти защекоченным, тот надел сразу два креста — и спереди, и сзади. Какое-то время работало… а потом один крест отвалился, и русалки навалились толпой. Однако не защекотали, а стали «развлекаться» в ответ. В итоге Александр доблестно удовлетворял две дюжины русалок всю ночь, а к рассвету они, так и не успев его притопить, бежали в воду. Попович после такого недобровольного опыта получает всеобщее мужское уважение, а рассказ отлично идёт под хмелёк на пиру.
Близко к тропу подошла Василиса Прекрасная, которая и в форме лягушки осталась прекрасной. И была вынуждена не просто жрать комариков и прятаться от цапель, но и усиленно отбиваться от внимания обычных лягушек мужского пола. Учитывая, что она пыталась реализовать свою красоту для получения власти и богатства, свела мужа в могилу, по глупости угрохала руками Кащея полсотни его жён, включая встретившую её добром Зою Каллипигу, а потом попыталась кинуть уже самого Кащея — домогательства со стороны лягушек воспринимаются как кармическое наказание, причём совершенно несоответствующее проступкам, учитывая, что через считанные дни её с болота забрали.
