Криабал (цикл)

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Криабал» — дилогия (впрочем, при печати первую книгу разбили на две) Александра Рудазова, сюжет которой крутится вокруг воскрешения древнего зла, Антикатисто, и попыток разнообразных героев остановить злодея. Действие происходит по большей части в мире Парифат, который уже являлся местом действия таких книг автора, как «Властелин», «Арифмоман» и «Демон под диваном», в котором описывается судьба Чёрного Криабала. Однако Парифат велик, и потому книги пересекаются не так уж сильно; наибольшую роль играет тёмный властелин Бельзедор, бывший протагонистом во «Властелине» и ставший одним из значимых персонажей тут.

Завязка

В древние времена жуткий разумный элементаль тьмы Антикатисто разорял государство волшебников Мистерию, уничтожая магов направо и налево. Ценой больших жертв его удалось уничтожить, развеять и за прошедшие столетия о злодее позабыли… а он возродился, руками сообщников обрёл прежнюю силу и нацелился на Криабалы, созданные величайшим магом Бриаром Всемогущим гримуары, позволяющие творить сильнейшие заклятья даже тем, кто не владеет магией в принципе.

Множество разнообразных героев включаются в противостояние с древним злом. Один из подручных Антикатисто попался на взятках — и по его следам заговор обнаруживает сотрудник Кустодиана мэтр Танзен. Один из инквизиторов вычислил помогавших Антикатисто чернокнижников, попытался привлечь к борьбе с ними специалистов разных монашеских орденов — и так в борьбу с включается монах-солнцегляд Массено. Антикатисто заключает союз с хобиями Подгорного Ханства и йоркзериями, и военная агрессия первых заставляет смирного кобольда Фырдуза бежать из своей захваченной родины, а после и стать хозяином Рваного Криабала. Наконец, целая группа искателей Криабалов организуется просто божьим промыслом и удачей вокруг первейшего потомка Бриара, способного видеть передачу Криабалов. И в первое же своё приключение грабит демолорда Паргорона, заставляя его тоже опосредованно вмешаться в действие. Каждый из этих героев имеет свою сюжетную линию, иногда переплетающуюся с линиями других героев, чтоб слиться с ними в финале. Кроме того, книги мимоходом описывают историю Парифатской империи и создание Криабалов.

Персонажи

Искатели Криабалов

Полуслучайная команда приключенцев, набранная Дрекозиусом для сбора Криабалов наперегонки с Бельзедором. Сначала им повезло найти первую и последнюю страницы, затем — долго не везло на захват Криабалов (что весьма понятно — столь великие артефакты на дороге не валяются), но в конце антигероическая партия сыграла значительную роль в битве с Антикатисто.

  • Дрекозиус, урожденный Магет Риарико, жрец Космодана и видам (помощник епископа) Пайнка. Ленив и подвержен порокам — любит поесть, выпить, охоч до женского пола и не любит напрягаться зазря. Потому и пошёл в жрецы: работёнка-то непыльная и сытная. Постоянно поминает богов — но толком в них не верит, лицемеря почём зря. С юношества видит сны о Криабалах и даже перебрался в северный Пайнк ради шанса заполучить затерявшуюся где-то в северных пустошах страничку, но до начала цикла так ничего и не нашёл. Узнав, что та самая страница попала в руки Мектига, а Бельзедор начал собирать Криабалы, приложил все усилия, чтобы угрозами и посулами организовать из случайный приключенцев отряд и успеть перехватить книги первыми. В путешествии показал себя как физически слабый, зато сообразительный и хитрый попутчик, мастер дипломатии и подлых отравлений. По пути приобрёл ме спящего человека — возможность моментально засыпать в любом состоянии. К тому же, у него, в отличие от прочих искателей Криабалов, есть деньги и какое-никакое положение в обществе.
  • Мектиг Свирепый, дармаг (то есть человек северного подвида с пониженной температурой тела и синеватой кожей) из Свитьодинара, бывший боец дружины местных викингов, а на момент действия охотник за головами. Силён, вынослив, привык выживать что на дикой природе, что в самых разнообразных битвах, мастерски владеет оружием, отдавая предпочтение тяжёлым секирам. При этом немногословен, не образован, если не сказать — простоват, имеет крайне наивные представления о вере и окружающем мире. Берсерк — но неудачный, одержим духом лемминга, из-за чего к присущей берсеркам силе и прочности тела во время буйства прилагается желание сбросится с какой-нибудь скалы, желательно в море. Не лишен любознательности. По ходу действия приобрёл ме, позволяющее ему прикосновением затачивать любой клинок. Именно он получил страничку Криабала в дар и пошёл продавать её в ближайший город, чем и запустил весь квест по сбору Криабалов.
  • Плацента, полугоблин-вор. Сын прайнкской шлюхи и какого-то гоблина-вора, которого видел только раз в жизни, выросший на улице и зарабатывающий то чисткой чужих карманов, то домушничеством, то случайными теневыми заработками. В эпопею с Криабалами ввязался случайно: услышал, как дармаг задёшево продаёт книжнику магическую страницу, и решил помочь здоровяку загнать её подороже настоящему магу в надежде на свой процент. Как любой полугоблин, Плацента низкоросл и уродлив, зато ловок, умеет обращаться с кинжалами, нагл и эгоистичен. От рождения обладает особым даром бесить всех вокруг (на страницах книги демонстрировал свой «талант» даже на властелине идимов и боге смерти), приобретает ме бранного полиглота.
  • Джиданна Спецеял, лицензиат Униониса, которой Плацента пытался продать страницу Криабала и которая из-за этого оказалась в партии приключенцев. Обладает талантом к магии, красивой внешностью, но запредельной ленью. Из-за этого не следит за собой, не продолжила обучение магии, толком не работает и живёт в бесплатной каморке, перебиваясь с хлеба на воду (не имела бы и этого, но арендодателю нравится держать у себя единственного в городе мага, и он не требует денег за комнату). Даже обучение Джиданна оплатила не сама: нищий северный город Пайнк очень хотел иметь своего мага, и потому проспонсировал девушку в обмен на обязательство десять лет работать в городе. Срок вышел, но Джиданна так и не съехала, ибо переезжать в более перспективные места — лень. Бонусом идёт фамилиар героини — императорская белка, зверёк редкий и крайне магический, но при этом питающийся металлами и камнями, преимущественно драгоценными. В итоге если у Джиданны и заводятся деньжата, зверёк буквально проедает их за считанные дни. Во время путешествий магичка не раз думала о том, чтоб отбиться от группы и более не рисковать собой — но это потребовало бы самостоятельных решений, и потому она так и не решилась. В пути обзавелась ме Зелёного яблока, которое позволяет всегда достать провизию — но только кислые яблоки, и только по одному за раз.
  • Вехот, демон-возница, никому не сказавший своего имени. Может обращаться любым транспортом, а с гривой — ещё и перемещаться между мирами. Изначально работал на демолорда Хальтрекарока, но не сошёлся с ним во взглядах, за что был острижен и посажен на цепь. Искатели Криабалов освободили его во время побега в обмен на помощь в бегстве с Паргарона, затем вызвали и включили в свою партию в обмен на долю в трофеях.

Прочие

  • Антикатисто, высший элементаль тьмы. До превращения был великим магом Радожем Токхабаяжем. В обличие элементаля выглядит как облако клубящейся тьмы, которая воздействует на каждый предмет наихудшим для него образом и почти не поддаётся вредоносным воздействиям сама — а в дополнение к этому наделён разумом и магической силой. Одержим идеей истребить всех магов на Парифате. Нанёс огромный урон Мистерии, но всё-таки был развеян и не мог вернуться на протяжении столетий. После поражения подготовился основательнее, заручившись поддержкой союзников-антимагов и попытавшись наложить руки на древнее оружие времён Парифатской империи. Радож пытался поставить тьму на службу людям, полностью её подчинить — и в итоге стал элементалем тьмы. Осознав свою ошибку, отчаянно пытался умереть — но не мог, пытался убиться об сильных противников — и становился только сильнее от ненависти и разрушений, наконец, решил, что подобные ему маги доведут Парифат до катастрофы и попытался уничтожить всех магов.
  • Брат Массено, монах-солнцегляд, великосхимник и по ходу повествования — нунций Космодана. Питается хлебом и водой, занимается странствиями по свету и уничтожением всякой боящейся света солнца нежити и нечисти — как и большинство других солнцеглядов. В этом качестве был приглашён инквизитором для борьбы с задумавшими тёмный ритуал культистами, увидел приход Антикатисто в мир и, получив пайцзу нунция от умирающего нанимателя, продолжил преследовать элементаля тьмы по всему свету. Имеет суеверную слабость к гаданию по Ктаве — и, хоть и стесняется этого греха, частенько оказывается прав.
  • Танзен, магистр Метаморфозиса, специализирующийся на снятии матриц и превращении в других живых существ. Работает в Кустодиане — мистерийской службе по борьбе с магами-преступниками. В начале повествования как раз преследовал одного попавшегося на промывании мозгов посетителям магиоза — и случайно напоролся на нанимателей своей цели, как раз почти в полном составе собравшихся вокруг чакровзрывателя. Танзен потерял там всю свою группу и был ранен, но, оправившись, продолжил преследовать таинственного «человека в чёрном», которым оказался Антикатисто.
  • Фырдуз Ерке, кобольд средних лет. Тихо и мирно жил в Кобольдланде, глубоко под землёй — пока его страну не захватили хобии, а сам Фырдуз не отправился в их исправительный лагерь. Там повстречал захваченного гномьего разведчика Тревдохрада и вместе с ним бежал, а, потеряв товарища, лично отправился к королю Яминии с вестью о готовящемся нападении хобиев. В итоге случайно попал в тайник великого чёрного дракона Орказарока, увидел, а после и захватил там Рваный Криабал, из-за чего стал целью уже для Антикатисто и невольным союзником для направленной против того коалиции.
  • Имрата Аэтернида, титанида, дочь «царя» титанов Аэтернуса. Выглядит как подросток ростом с высокого человека. Когда-то, во время четвёртого колдующего императора, пришла освобождать своего пленённого отца и не сумела сделать это — но сумела похитить Белый Криабал и сбежать. Была настигнута отрядом магов около южного полюса и попала под Абсолютную Заморозку, хотя и успела убить всех врагов. Белый Криабал сохранил жизнь в замороженном теле, так что всё это время титанида пролежала в ледяной тюрьме, пока её не освободили искатели Криабалов. Из-за этого Имрата мало понимает в современных реалиях, не доверяет людям и вообще долгое время считала своего отца заключённым.
  • Бельзедор, тёмный властелин Парифата, титан, сын «царя» титанов. Сражался с Антикатисто ещё в первое его появление — правда, без особого успеха. На начало действия книг решает собирать Криабалы и в итоге почти полностью преуспевает в этом, но проигрывает захватившему Чёрный Криабал Антикатисто и теряет собранное. В дальнейшем активно борется с элементалем, нанимает и снабжает артефактами группу искателей Криабалов, в последнем бою сражается в первом ряду наравне с прочими великими магами и даже разок по-настоящему помирает.
  • Орказарок, древний чёрный дракон-царь. Когда-то давно правил подземельем, после добровольно отказался от должности и, забрав казну, отправился спать в большую пещеру, где и провёл по крайней мере века. На начало действия книг дракона разбудили добравшиеся до его сокровищницы авантюристы, а после Фырдуз и вовсе похитил Рваный Криабал. Орказарок преследовал Фырдуза по всему свету, попутно успев схлестнуться с Антикатисто.
  • Лахджа, демон и жена демолорда Хальтрекарока, прекрасная и, в отличие от многих других жён, сообразительная и обладающая разнообразными полезными способностями. Потому и была послана мужем искать некий ларчик, который искатели Криабалов вынесли из сокровищницы демолорда заодно с разыскиваемой ими страницей Криабала и кучей других полезных вещей. За время поисков успела пройти большой путь, двигаясь следом за искателями Криабалов, заглянуть к брату Хальтрекарока Фурундароку и выпросить у него пару услуг, столкнуться, подраться и объединиться с Орказароком и даже досадить Антикатисто. Всё для того, чтобы узнать, что ларчик Паргорон вообще не покидал, а похититель вовсе не покидал дворца Хальтрекарока.

Тропы

  • Ад его не удержит — искатели Криабалов бежали из мира мёртвых дважды, причём один раз получили право выйти напрямую от бога смерти. Антикатисто был развеян, затем собран, сумел обрести прежние силы в Хиарде, тюрьме богов, в которую они заключают страшнейших своих врагов и просто монстров — и выйти оттуда с помощью своих подчинённых в мире смертных.
  • Антимагия — в простейшем варианте магию подавляет металл короний, или хладный металл. Облегчённый вариант — крапива, на которую у почти всех магов сильная аллергия. Также маги Парифата научились инвертировать магические чакры, чтоб рассеивать волшебство или даже уничтожать чакры противника. Во времена Парифатской империи это искусство умели применять и частично, и временно, изменяя лишь часть чакр волшебника. К моменту действия книги антимагией занимается орден антимагов, считающий магию злом и потому инвертирующий чакры полностью и до конца. Сильнейшие из антимагов могут лишить волшебника сил взглядом или убить его дар прикосновением. Также подобную силу можно умножать и распространять по области с помощью древних артефактов-чакровзрывателей. Вокруг использования этого древнего оружия крутится большая часть действий трилогии. Помимо этого антимагическими свойствами обладала яма, в которую сажал пленников Хальтрекарок — но демолорд на своей земле мог бы просто повелеть магии не работать. Другой способ лишить мага колдовства — особая татуировка, Тюремный Венец, делающая невозможным использование чакр.
  • Без души — одна из рас Парифата, твинодаки, не имеют седьмого начала души, и потому не способны ни к магии, ни к религии. С эмоциями, фантазией и снами у них тоже проблемы. Твинодак — существо, мыслящее сугубо рационально, да ещё и часть памяти получающее от родителя напрямую.
  • Бестиарий — ПОСС, составленный магами Парифата справочник существ с примерным указанием их смертоносности для мага, выражаемой через «класс опасности». У обычного человека он равен единице.
  • Благонамеренный экстремист — великий инквизитор поддерживает Антикатисто в его желании уничтожить всех магов потому, что тоже верит в опасность магии для мира. Сыграв свою роль, признаётся во всём героям и добровольно идёт под суд.
  • Боевой кнут — эльфийские саблекнуты в виде ремней, усеянных лезвиями. Также раскалённый парагонским пламенем кнут использует Властелин, а его приспешница Леди Боль крайне ловко управляется с обычным.
  • Большая ошибка — не стоило парифатским магам изобретать чакровзрыватели, расширяющие эффект антимагических сил на целые провинции. И тем более не стоило строить Апофеоз, бивший сразу по всему миру. Предполагалось, что он затронит только заданный цели… но при запуске оказалось, что целеуказание не работает, и супероружие бьёт неизбирательно.
  • Большой начальник — ханша хобиев ростом больше человека и необычайно толста — при том, что обычный хобий меньше даже цверга, а цверг, соответственно, несколько меньше человека. Над своими подчинёнными ханша должна высится башней.
  • БОРЗ — Джиданна, редкий случай оБОРЗевшего мага. Отучилась в Клеверном Ансамбле «по целевой программе» от города в обмен на десятилетнюю службу в этом забытом богом месте — и от лени не съехала, даже когда контракт истёк. Магию освоила только на минимальном уровне, хотя талант был — но учиться дальше было лень. В принципе, красива — но ухаживать за собой или следить за весом лень тоже. Клиентов у неё немного, денег почти никогда нет, из квартиры не гонят просто потому, что хозяину прикольно держать у себя единственного городского мага, пусть даже забесплатно. И даже с искателями Криабалов она идёт главным образом потому, что идти куда ведут проще и ненапряжней, чем дезертировать лично.
  • Великаны — дальние потомки Всерушителей, когда-то бывшие солдатами их армии. Гигантские гуманоиды четырёх родов: морозные хримтурсы, огненные муспеллы, толстокожие йотуны, и людогоры, самые большие из всех. Обычный рост — в четыре-пять раз выше человека. Когда-то, когда кровь всерушителей была сильна, были вечными и вдвое более высокими, но с тех пор выродились, уменьшились и стали просто ещё одной расой Парифата. Великаны владеют своим особым, древним языком, считаются выдающимися строителями — даже свою страну они построили, передвинув в сторону горные пики. В самом произведении упоминаются хримтусы, прислуживающие леди Хионе, йотун-жрец в пять человеческих ростов, эпизодически помогавший Массено в поисках Антикатисто, генералы армий Всерушителей Хиротарос и Дормадос, обманутые Антикатисто ради воскрешения.
    • Дармаги — в общем-то человеческая раса, но с некоторыми признаками хримтурсов. Слегка синекожие, холодоустойчивые, даже говорят на оксетунге и очень высокие — рост более двух метров у них обыденность.
  • Взять в ад компанию — именно таким образом Антикатисто надолго упокоили в прошлый раз. Использованная против него метода Бецалли, названная в честь пожертвовавшего собой создателя — кратковременное превращение мага в высшего элементаля света и взаимоуничтожение с высшим элементалем тьмы Антикатисто. Элементаль не может быть убит, но может быть расточён, лишен сил — и Антикатисто, потеряв свою тьму, на столетия перестал существовать.
  • Всё пошло слишком так — Бриар хотел создать универсальное заклинание, просто преобразующее мир по воле мага. И создал. Правда, он сам стал этим заклинанием. А преобразование включало в себя превращение желающего в такую же сущность-заклятье, которая сама могла бы реализовать то, что хотел смертный до обращения.
  • Вымышленный вид спорта — в Клеверном Ансамбле, на Ингредиоре играют в Скользкий шар — игру, где нужно телепатическим усилием загнать гладкий скользкий шар в кольцо противника. У полётников из института Бакулюмуст тоже есть похожая игра с мячами, кольцами и полётами, но она не названа, и вообще является отсылкой к квиддичу.
  • Гештальт:
    • пьяное быдло, толпа пьяниц с бутылками. Когда-то давно были просто агрессивными алкашами — но нарвались на волшебника и получили проклятие. Теперь вся толпа — сонм проклятых, формально в отдельных телах, на деле всегда касающихся друг друга хоть как-нибудь. Отпавшее от толпы тело теряет разум и ориентацию в пространстве; все фигуры шагают одновременно и мыслят об одном и том же.
    • Конклав, сросшиеся и защищённые заклятьем нерушимости скелеты семи бывших членов конклава Парифатской империи. Личности и силы семи величайших магов остались, хоть и значительно слились за прошедшие века. Конклав, когда-то уничтоживший магическую цивилизацию своего мира Апофеозом, посвятил своё посмертное существование защите этого оружия и предотвращению любых попыток то запустить.
  • Гоблин — стандартные фентезийные мелкие и злобные гуманоиды. Слабее, но куда быстрее людей, живут меньше, взрослеют быстрее. Гоблинов мало кто любит: чуя за собой силу, они становятся дерзкими, нахальными и жестокими; оказавшись в проигрышном положении, начинают лебезить. Много гоблинов живёт в Империи Зла на правах прихвостней, другие организовали страну в подземелье и даже приняли участие в разгроме хобиев (разумеется, после того как главные силы Ханства разбежались, и настала пора добивать остатки и мародёрствовать), третьи основали страну Лабурию в Фантарии. В последней водятся и гигантские гоблины, отличающиеся скудоумием и нещадно эксплуатируемые своими мелкими собратьями. Гоблином был папаша Плаценты — такой же вор-карманник, как и сын.
  • Голем — создание големов изучается в Ферраменге, части Клеверного Ансамбля. Простейшие големы используются для тяжёлого труда — например, помогают прокладке туннелей в Яминии. Самые совершенные почти подобны людям: так, голем из «особой тройки» Кустодиана говорил на языках, как человек, владел разнообразным оружием и имел суррогат души. Также массовым созданием големов отметился четвёртый император Парифатской империи. Его Немые Стражи стояли на перекрёстках и высматривали, вылавливали преступников, информацию о которой все эти дозорные получали из общей магической базы.
  • Гремлин — крохотные зелёные гуманоиды с большими ушами. Единственные в Парифате исследуют науку и создают техномагические паравозы и параходы. Славятся своей точностью и пунктуальностью. Поскольку никто, кроме них, «гремлинского волшебства» не знает, другие страны только арендуют технику вместе с командой.
  • Гримуар — всё действие вертится вокруг Криабалов, гримуаров, созданных когда-то Бриаром всемогущим. Антикатисто желает собрать все, чтоб уничтожить магов, Бельзедор — чтоб защитить от Антикатисто, искатели изначально собираются, чтоб не дать захватить Криабалы Бельзедору. Собственно, всяких волшебных книг на Парифате много (в Клеверном Ансамбле целая библиотека есть), но Криабалы столь сильны, что позволяют колдовать даже немогущим — прочти заклинание, и оно исполнится. Даже держать книгу в руках достаточно для некоторого магического эффекта. На самом деле заклятья Криабалов — это даже не записи, а сотворённые живые существа с телом из магии, маленькие маги, способные творить каждый ровно одно заклинание и только по воле носителя книги.
  • Дальновидение — правнук Бриара Всемогущего, император Парифатской империи Громорокатран создал себе артефакт Всевидящее Око, позволяющий заглядывать в любую точку Парифата.
    • Прямые потомки Бриара могут видеть момент перехода Криабалов из одних рук в другие во сне, где бы то ни происходило.
  • Дварф — Цверги, кубические бородачи пониже человека, но куда выше кобольда, живущие в горах и под горами; они куют металл, известны своими артефакторами, големами и субтермагами. Живут цверги сотни лет (390 — глубокая старость, но не что-то удивительное для здорового цверга), полового диморфизма почти не имеют, любят тяжёлое оружие и броню, жадны и крайне падки на золото. Не следует путать с гномами: эти тоже низкорослы и временами живут под землёй, но являются другим видом. И обижаются, если их назвать чужим именем.
  • Демон — демоном тут считается существо, вытягивающее силу из захваченных душ смертных; демонические миры захватывают огромное количество душ, выжимая из них силу. Видов демонов может быть великое множество, от неразумных почти-зверей до обладающих интеллектом и силой демолордов. Действие этих книг происходит на Парифате, так что упоминаются в основном виды демонов, живущих в соседнем с ним демоническом мире Паргороне. Особую роль играют демоны-аристократы гхьетшедарии, к которым относится хранивший последнюю страницу Криабала Хальтрекарок и его брат и демоны-возницы вехоты, с помощью одного из которых искатели Криабала бежали из Паргорона после ограбления и после перемещались по Парифату.
  • Доппельгангер — Ме Пятиминутной Копии Лахджи позволяет создать копию чего угодно, почти неотличимую от оригинала — но бесследно исчезающую через пять минут. В том числе работает и на разумных существ, и даже один раз применялось для отвлечения внимания Антикатисто копией кобольда Фырдуза с нужным злодею Рваным Криабалом.
  • Дракон — крылатая теплокровная рептилия, серьёзно меняющаяся с возрастом. Молодые драконы общительные и очень прожорливые хищники, просто умные звери. Однако с годами дракон умнеет, обретая сначала речь, а потом и магию. При этом он всё меньше есть, больше питая тело магической силой, а со временем начинает подолгу спать. Драконы любят блестящие вещи, но, становясь разумными, предпочитают собирать драгоценности, а не просто стекляшки. Некоторые из крупных видов держат в качества домашних любимцев принцесс. В произведении значительную роль играет древнейший чёрный дракон Орказарок, чью бездонную сокровищницу принялись разграблять всякие авантюристы и из которой кобольд Фырдуз умыкнул Рваный Криабал.
  • Живой дым — Танзен может обращаться потоком воздуха, и в этой форме пролезать в любые щели. Антикатисто тоже, в общем, подходит под троп, хотя как элементаль тьмы он не совсем живой и вовсе не дым. Но обычная его форма — облако клубящейся тьмы, бесформенной и бесплотной, но способной влиять на окружающий мир. Особенно хорошо получается уничтожать: тьма по умолчанию воздействует на каждый предмет наихудшем для него образом.
  • Зверолюди:
    • хобии, люди-кроты. Размером меньше человека, не слишком сообразительны, но склонны к порядку и подчинению. Живут под землёй, роя проходы гигантскими когтями на передних лапах. Хобии слепы, но их покрытые плёнкой глаза превратились в улавливающий колебания воздуха орган осязания.
    • фелины, одного из которых скопировал Танзен. Кошколюди ростом почти с человека, но с куда лучшими слухом и обонянием.
    • акрилиане, люди-крокодилы. Их чешуя прочна, как кольчуга, а пасть и хвост не хуже, чем у обычных крокодилов. Один такой есть в коллекции образов Танзена.
    • варды, похожие на прямоходящих худых медведей на полторы головы выше человека. Что характерно, у них есть женские и мужские поселения, женские и мужские города, и даже страна поделена на страну женщин во главе с королевой и страну мужчин во главе с королём, причём король и королева — не муж и жена.
  • Крутой инвалид — многие упомянутые обряды инициации включают инвалидизацию. Солнцегляды лишаются глаз, чтоб извергать свет богини из пустых глазниц и смотреть солнечным зрением сверху вниз; ножевои вырезают свой волшебный летающий нож, крис, из своей лично отрубленной кисти. И те, и другие определённо круты — особенно когда сражаются с нежитью, своим профильным врагом.
  • Крутой хвастун — Локателли, лидер Мистерии. По-настоящему крутой маг, способный творить почти всё, что захочется одним только «Да будет …», компетентный управленец и сильный боец, на равных прочими великими магами бившийся с Антикатисто. При этом крайне любит похвастаться, рассказать, как на нём одном весь мир держится, толкнуть речь перед публикой, да подлинее и поцветастей…
  • Искусственный язык — каш, язык магии. Создан Бриаром Всемогущим с нуля и исключительно для составления заклинаний, более напоминает язык программирования, чем нормальный язык. Теоретически с его помощью можно загадать вообще что угодно, но это долго и сложно — даже в его продвинутом варианте с блок-фразами и опытным сениором-оператором (магистром Вербалиса) наколдовать обычный парусный баркас заняло 20 минут, причем он ради скорости пропустил цветовую гамму. А вот сбацать на нем какую-нибудь машинку у обычного лохо-юзера займет чутка меньше времени, чем прочитать код винды вслух. Каждая оговорка, вздох и даже пауза длиннее обычной исказят результат.
  • Лучи из глаз — монахи Солары, солнцегляды, могут извергать её свет из своих пустых глазниц. В обычном состоянии этот свет уничтожает всякую нежить. Можно, разозлившись, сжечь и человека — но это грешно. Также правая пара глаз двухголового маридиака, стража Шиасса, испускает смертельные лучи.
  • Магическая телепортация — во-первых, маги могут телепортироваться, если умеют. Во-вторых, ещё при Парифатской империи мир усеяли рамками стационарных порталов — они есть не везде, даже не в каждой стране, но перемещаться по полусотне континентов через порталы всё равно быстрее, чем как-то иначе. Современные маги тоже умеют создавать постоянные переходы — так, Антикатисто соединил свою башню и тайную лабораторию замаскированным кровавым порталом. Существуют одноразовые телепорты в заданную точку, используемые как средство побега — но стоят они крайне дорого. Архимандрит солцечных монахов может перенести своих подчинённых на любое освещённое солнцем место божьим чудом, Солнечной Дорогой. И, наконец, заклятье «побег» из Рваного Криабала позволяет пользователю перенестись. Куда — зависит от ключевых слов. Можно в ближайшее безопасное место в нужном направлении, можно домой, можно просто прочь.
  • Магия огня — Хаштубал Огнерукий, сильнейший огненный маг Клеверного Ансамбля. На равных бился с Бельзедором, да так, что магам пришлось смещать весь остальной город относительно этих двоих, чтоб сохранить здания и жизни. На войну с хобиями прибыл буквально на недельку, в свободное от преподавания время — и сжигал целые армии, попутно оплавляя туннели. Хоть какие-то проблемы ему доставили только подчинённые магмовые элементали.
    • Джиданна умеет стрелять фаерболами изо рта своей белки-фамилиара. Правда, маленькими — белка, даже императорская, зверёк небольшой.
  • Магия превращения — университет Метаморфозис выпускает магов, специализирующихся на превращениях своего тела. Есть несколько способов сделать это: можно преобразовыватьтело по частям, изменяя, добавляя или убирая органы, можно копировать формы других существ и превращаться целиком, приобретая при этом кое-какую память и знания, позволяющие управляться новым телом как родным. Один из главных героев, маг и сотрудник Кустодиана Танзен, специализируется как раз на втором способе и к концу книги собрал 100 форм, включая такие странные, как воздушный вихрь, стакан, метла, сырный и сметанный элементали…
  • Метаморф — Лахджа, жена Хальтрекарока, при превращении в демона получила Ме метаморфизма, и может изменять своё тело в весовых рамках от крысы до среднего дракона. А демоны-возницы вехоты превращаются в любое транспортное средство — они охотятся, сжирая добровольно севших внутрь демона пассажиров.
  • Мистер Мрачные Штаны — Мектиг, шутки ради. Здоровенный убийца-наёмник из народа СФК викингов, с большой секирой-крушилой, который бежал из родных земель после того, как убил конунга за оскорбление. Редко говорит, почти никогда не улыбается, и почти всякая встреча с чем-то новым начинается с «Х. Мектиг ненавидел Х». За тремя исключениями: Мертиг не ненавидел мороз, тишину и цвергов. Последних даже по-своему уважал. А титанов вовсе не встречал раньше.
  • Монстр-жижица — сметанный элементаль, одна из форм Танзена. Может течь в любую сторону, менять свою консистенцию и дышать всем телом. Удобная форма, если надо кого-то схватить и обездвижить. Аналогично ведёт себя и другой элементаль, магмовый (правда, он куда плотнее). Йоркзерии использовали подчинённых магматиков как боевые машины и даже артиллерию: монстры швырялись кусками самих себя.
  • Невидимость — много вариантов:
    • одна из форм Танзена — невидимая собака. Зверь обладает выдающейся маскировкой, правда, и сам из-за этого слеп. Зато обладает отличным слухом и нюхом, а оборотившийся собакой маг дополнительно продолжает видеть ауры.
    • демонический зверь нехедрах, обитающий в подземельях Паргорона, может становится почти невидимым в темноте. Удачное свойство для крупного засадного хищника, предпочитающего плюнуть в жертву ядом и после медленно «пить» остатки.
    • используемый хобиями костюм лазутчика не делает носителя буквально невидимым, но отводит глаза, заставляя окружающих игнорировать его. Аналогично и с заклятием отвода глаз из Рваного Криабала.
  • Непонятного пола — цверги, раса бородатых гуманоидов кубической формы. При этом и психологически, мало отличаются, и в своей культуре полу особого значения не придают, величая всех цвергов на мужской манер. Кобольд Фырдуз был крайне удивлён, когда сначала узнал, что его друг и товарищ по побегу был влюблён в принца, затем узнал, что «принцем» цверги называют принцессу, а после — что король Яминии, к которому он всё это время нёс послание — на самом деле королева преклонных годов.
  • Номер вместо имени — хобии сгоняют своих заключённых в трудовые лагеря и выстригают им имена на шерсти. Это позволяет надсмотрщикам быстро и однозначно определять рабов, а также отличать беглых среди свободных. Раньше номера выжигали калёным железом, но оказалось непрактично: при переброске работника на другую выработку вся отчётность путалась.
  • Оборотень — упоминаются ликантропы, или, как они себя называют, трансвидовые люди. Безымянный ножевой, погибший в схватке с Антикатисто при его первом явлении в мир, как-то охотился на такого и почти рассказал о том интересном случае… но не сложилось, погиб, так и недорасказав. Также фигурирует кархариатроп, акула-оборотень с рыбьёй мордой и плавником, но с людскими руками и ногами. К этому виду относится Лорд Тысячезуб, командующий армией акул приспешник Бельзедора.
  • Одержимость — демоны умеют вселяться в тела других существ. Наглядно показана одержимость жены купца гадазоном — демоном, заточенным под овладение чужим телом. Эти существа имеют вид носимых предметов и захватывают тело того, кто их наденет. Правда, в этом случае демон не учёл злобный характер толстухи: стоило жене стать ласковой, как муж немедленно заметил подвох и побежал искать экзорциста.
  • Отсылка:
    • жрущая драгоценности императорская белка, фамилиар Джиданны, явно позаимствована у Пушкина.
    • у Джиданны в шкафу недоделанный хаотичный портал. Когда Плацента открывает дверь, он видет внутри заснеженный лес и дудящего в рожок фавна — отсылка на Нарнию.
    • первую страницу Криабала Бельзедор получает от безвестного кузнеца. Тот сковал три кольца вонючим оркам, для вождя их жирного, семь колец пузатым троллям, для шамана хитрого, девять гоблинам-уродцам неизвестно для чего, но, говорят, было надо, и ещё одно просто потому, что материал оставался. А затем решил пожаловать лучшее кольцо повелителю, завернув его в бумажку вместо обёртки. Той бумажкой и оказалась страница Криабала. А сцена — явная отсылка на Толкина и кольца власти.
    • «Топоры, дубины… Главное — мозги», — говорит отец Дрекозиус, напоив троллей-разбойников отравленным вином. Явная отсылка на «Крылья, ноги и хвосты».
    • полётники из института Бакулюмуст Клеверного Ансамбля играют в вымышленный вид спорта, включающий мячи, кольца и полёты. Крайне похоже на квиддич.
    • Сцена с самовоспламеняющимся фазаном Локателли тоже жирный оммаж на сцену с Дамблдором и Фоуксом.
    • да и Бельзедора, «убитого» Антикатисто, «воскрешают» «плотью слуги, кровью врага и ещё какой-то лабудой».
    • в одной из сцен Танзен рассуждает об атаке на Бельзедора, которого до того никакая магия не взяла. «что может Танзен сделать Бельзедору без магии? Ударить половинкой кирпича в носке?» — отсылка на Ринсвинда.
    • на день рождения Властелину дарят подарки:
      • стул Всевластья, который несли пешком через весь Парифат — отсылка к комиксам Савила;
      • сокола смерти, стреляющего лучами из глаз — а вот это из Оглафа;
      • портянку Эркухера, сына Ромуальда — взята из пародии Ильфа и Петрова на крестьянских писателей. Именно из-за этой портянки Ромуальдыч «заколдобился».
      • графин бесконечной воды, взятый из «Planescape: Torment».
      • идол Великого Мумрика из книг Астрид Линдгрен о Калле Блумквисте…
    • «Желание овладеть им может превысить мои силы. Добр Медариэн — а ведь я могу стать еще добрее!» — рассуждает Бельзедор по поводу Белого Криабала. Чуток изменённая цитата из Толкина на счёт кольца.
  • Охотник за головами — Мектиг, один из главных героев, после убийства оскорбившего его конунга и бегства из родной страны промышлял заказными убийствами. Нанимался устранять цель, брал плату вперёд и убивал. Правда, на начало книги его занесло в столь нищую страну, что найти клиентов было вовсе не просто.
  • Охотник на нечисть — два варианта показаны в кадре:
    • монахи-солнцегляды специализируются на испепелении всякой нечисти-нежити, боящейся солнечного света. Божья сила изливается из их слепых глаз лучами света, уничтожающими всяких тёмных существ. При этом солнцегляды именно монахи, с аскезой и постоянными молитвами своей богине, а помогают обычно забесплатно.
    • ножевои — охотники преимущественно на вампиров. Они отсекают себе одну руку и делают из её костей крис — волшебный летающий нож, наносящий вампирам, да и прочим подобным тварям, страшные, незаживающие, расползающиеся раны. Вариант близкий к ведьмакам: по поведению светские бойцы, действующие обычно в одиночку и не стесняющиеся наниматься наёмниками за достойное вознаграждение. Но ненависть к вампирам убедит их работать забесплатно.
  • Пастырь нерадивый — Дрекозиус, по должности правая рука главного церковника города, на деле очень любит погрешить: поесть, выпить вина, поразвлечься с прихожанками, может виртуозно соврать или даже подложить отравы. В жрецы он пошёл только потому, что из всех занятий это показалось ему самым необременительным. При этом на словах продолжает приплетать веру и лицемерит напропалую, но к действиям своих «прихожан» относится более чем лояльно. С одной стороны, он вовсе не заботится о вере и часто даже оправдывает морально неоднозначные поступки. С другой — не казнит, не запрещает и не тащит в тюрьму всякого, кто позволил себе смелую шутку, чем положительно отличается от прошлого епископа. Даже если смеются над ним самим.
  • Пауки необычных размеров — душекосцы, пауки Шиасса, пожирающие обитающих там призраков, превосходят размером человека. Тонкими лапами они пронзают духов, опутывают ментальной паутиной и высасывают досуха. Впрочем, вступивший в Шиасс живой тоже облачается в призрачную плоть, так что паук сожрёт и его. С натяжкой подойдёт демон-нехедрах, хищник катакомб Паргорона, отдалённо на гигантского паука похожий: также многолап, переваривает жертву ядом, может плеваться паутиной и использовать её для опутывания жертв. Также паукообразный вид имели Всерушители вида пауки-осьминоги, но те давно вымерли и выродились в арахнидов и окталинов, куда менее опасных созданий с арахноидными и осминожьими чертами соответственно.
  • Пишет с ошибками — воевода Брастомгруд, что выясняется, когда на созданное им письмо пытаются выманить ханского сановника. «Нам эта грамматика без надобности. Мое дело простое, военное. Понятно же, что я написал? Ну и все.» — комментирует воевода.
  • Постапокалипсис — линия Вэтечека, жившего во время и после действия Апофеоза. Активация супероружия в один день убила всех магов магической цивилизации, лучших специалистов почти во всех сферах — а львиная часть не-магов приходилась на праздных родственников успешных магов и на обслуживающий персонал при магах. Плюс к тому до Апофеоза несколько лет шла магическая война — и справляться с её последствиями без колдовства стало нечем. А затем винящее во всех бедах магов население принялось крушить артефакты кончившейся эпохи… в общем, Вэтечек гуляет среди разрушенных городов, обнищавших и потерявших культуру поселений, видит распад государственных структур.
  • Постоянная шутка — «Х. Мектиг ненавидел Х» повторяется регулярно и по любому поводу. Из того, что Мектиг не ненавидел, были упомянуты только цверги, холод и титаны, которых берсерк просто никогда не встречал. Остальное — таки да.
  • Призраки — воплощённые духи мёртвых, способные оставаться в мире живых, показываться смертным и даже иногда двигать предметы. Призраки магов могут колдовать, но силы их куда меньше, чем при жизни. Из призраков в трилогии фигурирует Мазетти, великий маг, погибший в битве с Антикатисто и ставший бессменным хранителем библиотеки Клеверного ансамбля, и духи колдующих императоров, призванные последним, носившим этот титул, через заклятье из Серого Криабала. Также призраки — естественное население мира мёртвых Шиаса, тут они встречаются во множестве. У всерушителей всё не как у людей: их наполненные хаосом оболочки не отправляются в мир мёртвых после уничтожения тела, и становятся кошмарами, входящими в сны смертных и изводящими их страхом.
  • Прорицатель — в самом начале пути Мектиг встречает старуху-ведьму и получает предсказание:
    «Слепец светлоокий стоит у ворот;
    Узы расторгнуты, вырвалась Тьма!..
    Много я знаю; вижу я, вещая,
    Грозно грядущий жребий миров!»
Это кажется претенциозной ерундой, но, в целом, правдиво описывает происходящее в трилогии. Другое дело, что получить из этого какой-то толк можно, только если точно знать, о чём речь. Позже Месено навещает храм Просперины, богини предсказаний, и обращается с сивиллой, жрицей-пророчицей.
  • Псионические способности — член отряда Танзена, Оркатти, специализируется по менталистике. Он может передавать сообщения мысленно, выслеживать владельца по магии или вести разведку в виде бесплотного духа, покинувшего своё тело. Также преступный маг Сукрутурре, выпускник гипнотического факультета Спектуцерна, был способен подчинять людей своей воле, стирать им память, вводить долгоиграющие триггеры и даже убеждать в том, что они — преступный маг Сукрутурре. А мэтр Мазетти и после смерти сохранил выдающиеся способности к телепатии, из-за чего общается с посетителями исключительно через неё и всегда сам находит тех, кто его ищет.
  • Раздвоение личности — Вэтечек, маг-недоучка, лишь слегка пострадавший от действия убивавшего магов Апофеоза. Внешний Вэтечек — городской дурачок; внутренний может строить долгосрочные планы, но за главенство не борется. В мире, где сгинувших магов ненавидят, быть дурачком куда безопаснее.
  • Ружьё Чехова — много:
    • Практикант Танзена научился превращаться в петуха ради того, чтоб поластиться к девушке. В итоге в критический момент он обернулся и закричал — и тем самым выиграл для учителя время. Могучий элементаль тьмы от петушиного крика не пострадал, но, как и все тёмные твари, вздрогнул.
    • Фамилиар-белка Джиданны с удовольствием есть металлы и камни, а предпочитает вообще драгоценности. Не раз она прогрызала героям путь через металлические двери или показывала путь к ближайшему скоплению золота.
    • Джиданна упоминала, что может частично контролировать и диких белок-нефамилиаров и совсем слабо любых грызунов. А Мектиг в состоянии берсерка одержим как раз духом лемминга, но отвратительно себя в нем контролирует. Так что эта синергия большую часть времени была бесполезна и лишь к эпилогу Джиданна смогла раскрыть свой потенциал мага и в критической ситуации смочь управлять Мектигом, что здорово помогло им в последнем бою.
  • Силач на расправу — размороженная титанида Имрата ударом отправляет Мектига, здоровенного берсерка-варвара и штатного силача команды, в полёт. После этого вся компания искателей Криабалов мигом отказывается от идеи напасть на титаниду и отобрать у неё книжку.
  • Срисованная фэнтезийная культура — Народ Мектига списан с викингов: высокие воины, живущие в северных землях и промышляющие то войнами, то налётами. У них есть берсерки, воины-хирдманны и конунги, и каждый боец надеется умереть в бою.
  • Трансфлормация — королева эльфов сразила в бою снежную ведьму леди Хиону и превратила её в дерево.
  • Телекинез — распространнённое магическое заклятие. Особо выделяющийся пользователь — последний социальный советник Парифатской империи, Мородо. Он и ел, и пил, и дышал телекинезом, сам не напрягая ни единой мышцы.
  • Тёмный властелин — Бельзедор намеренно отыгрывает этот троп. Он назвал свою страну Империей Зла, закрыл её небо вечными тучами, сам поселился в Цитадели Зла, откуда руководит Легионами Страха и множеством агентов в других странах. На деле, разумеется, всё куда сложнее — что описано в посвящённой Бельзедору повести Властелин.
  • Тролли — большие (на три головы выше человека) сильные, но не слишком умные обезьяноподобные, но лысоватые гуманоиды с шишковитыми телами. Один относительно цивилизованный показан играющем на пианино в таверне (судя по тому, что пианино от ударов то и дело отъезжает назад, играет неважно). Ещё четверо громил-разбойников с дубинами пытаются ограбить искателей Криабала, причём, поскольку это были горные тролли, сравнение с речными собратьями их дико взбесило.
  • Фамильяр — волшебники университета Унионис работают через разнообразных прокси. Джиданна окончила факультет, основанный на работе через фамильяров. При этом зверь приобретает особые способности, а маг может говорить с ним телепатически. У Джиданны фамилиар — императорская белка, редкий зверь, просто лучащийся магической силой. Императорские белки обожают есть драгоценные камни и металлы, впрочем, по нужде съедят и обычные. А у её соседки по общежитию был фамилиар-свинья, от которой можно было каждый день отрезать мясо: зверь не чувствовал боли и быстро регенерировал обратно.
  • Хороший монстр — мёртвый монстр — Антикатисто и инквизитор считают, что маги могут уничтожить цивилизацию, и потому намеренны их уничтожить. При этом отдельных хороших магов признают — но для них это ничего не меняет. Сам Антикатисто, например — маг и лауреат премии Бриара 1 степени.
  • Храмовник — де-факто управляющий Пайнком епископ Суйм. Человек по-настоящему верующий и даже склонный к аскезе, но не различающий большие преступления и мелкие отклонения от правил, желающий калёным железом выжигать любой грешок. В результате в городе его боятся и стараются не связываться, а подконтрольная епископу стража гоняет бродячих артистов.
  • Хранилище сверхъестественных предметов — Еке Фе Фонсе, «проклятый остров-свалка» в переводе с языка Каш. Расположен рядом с Мистерией и используется чародеями для захоронения всяких проклятых артефактов. Иногда — зря: так, один въедливый волшебник хорошенько прочесал эту свалку и нашёл захороненный там чакровзрыватель.
  • Циклоп — гигантские коренастые одноглазые гуманоиды, похожие на вставших на две ноги мамонтов. Обладают твёрдой шкурой. Ростом примерно с трёх человек. У них есть своя страна под землёй, но упоминается она лишь мельком.
  • Школа магии — Клеверный Ансамбль выпускает две трети всех магов Парифата. Правда, там не одна школа, а шесть университетов, каждый из которых образован пятью институтами, на каждом из которых, в свою очередь, может быть множество факультетов. Весь ансамбль вместе образует этакий университетский город размером с треть Валестры, столицы государства магов Мистерии. Даже наоборот: это Валестра разрослась вокруг Ансамбля.
  • Элементали — стихийные духи, зарождающиеся обычно там, где образовались большие скопления их вещества. Сильнейшие, первозданные относятся к свету или тьме, прочие бывают самых разных видов, от оживших барханов до сырного или сметанного элементаля. Обычно элементали не добры и не злы, они даже не живы, и потому не могут умереть — только расточиться, потерять силу до полного обнуления. Однако могут существовать и грязные элементали, зародившиеся от остатков чьего-то неаккуратного волшебства — эти умеренно злобны.
  • Эльфы — стандартные фентезийные стройные гуманоиды с длинными ушами. Не бессмертны, но живут долго, доживая иногда и до трёх тысяч лет. У эльфов есть своя страна, Тирнаглиаль, и множество стан помельче, входящих в Эльфийское Содружество, а из персонажей-эльфов наиболее значительны Галлелия Лискардерасс, глава Тирнаглиаля, великая волшебница и до поры хранительница Зелёного Криабала, и Сарразен, глава Кустодиана.
Сюжет.png

Криабал (цикл) входит в серию статей

Литература

Посетите портал «Литература», чтобы узнать больше.