Дозоры

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Дозоры» — цикл книг в жанре городского фэнтези о параллельном мире Сумраке и живущих рядом с людьми Иных — магах, вапирах, оборотнях, ведьмах и т. д. и т. п.

Изначально цикл начат был Сергеем Лукьяненко (вторая книга — в соавторстве с Владимиром «Вохой»[1] Васильевым), но на сегодняшний день проект превратился с благословения Лукьяненко в полноценный сточкер, где книги об Иных стряпают все, кому не лень.

Краткое описание сеттинга

Испокон веков рядом с людьми жили Иные — существа, в общем-то, человекоподобные и происходящие от людей, но обладающие целым набором особых свойств:

  • Биологическое бессмертие — Иного можно убить, но от старости он не умрёт. Болеют тоже редко, а если уж и подцепят что-то, то вылечиться можно элементарно.
  • Возможность творить и чувствовать чужую магию, узнавать других Иных.
  • Возможность получать Силу извне — от эмоций людей (маги, колдуны и ведьмы), от их крови (вампиры), от их жизни (оборотни) и т. д.

Все эти плюшки замечательны, но есть один маленький нюанс: Иным становятся случайно — и этот признак не наследуется, дети Иных — обычные люди, которые проживут свой век и умрут на глазах не стареющих родителей. Исключение — низшие Тёмные, вампиры и оборотни, которые своего ребёнка могут обратить в себе подобного.

По своей природе Иные делятся на два основных типа:

  1. Светлые, которые получают силу от позитивных эмоций.
  2. Тёмные, питающиеся эмоциональным негативом, болью и даже смертью.

Поскольку чем больше людей испытывают нужные чувства, тем сильнее Иные соответствующего типа, веками Светлые и Тёмные воевали между собой из-за влияния на людей — впрочем, и обычную политику забывать не стоит. Однако несколько веков назад[2] был заключён Великий Договор, по которому открытые и полномасштабные боевые действия были запрещены, Свет и Тьма должны быть в равновесии. А чтобы всякие-разные не нарушали — были созданы две организации: Ночной Дозор, хранящий людей от Тёмных, и Дневной Дозор, мешающий Светлым принудительно осчастливливать всех направо и налево. В качестве верховного арбитра в спорах между Дозорами была создана Инквизиция. Люди же о Дозорах знать не должны — и оба Дозора тщательно поддерживают Маскарад

… Как бы то ни было, на дворе — конец XX века. В Ночном Дозоре Москвы начинает службу недавно инициированный и прошедший обучение программист Антон Городецкий. Однажды начальник Дозора, Гесер (был ли он «замминистра в СССР» — вопрос открытый) решает, что молодой сотрудник слишком уж засиделся в офисе, и отправляет Антона немного поработать «в поле»: каждый Иной из Дозора должен иметь хотя бы минимальную оперативную подготовку. Задача Антона — выследить и задержать вампира-«браконьера», нелегально охотящегося на людей. Во время патрулирования Антон замечает в вагоне метро странную девушку, над головой которой в Сумраке висит «воронка инферно» — признак страшного проклятия, которое кончается не только смертью носителя, но и, возможно, гибелью многих людей вокруг. Антон сообщает об увиденном начальству — и начинает закручиваться цепь событий и интриг, длящаяся десятилетия и затрагивающая множество людей и Иных…

Книги серии

Непосредственно самим Лукьяненко были написаны следующие книги:

  1. «Ночной Дозор», где читатель узнаёт об Иных, Дозорах и Сумраке.
  2. «Дневной Дозор», написанный в соавторстве с В. Васильевым. Здесь события в основном показаны с точки зрения Тёмных.
  3. «Сумеречный Дозор», где раскрываются некоторые общие законы магии, а Дневной и Ночной Дозоры вынуждены работать вместе под руководством Инквизиции, решая проблему, которая угрожает самому существованию Иных.
  4. «Последний Дозор». Несмотря на название, далеко не последняя книга в цикле. Уровень напряжения растёт: теперь заклинаниями рушат целые горы, Иные-ренегаты используют стрелковых роботов и людей-наёмников с зачарованным против Иных огнестрельным оружием, есть риск применения ядерного оружия[3]. Древние заклятия, страшная месть, Иные-террористы… в общем, хватает всего и всем, и никто не уйдёт обделённым.
  5. «Новый Дозор». История о том, что такое судьба и к чему приводят пророчества. Городецкому, уже ставшему одним из сильнейших Иных России, приходится вертеться и искать дырки в законах магии — ведь на кону жизнь его дочери, тоже Иной.
  6. «Шестой Дозор». Ставки уже настолько высоки, что для того, чтобы спасти всех, Городецкому приходится отказаться от магии и снова стать человеком.
  7. «Вечный Дозор» (название условное; книга по состоянию на май 2020 года не дописана, опубликована в интернете лишь первая глава). Даже человеком Городецкому не скрыться от интриг вокруг Дозоров.

Кроме того, самим Лукьяненко были написаны ещё два небольших рассказа по миру Дозоров:

  • «Мелкий Дозор» — как выяснилось, в поддержании Маскарада заинтересованы не только Иные, но и человеческая госбезопасность. Агенты-Иные, работающие на спецслужбы, принимают радикальные меры по отношению к Иным-ренегатам, пытающимся раскрыть перед журналистами мир магии.
  • «Новогодний Дозор» — небольшая история о том, с чем столкнулся московский Ночной Дозор накануне нового года.

Экранизации

(линк)

Краткий пересказ экранизации (Uma2rman, «Ночной дозор»)
  1. «Ночной Дозор» (2004).
  2. «Дневной Дозор» (2006).

Первый фильм был снят по мотивам первой трети одноимённого тома (с различными добавлениями типа «мальчик Егор — на самом деле сын Городецкого и действительно потенциально очень сильный тёмный маг»), а второй (вопреки названию) — по очень отдалённым мотивам второй трети опять же первого тома (присутствует серийное убийство Тёмных, попытка защиты Антона от обвинения через обмен телами с Ольгой и погоня Тёмных за Антоном) с совершенно не таким применением Мела Судьбы из последней трети первого тома. Впрочем как совершенно отдельный жанр (экранизация) оба фильма не так уж и плохи.

Планировался также мини-сериал по сюжету двух первых книг, причём съёмки предполагались в Голливуде — однако в итоге всё заглохло. К слову, и в России предполагался мини-сериал — но «котов урезали», и в результате получились два фильма.

Впрочем, группа «Uma2rman», написавшая эндинг для первого фильма, поработала хорошо, и в результате фразы типа «Начальник хороший, мудрейший Гесер» или «Ещё бы: абы кого не берут в замминистры» стали мемами среди поклонников серии.

Тропы

  • Аватара автора — в третьей книге Городецкий, зайдя по служебному вопросу в кабинет к Гесеру, застаёт там двух обычных людей, которых Гесер распекает за то, что «какая-то английская домохозяйка обходит их по всем статьям» и приказывает продолжать по одному. По описанию внешности в визитёрах можно узнать Сергея Лукьяненко и его соавтора по второй книге Владимира «Воху» Васильева. Что характерно, дальнейшие книги по миру Дозоров Лукьяненко и Васильев действительно писали каждый сам по себе (хотя иногда и с намёками друг на друга[4]).
  • Антизлодей — Костя Саушкин. Хотел только хорошего… но наворотил такого, что пришлось расхлёбывать объединённой группе обоих Дозоров и Инквизиции.
  • Антропоморфная персонификация — Тигр и Двуединый.
  • Без души — Тигр способен забрать у человека душу, оставив живое, но пустое, лишенное всякой воли и мотивации тело.
  • Вампиры и Оборотни — низшие тёмные Иные, которых маги воспринимают за «пушечное мясо». Впрочем, прокачавшиеся за свою долгую нежизнь вампиры становятся высшими вампирами, которые по силе сравнимы с высшими магами. А саблезубый тигр Хёна, доживший до наших дней со времён саблезубых тигров — тоже не простой оборотень и очень непростой противник для любого мага.
  • Все оттенки серого — ни одну из сторон конфликта нельзя назвать однозначным Добром или Злом с большой буквы. Хороши все: что Завулон, спокойно жертвующий жизнью влюблённой в него ведьмы, что Гесер, планирующий операции с учётом неизбежной гибели Иных — включая тех Тёмных, кто отродясь не причинял никакого вреда обычным людям.
  • Ведьмы — поначалу так называют просто Тёмных магичек (в частности, ведьмами были названы Алиса и её коллеги), однако в третьем томе автор уточнил канон. Ведьмы вместо прямого наложения заклинаний предпочитают варить и применять различные зелья. А ещё ведьмы по причине своей близости к природе вынуждены отказываться от вечной молодости, иначе так и останутся на нижних уровнях силы.
  • Великолепный мерзавец — Завулон.
  • Даже у зла есть стандарты — многое шокирует даже Тёмных Иных, чья мораль вообще не признаёт понятия зла.
  • Демон — сумеречный облик многих Тёмных. Впрочем, Завулон намекает Городецкому, что и тот в Сумраке не красавец.
  • Драматическое проклятие — в первой книге сюжет начинается с того, что отправленный на практику по задержанию вампира-браконьера молодой маг Антон Городецкий встречает в метро девушку, на которой висит очень мощное смертельное проклятие — настолько мощное, что речь уже не идет о смерти от падения на голову кирпича, как минимум, на девушку должен упасть пассажирский самолет с людьми, так что пока проклятие не сбылось, Ночному Дозору нужно экстренно найти, кто же девушку НАСТОЛЬКО не любит или позволить Темным убить ее, чтобы проклятие рассосалось само по себе. Как оказалось, неинициированная Иная Светлана Назарова прокляла сама себя за нерешительность и трусость — за то, что отказалась отдать своей матери почку чего на самом деле и не требовалось — состояние ее матери намеренно ухудшили темные, чтобы получить право на ликвидацию потенциально опасной волшебницы.
  • Древнее Зло — Двуединый, воплощение самого Сумрака.
  • Големы — классические европейские и восточные сумрачные.
  • Закадычные враги — Гесер и Завулон. Когда в третьей книге Городецкий говорит, что главы московских Дозоров, фигурально выражаясь, фехтуют на спортивных рапирах, просто обозначая удары, Гесер отвечает: «Я предпочитаю рапиры и Завулона, а не бейсбольную биту и прогрессивного темного мага»
  • Запрет на магию — всем Иным, не входящим в Дозоры, дается право в течение года совершить определенное число магических воздействий на других людей или Иных[5]: двенадцать вмешательств седьмого уровня, шесть — шестого, три — пятого и так далее, у дозорных прав на вмешательство побольше, но тоже с ограничениями. Все что свыше лимита и вмешательства высоких уровней — уже предмет договоренностей между Дозорами и Инквизицией и просто так разрешения на такие вмешательства не получить, но у руководителей Дозоров обычно есть право на одно-два таких вмешательства, на всякий случай. И иногда практикуются устные договоренности с разрешением по принципу «ты мне — я тебе», как Завулон разрешил Антону высокоуровневое вмешательство в обмен на свободу Алисы, или как сговорились в третьей книге за спиной Дозоров светлый целитель и оборотень, спасшие смертельно больных детей.
  • Инвалидность по магии — Городецкий. В шестой книге стал из Иного человеком. В начале седьмой выясняется, что не просто человеком — а ещё и «горячим», то есть «фонящим» сырой магией. Даже жена и дочь не могут с ним рядом находиться более суток подряд: у обоих начинается «магический передоз».
  • Книга запретных знаний — «Фуаран». В «натуральном виде» способна сделать из обычного человека Иного. Даже восстановленная одной ведьмой по памяти с громадными пропусками копия этой книги способна на многое — правда, уже только для Иных.
  • Маскарад — начался в средневековье из-за опасений войны на уничтожение между Иными и людьми, а также между Светлыми и Тёмными (Великий Договор: «Наша борьба способна уничтожить мир»). Субверсия: на самом деле Договор нужен, чтобы защищать Иных от людей.
  • Мана — инверсия: Иные не производят магию, они способны лишь использовать разлитую в природе (аналогия с температурой прилагается: чем «холоднее» сам Иной, тем эффективнее его магические действия). По-настоящему магию производят люди и, в меньшей степени, другие живые существа. В «Вечном Дозоре» (опубликованной части) выясняется, что Городецкий, став человеком, вдобавок стал ещё и «горячим»: от него настолько «пышет» магией, что разрядившиеся почти в ноль Иные рядом с ним вновь обретают силу, а дурак-вампир, буде таковой решится глотнуть его крови, сдохнет на месте от передоза. Собственно, это (наряду с прежними заслугами) основная причина того, что оба Дозора по-прежнему холят, лелеют и оберегают Городецкого: «ходячая батарейка» полезна всем — хотя бы пустые амулеты мгновенно заряжать.
  • Не на того напали — регулярно: зря молодчики потребовали с ведьмы, пусть даже и истощенной, плату «натурой». Да и оборотню не стоило нападать в парке на прохожего, выглядевшего как обычный человек (хотя тут для оборотня всё закончилось относительно благополучно).
  • Обормотень — Тёмный Иной Павел из «Дневного Дозора». Умеет перекидываться в доисторического ящера, что считается весьма редкой способностью. Однако превращается он в травоядную медленную рептилию, да ещё и с раскрашенной как хохлома чешуёй. Во время операций Дневного Дозора Павла в основном используют для распугивания обычных людей, чтобы они покинули местность — один чёрт потом всем сотрут память магией. Своей звероформы горе-оборотень, естественно, очень стесняется
  • Обратно в седло — «Вечный Дозор». Потеряв способности Иного вне категорий, Антон Городецкий уже пять лет живёт обычной человеческой жизнью — и в целом доволен (хотя и стареет: потеряв способности Иного, он потерял и бессмертие, и вечную молодость). Но внезапно на остановке в Москве оказывается убит молодой оборотень, с которым Антон несколько минут назад говорил, причём оружие убийства — нож, заговорённый женой самого Городецкого. Естественно, что после этого остаться в стороне нельзя: кто-то или копает под семью Городецких, или же опять пытается стравить Ночной и Дневной Дозоры. Так что бывший заместитель Гесера снова в деле. Магии уже нет — но зато опыт и знания никуда не делись, а поколдовать за Антона сможет и напарница-ведьма.
  • Опухание сиквелов — увы, сама серия не лишена этой особенности.
  • От вражды к союзу — хотя обычно оба Дозора враждуют, и их оперативники охотно убивают друг друга в стычках, время от времени обе структуры работают бок о бок (например, во время кризиса с книгой «Фуаран»). Немудрено: по большому счёту, оба Дозора работают на Инквизицию, где бок о бок сидят Светлые и Тёмные Иные.
    • Во время командировки в Самарканд Городецкий узнаёт, что в Узбекистане при Хрущёве и в ранние годы правления Брежнева между Дозорами шла война на уничтожение, были выбиты почти все самые сильные Иные с обеих сторон. Зато сейчас Ночной и Дневной Дозор Самарканда сидят в одном здании через стенку, Светлые по-соседски ходят к «упырям» в гости, а дверь между офисами Дозоров даже не имеет замка:
«
– Вы ведь должны следить за силами Тьмы, – воскликнул я. – Контролировать их!
– Так мы и контролируем, – рассудительно ответил Тимур. – Если они рядом – так их проще контролировать. А по всему городу мотаться – штат надо в пять раз больше!
»
— «Последний Дозор»
  • Отражение урона — маг-«зеркало», создаваемый Сумраком для купирования слишком резко возникшего перевеса в силах у Светлых или Темных, любую атаку способен отразить и возвратить атакующему, иногда даже «с процентиками». При этом, когда его бьют, как говорится, крепчает, повышая свою силу, пока не дойдет до уровня, достаточного, чтобы уничтожить мага, из-за которого возник перевес.
  • Отсылка — хотя Лукьяненко и отнёсся положительно к экранизации (и даже сыграл роль-камео курсанта, обучающегося при московском Ночном Дозоре), он не удержался и в «Последнем Дозоре» выдал небольшую шпильку в адрес киношников: там события обоих фильмов — это странный сон, приснившийся нескольким Иным, и они рассказывают его знакомым в стиле: «Ну надо ж, какая фигня присниться может!»
  • Превращение в животное — помимо оборотней и магов-перевертышей, такой способностью обладают и сильные вампиры — Костя в третьей книге изрядно напугал Ласа, летая вокруг поезда в облике гигантской летучей мыши (но Антон убедил барда, что имел место обман зрения на фоне распитого коньяка), а затем обогнал тот же поезд, обернувшись зайцем.
  • Прикрыться заложником — офис Дневного дозора Москвы «встроен» в жилой дом (причем именно встроен, этаж дежурной смены, караулка и «арсенал» находится аккурат между первым и вторым «официальными» этажами жилого дома) с расчетом на то, что Светлые, если решат напасть, должны будут либо смириться с жертвами среди жильцов, либо действовать медленно и аккуратно.
  • Свет не есть добро — было описано ещё в первой книге, когда Городецкий начал рассказывать подростку Егору про Иных и понял, что многое говорить просто не стоит. А всё потому что Светлые главной идеей Светлых является не добро, а Порядок.
    • У Светлых есть механизм самоограничения — если Светлый причинит зло и не сможет найти ему оправдания, то развоплотится. Однако был один Светлый, врач-гинеколог, который хорошо видел будущее и убивал женщин, в том числе беременных, если предвидел совершение большого зла ими или их детьми. Менее радикальных способов пресекать зло он не признавал, зато был абсолютно уверен в своей правоте, так что Гесеру пришлось развоплощать его самому.
    • Заклинание «меч света» теоретически должно ранить только Тёмных, однако в обычных людях тоже достаточно негатива, и что пережить удар таким мечом может разве что святой аскет.
    • Руководители подразделений Ночного Дозора в рамках сотрудничества с Тёмными Иными вынуждены выписывать «охотничьи лицензии» вампирам и оборотням — низшим Тёмным Иным, которые могут полноценно существовать и развиваться лишь за счёт крови и смертей обычных людей (хотя некоторые вампиры не охотятся, как, например, мать Кости Саушкина — просто поддерживать не-жизнь можно и на донорской крови, Ночной Дозор таких «вегетарианцев» снабжает питанием бесплатно).
    • Добавим также, что инициировать человека в Темного можно, если он пребывает в плохом настроении, а Светлого — в хорошем. То и другое мало что говорит о нравственных качествах будущего Иного.
  • Смертоносный врач — мимоходом упоминается, что один из Светлых Иных, имеющих дар пророчества, работая врачом, убивал пациентов, если видел в будущем, что они сами (или их дети) причинят большое зло людям. В итоге непрошеного идеалиста-Светлого развоплощать (то есть фактически казнить) пришлось лично Гесеру: сам врач-убийца до последнего считал, что действовал правильно — и, хотя обычно Светлый Иной, причинивший непоправимый вред людям, сам растворяется в Сумраке[6], этот считал себя правым и кончать с собой был не намерен.
  • Ставка верховного гадокомандования — Дозоры (с точки зрения противоположной стороны конфликта).
  • Трикстер — Лас, Иной-панк. Дружеский шарж на реального человека, музыканта группы «Беломорс» Александра «Ласа» Ульянова, с которым Лукьяненко приятельствует в жизни.
  • Тьма не есть зло — Тёмные не злые, а хаотичные. У них просто другая система ценностей, в центре которой находится сам Тёмный и его желания. Так что Тёмный вполне может сделать доброе дело, если захочет. Хотя, конечно, такой эгоизм для окружающих чаще оборачивается злом. Вдобавок возможен и переход на другую сторону: например, Тёмная ведьма Арина, пообщавшись с Городецким и посмотрев, во что вылился кризис с книгой «Фуаран», переоценила всю свою жизнь — и превратилась в Светлую ведьму.
  • Удар ниже пояса — в четвёртой книге Антон Городецкий как следует пинает инквизитора-предателя Эдгара в пах — учитывая, что Эдгар решил замотивировать Городецкого помогать им в поисках дарующего возвращение ушедшим в Сумрак «Венца Всего» смертью семьи, удар был абсолютно заслуженным. А до этого Эдгар получил и магический удар ниже пояса — оригинальное восточное заклинание, безболезненное, но «следующие семьдесят семь раз, когда он возляжет с женщиной, его будет ждать постыдная неудача».
  • Фантастический расизм — вампиры и оборотни: для Светлых они враги (что не мешало, впрочем, Городецкому в молодости дружить с семьёй Саушкиных, где все трое — мать, отец и сын — были вампирами; правда, пока он не был Иным, он просто не знал об их сущности. а как узнал, продолжил относиться к законопослушным вампирам доброжелательно), а для Тёмных — «пушечное мясо», которым при силовой стычке запросто можно пожертвовать.
  • Человек слова — судя по тексту, Светлые Иные серьёзно относятся к соблюдению данного слова, тогда как Тёмные — «хозяева своего слова», которые могут его дать, а потом спокойно забрать обратно[7]. Сюжетная линия «Сумеречного Дозора» содержит мотив с неосторожным обещанием сыну Гесэра сделать его Иным. Обещание дала его мать, Ольга, и Гесэру приходится выкручиваться на все лады, договариваться с ведьмой Ариной, знающей один важный секрет, и морочить головы всем, замешанным в это дело.

Примечания

  1. Чтоб не путать: фантастику не один Владимир Васильев пишет.
  2. В первой книге герой-рассказчик говорит про «пятьдесят лет» — но это настолько «не бьётся» с сюжетом всей серии, что скорее придётся признать его ошибку — не 50, а 500 лет. Или молодому Иному, который еще мало что знает, на раннем этапе скормили ложную информацию с расчетом открыть истину позже, когда он будет готов. Возможно, не одному ему.
  3. Характерная особенность ядерного взрыва в том, что он прожигает Сумрак насквозь, так что в зоне поражения даже Иным не спастись.
  4. Например, в «Сумеречном Дозоре» ведьма Арина говорит Антону Городецкому про главу российских Тёмных Завулона: мол, всегда любил чужими руками жар загребать, если дело грязное — понаберёт команду где-нибудь подальше и кинет разгребать ту кашу, какую сам заварил. Если коротко, то это краткий пересказ «Лика Чёрной Пальмиры» В. Васильева, где бригада Иных из украинского Дневного Дозора вынуждена зачищать Питер от нарушителей Договора.
  5. Напакостить обидчику подсадкой в машину «гремлина», продлить жизнь домашнему питомцу, кого-то по мелочи подлечить или реморализовать и так далее. С воздействием на себя, неодушевленные предметы и разных там насекомых ограничений нет — хоть сто раз на дню от пальца прикуривай, комаров выгоняй и «паранджу» вместо косметики используй.
  6. Как, например, один из бойцов Самаркандского Ночного Дозора, отбивавший нападение на офис и убивший простых узбекских солдат, виновных лишь в том, что они исполняли приказы, отданные офицерами, которым магией заморочили голову. Чистая самооборона — но дозорный ушёл в Сумрак, не в силах нести такой груз на своей совести.
  7. Если, конечно, не поклянутся Тьмой — в этом случае забрать слово назад не получится.
Сюжет.png

Дозоры входит в серию статей

Литература

Посетите портал «Литература», чтобы узнать больше.