У злодеев проблемы с юмором

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску
Emblem-important.pngНе нужно примеров из реальной жизни!
Эта статья содержит информацию с категоричными моральными оценками, жареными фактами из личной жизни героев или чем-то ещё, что способно оскорбить чувства чувствующих, если бы речь не шла о фиктивных мирах. Поэтому большая просьба ими же (или очень давно минувшими временами) и ограничиться. Не вставляйте сюда примеры из биографий относительно недавно живших и тем более еще живущих людей или истории реальных организаций. Не надо.
« Ничто так не выдаёт человека, как то, над чем он смеётся. »
— Иоганн Вольфганг фон Гёте

Юмор, даже когда дело касается всевозможных граней цинизма, обычно ассоциируется с позитивными эмоциями и настроем. По этой причине у персонажей, считающихся плохими или откровенно злыми, направление мысли в данной области порой кардинально расходится с общепринятыми. Рассмотрим три основных вида подобных расхождений на условных примерах персонажей «Всеславурианы» — сэра Дубодама, атамана Козолупа и главы совета магов Чёрного Мирддина.

  • Первый всегда предельно серьёзен и даже себе в зеркало не улыбается, а шуток и прибауток совсем не понимает. Увы, отсутствие чувства юмора у рыцаря было бы меньшей из проблем, если бы не «но»: остальным в его окружении (особенно тем, кому излишняя серьёзность сама по себе кажется комичной) тоже не рекомендуется шутить, если они не хотят навлечь на себя неудовольствие Дубодама, обычно выражающееся в разбитом латной перчаткой лице шутящего.
  • У второго, в отличие от угрюмого Дубодама, чувство юмора очень даже есть. Вот только оно настолько больное, что слабо проходит даже по статье «чёрного», ибо ему кажутся смешным вещи типа зверских методов убийств. Более того, в силу возможностей Козолуп охотно реализует и одобряет проявления «забавностей» на практике, лично или через головорезов. Искренне же смеяться вместе с атаманом будет только такой же отморозок вроде него, а у более-менее адекватного человека скорее вызовет приступ тошноты и желание отправить юмориста куда-нибудь, где он не будет представлять опасности.
  • Третий, может, и способен пошутить. Над кем-то ещё. За закрытыми дверями. Потому что на людях он — весьма важная по меркам всего Твердиземья персона, которой шутковать не к лицу. И должность у него большая и серьёзная, не терпящая никакого уничижения. И сам он — великий маг и признанный эксперт. А окружающие не относятся ко всему этому с должным почтением и вообще путают полученное Мирддином проклятие черепа Розенталя с умственной отсталостью. В итоге всякий смешок заставляет Мирддина вздрагивать от мысли, что, возможно, смеются-то над ним. Или как минимум недостаточно уважают его регалии, должности и таланты. Что делает смешного злодейчика ещё более смешным — и заставляет ещё больше ополчаться на любой юмор.

Конечно, все три примера, как и степень злодейства личностей, несколько утрированы и в зависимости от конкретной ситуации разнятся по градусу, но основную суть выражают: отрицательные персонажи часто испытывают проблемы в области комедии. При этом важно помнить, что троп не является определяющим пунктом характера персонажа: злодей может быть вполне остроумен безо всяких девиаций, но при этом оставаться конченой мразью, а хмурый или с двинутыми шуточками — явным добряком. Важно отношение персонажа к юмору как дополнительный штрих к образу «плохиша».

Примеры

Литература

  • «1984» Дж. Оруэлла — как и другие аспекты жизни населения, тоталитарная партия «Ангсоц» контролирует проявления юмора и не позволяет шутить над собой, а над жестокостью по отношению к врагам — поощряет и навязывает: во время сеанса описанного Уинстоном военного фильма зрителей забавляет сцена с преследованием и убийством мужчины-беженца. Ибо, по выражению антагониста О’Брайена, «не будет иного смеха, кроме победного смеха над поверженным врагом».
  • «Барсумский цикл» Э. Берроуза: похоже, единственное, что вызывает смех у марсиан зеленокожей расы — это наблюдение за чьими-то страданиями и/или смертью. Раса в целом хаотично-злая, хотя не без исключений.
  • «Властелин колец» Дж. Толкиена — захватившие в плен хоббитов Мериадока Брендибака и Перегрина Тука орки нашли очень забавным, когда командир отряда Углук лечил первому рану на голове по принципу «хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается». Попутно орки напоили какой-то дрянью[1] обоих хоббитов и хохотали, когда те стали отплёвываться. Эта же сцена в урезанном виде была показана в режиссёрской версии фильма. А вообще орки считают за «стоящее веселье» настоящие пытки пленников.
  • «Всеобщая история пиратов» Ч. Джонсона (Даниэля Дефо) — Эдвард «Чёрная борода» Тич. «Случилось так, что вышеозначенный Хэндс не участвовал в сражении, но был схвачен после оного в Бастауне, поскольку за некоторое время до того Чёрная Борода искалечил его одною из своих дикарских шуточек, и произошло сие следующим образом. Однажды ночью, пьянствуя в своей каюте с Хэндсом, лоцманом и ещё одним матросом, Чёрная Борода безо всякого повода потихоньку вытащил пару малых пистолей и взвёл под столом курки, матрос же, заметив сие, отказался от застолья и вышел на палубу, оставив Хэндса, лоцмана и капитана. Когда пистоли были готовы, Чёрная Борода задул свечу и, скрестивши руки, выпалил в своих собутыльников; у Хэндса, штурмана, оказалось прострелено колено, и он на всю жизнь остался хромым; второй пистоль дал осечку. Когда же у Тича спросили, что сие означает, он ответил лишь, осыпая их проклятьями, что если бы он время от времени не убивал одного из них, они бы позабыли, кто он такой».
  • «Двенадцать стульев» И. Ильфа и Е. Петрова — разыскав последний стул, уставший Бендер лёг поспать перед ночной вылазкой и перед этим шутил над Воробьяниновым, что не даст ему денег, а, например, в секретари наймёт. Киса, чья доля и так уже постоянно уменьшалась, шутки не оценил и, выждав пока Бендер заснёт, схватил бритву…
  • «Имя розы» Умберто Эко — монах Хорхе из Бургоса, подтип «Не умеет смеяться» с педалью в пол: слепой старец резко отрицательно относится к смеху и юмору вообще, сурово осуждая смеющихся монахов, а особенно непримирим в вопросе о том, шутил ли и смеялся ли Христос.
    • Как ни странно, Хорхе попадает и в подтип «Извращённое чувство юмора» тоже — звуки, похожие на смех, он всё-таки издаёт. Дважды. В первый раз он «ухмыльнулся» в ответ на историю Вильгельма о св. Мавре, заживо сваренном язычниками, во второй раз — в финале романа. Уничтожая ненавистную книгу Аристотеля об искусстве комедии, Хорхе «смеялся гортанью, так странно и невесело кривя губы, что казалось, будто он не смеётся, а плачет».
  • Метавселенная Рудазова — у значительного числа демонов чувство юмора либо в принципе отсутствует, либо присутствует в извращённой форме.
    • «Яцхен» — архидемон Носящий Жёлтую Маску прямо заявляет «Юмор — враг демона!», наставляя протагониста Олега, который притворяется архидемоном Лаларту. Впрочем, это его личный закидон. В другой книге Олег прямо говорит читателю, что наслушался в Лэнге таких «весёлых» историй, какие без проблем сойдут за страшилки на ночь. Демон легко может выпустить кому-нибудь кишки а потом угорать над тем, что получилось.
    • «Паргоронские байки» — демолорд Клюзерштатен обожает шутки, но поскольку он коварный трикстер-маньяк, то его розыгрыши частенько сопровождаются смертями и увечьями. А вот у управляющих информацией демонов кэ-миало с чувством юмора большие проблемы. Особенно им не понятен туалетный юмор. Последний является больным местом лидера кэ-миало Ге’Хуула, потому что в качестве платы за информацию из кэ-сити удивительно часто отдают воспоминания об актах дефекации.
« Я не умею смеяться, но я понимаю концепцию юмора. Юмор свойственен всему разумному. Умею отличать смешные шутки от несмешных… почти всегда. Шутки про кал ставят меня в тупик. Я не понимаю, отчего иногда достаточно упомянуть его в том или ином контексте, чтобы все засмеялись. »
— «Паргоронские байки. Том 6», «Суть Древнейшего»
    • Дом Смеха из тёмного мира Хвитачи. Представляет собой гибрид цирка с психушкой, архидемоны этого дома — размалёванные кто во что горазд шуты на всю голову, что отнюдь не делает их менее опасными. Например Чигораф, лидер этой дурки, любит сажать на своё место какого-нибудь смертного, давать ему все полномочия, слегка продувать мозги и смотреть, что получится — дома Металла и Порядка однажды были унижены такими ставленниками так, что к ночи лучше не вспоминать. Тофара любит охаживать кого попало стотонной кувалдой (не причиняя при этом никакого реального вреда) или накачать силой какого-нибудь дурака и веселиться с ним так, что целые кварталы приходится отстраивать заново. И так далее.
  • «Песнь Льда и Пламени» Дж. Р. Р. Мартина:
    • Держащий всё и вся в железном кулаке жестокий лорд Тайвин Ланнистер шутить не любит и другим не даёт — сказался образ слабовольного отца Титоса, над которым в своё время потешались очень многие. По этой же причине он испытывает ещё больше раздражения в адрес сына-остряка Тириона.
    • Состоящий на службе у Григора Клигана солдат Чизвик, уже успевший отличиться участием в пытках пленных, под всеобщий смех похвастался рассказом о том, как весь их отряд снасильничал дочь одного трактирщика. Это послужило достаточным поводом для Арьи Старк «заказать» шутника убийце Якену Хгару и потратить тем самым первую из трёх задолженных ей жизней.
    • Отряд «Бравых Ребят», изначально нанятый Тайвином, но потом перебежавший на службу к северянам, целиком состоит из разнообразных интересных и многогранных личностей, чьи представления о смешном… заметно отличаются от общепринятых. Развлечения бойцов отряда, включая и командира, включали в себя такие вещи, как отрубание конечностей пленникам, их травля медведем и наблюдения за покаяниями их капеллана, маньяка-садиста, получающего сексуальное удовлетворение от убийств детей, а потом пускающегося в самобичевания, отрядным шутом числился отморозок Шагвелл, который имел привычку проламывать цепом головы тех, кто не смеется над его шутками.
  • «Приключения Алисы» Кира Булычёва — космический пират по прозвищу «Весельчак У», с которым она познакомилась в романе «Путешествие Алисы» (он же «Алиса и Три Капитана»), сам сказал про себя, что «некоторые мои шутки заканчиваются слезами». Причём он в этот момент достал нож, чтобы резать отца Алисы, надеясь заставить этим Второго Капитана выйти из корабля; ещё и сожалел о том, что Алисе удалось сбежать, дескать «с девчонкой вышло бы лучше». Другого веселья в его исполнении замечено не было.
  • «Прыг-Скок» (или «Лягушонок») Эдгара По — автор не без иронии начинает рассказ с рассуждений о связи между полнотой и склонностью шутить. Вот только толстый король под юмором понимает в лучшем случае «напугать кого-нибудь», а то и откровенный садизм. В итоге дошутился.
  • «Сага о ведьмаке» А. Сапковского — заколдовывая юного Эмгыра вар Эмрейса по приказу Узурпатора, маг Браатенс, видимо, посчитал остроумным обыграть значение имени нильфгаардского принца на местном наречии и превратил его в полуежа, отравив жизнь на долгие годы. Вернув трон, Эмгыр отплатил колдуну той же монетой и обыграл уже его имя, напоминавшее слово «жареный».
  • «Убить некроманта» Макса Далина — троп обыгрывается, как и многие другие злодейские тропы. Во время народного празднества протагонист, заглавный некромант и король, сидит мрачнее тучи. В итоге народ делает вывод о том, что силы зла лишены юмора, а может, даже боятся его. Шутки и смех начинают использовать как средство от колдовства (только в сознании крестьян существующего, так как зачаровывать деревенских дурней банально некому: в стране один некромант-король, едва контролирующий своей магией столицу и один антимаг в дальнем монастыре). Между тем герою-книжнику просто неприятен простонародный туалетный юмор.

Кино

  • «Бесславные ублюдки» — во время премьеры пропагандистского фильма «Гордость нации» местный Адольф Гитлер смеётся над сценой массового снайперского отстрела солдат армии Союзников, будто это комедия.
  • «Блэйд» — специфическое понятие юмора тут у вампира Дикона Фроста и его ближайшей тусовки.
    • На вечеринке Куинн и Меркурий весело смеются, когда Фрост вместо обещанного овампиривания просто перегрызает шею своему прислужнику Кригеру за очередной провал.
    • Когда вампиры заловили Блэйда в своей библиотеке, один головорез со словами «Смотрите! У меня его свинорез!» подбирает меч героя — и ему тут же режут ладонь на куски лезвия скрытой в рукоятке меча ловушки. Все вампиры смеются, и однорукий смеётся громче всех — рука же потом новая вырастет.
    • Куинн смеётся (или делает вид, что ему смешно), когда обычно серьёзный Фрост решает испытать отобранный у Блэйда титановый меч на его руке (которая только что отросла после предыдущего «испытания», устроенного самим Блэйдом), а после прицеливания со словом «Шутка» отводит лезвие в сторону.
  • «Властелин колец» — выведенные Саруманом урук-хай в целом не склонны шутки шутить, но когда пробуют, получается довольно мрачно. Снеся во время потасовки голову голодному орку, предлагавшему пустить на мясо пленных Мерри и Пиппина, Углук громким заявлением «Похоже, что мясо вернулось в меню, парни!»[2] пригласил подчинённых отужинать убитым[3].
  • «Город Бога» — первую бойню безоружных гражданских и многие последующие убийства из доставшегося огнестрела Малыш Фишка (в последствии — Малыш Зе) совершает с искренним смехом, ведь это же так прикольно: был человечек — пара выстрелов — кончился человечек.
  • «Джокер» — ещё до становления злодеем мечтавший о карьере комедианта Артур Флек сочинял шутки в основном на тему собственной смерти. А после падения в пучину безумия спустил талант «юмориста» с цепи и во время ток-шоу Мюррея съязвил про трёх застреленных яппи, накануне напавших на него в метро.
  • «Звёздные войны»:
    • Рассказывая джедаю Анакину Скайуокеру про трагедию Дарта Плэгаса Мудрого и его способностях контролировать саму жизнь с помощью Тёмной Стороны Силы, канцлер Палпатин с усмешкой назвал забавным факт его убийства учеником во время сна: мол, «мог спасать от смерти других, а себя не сумел». Учитывая то, что он и был названным учеником, а не позволявшего себе спать учителя во всех смыслах усыпил, чувство юмора у ситха то ещё.
    • Сам Анакин всегда был склонен к балагурству, но после падения на Тёмную Сторону и превращения в Дарта Вейдера стал шутить на порядок меньше и в очень чёрных тонах. Так, например, после удушения Силой капитана звёздного разрушителя Лорта Ниды, провалившего задачу с поимкой «Тысячелетнего Сокола» и отправившегося просить прощения, он отходит от трупа со словами «Извинения приняты». А в «Изгое-один» по окончании встречи с директором Кренником едва не задушил наглого карьериста, после чего посоветовал тому «не задохнуться от собственных амбиций».
  • «Отступники» — в самом начале фильма глава бостонский ирландской банды Фрэнк Костелло смеётся над тем, какую смешную позу после падения приняла только что застреленная им в затылок женщина. Стоящий рядом Арнольд Френч, правая рука Костелло, мрачно и с явным отвращением отвечает: «Фрэнсис, тебе лечиться пора».
  • «Почтальон» — главный гад, самозваный «генерал» так называемой «армии Хольна» (пан атаман, крышующий большую территорию в оставшихся без власти Разъединённых Штатах Америки), временами с улыбкой предлагает своему ординарцу оценить красоту проходящих мимо девушек. Все свидетели этих разговоров знают, что несколько лет назад ординарец вызвал генерала на поединок и потерпел поражение, после чего генерал собственноручно отрезал ему язык и яйца, и с тех пор девичья красота ему до лампочки.
  • «Славные парни» — бандит-отморозок Томми ДеВито считает прикольным в рамках розыгрыша жёстко наехать на друга и подельника, когда тот после рассказанной шутки называет рассказчика смешным. Или заставить парня-официанта «двигаться быстрее», стреляя тому под ноги и простреливая в итоге одну из них.
  • «Тёмный рыцарь» — Джокер не изменяет заложенным в комиксах традициям и мощно шутит далеко за гранью фола: один фокус с исчезновением карандаша в черепе головореза, посланного криминальным боссом Гэмблом угомонить заявившегося на сходку клоуна, чего стоит.
  • «Чёрная месса» — будучи лидером южно-бостонской «Банды зимних холмов», Джеймс «Уайти» Балджер склонен лишь ядовито издеваться над врагами и трупами, создавать которые горазд. Один раз за званным обедом у союзника-ФБР-овца Джона Конноли он попросил коллегу хозяина дома, Джона Морриса, выдать фамильный рецепт вкусного стейка, а затем внезапно перевёл разговор в русло «сдал рецепт — можешь сдать и нас». Ему выходка показалась остроумной. Остальным, знакомым с возможностями бандита — мягко говоря, не очень.

Телевидение

Телесериалы

  • «Игра Престолов»:
    • В книге-первоисточника на тропе не делается акцента, но в сериале малолетний король-садист Джоффри Баратеон с откровенным наслаждением изгаляется над чужими страданиями. То барду, сочинившему насмешливую песню про смерть Роберта Баратеона, насмешливо поаплодирует и предложит выбрать между отрезанием пальцев и языка, то у дяди Тириона прикажет во время его свадьбы стул отобрать, дабы тот на невесте свадебный плащ не смог нормально застегнуть. На собственной свадьбе он тоже отжёг, вылив вино дяде на голову и заказав представление с карликами с оскорбительным политическим подтекстом в адрес новых союзников.
    • Психопат Рамси Болтон, в оригинале достаточно заурядный маньяк-садист, в сериале тоже большой шутник, даже покруче первого: сами можете прикинуть глубину остроумия в поедании свиной сосиски прямо перед висящим на цепях кастрированным Теоном Грейджоем.

Комиксы

  • DC Comics — у суперзлодея Джокера фактически во всех возможных прочтениях будет в наличии извращённое чувство юмора, что делает его кодификатором от мира комиксов. В частности, он изобрёл особый яд, из-за которого жертва начинает хохотать, пока не задохнётся, а её посмертное выражение лица будет растянуто в широкой улыбке.

Аниме и манга

  • Black Butler — конкретные проблемы имеются у барона Кэльвина, антагониста арки «Цирк „Ноев Ковчег“». Принимая графа Сиэля Фантомхайва и сопровождающего его демона-дворецкого Себастьяна, вышедших на него по делу исчезающих без вести детей, он организовывает гостям «цирковое представление» с живыми исчезнувшими: канатоходчица срывается с высоты и с кровью разбивается о пол, укротителя львов натурально задирает лев, а в девочку-мишень летит настоящий нож. Пока Сиэль приходит в ужас от происходящего, а Себастьян безо всякого восторга недоумевает, Кэльвину очень весело.

Настольные игры

  • В сеттинге Warhammer весьма специфическим чувством юмора обладает Дедушка Нургл, бог распада, разложения и отчаяния.
    • В Fantasy Battles печально известен Карнавал Нургла, путешествующий под видом бродячего цирка и обожающий под видом представлений разносить «сто видов супер-СПИДа». Сами циркачам от этого очень весело, а мнение каких-нибудь несчастных крестьян, почти буквально разложившихся «на плесень и на липовый мёд» уже никого не интересует…
    • А в наследующем ему Age of Sigmar существует «смеющийся мор», который превращает мрачных Чумоносцев в комедиантов и балагуров, которые играют на волынках… сделанных из предыдущих Чумоносцев, у которых эта болячка ушла в ремиссию и потому не способных больше развлекать всех прочих. Ну а на врагов «смеющийся мор» работает как ещё одна зараза, разве что теперь они буквально умирают от смеха.
    • У зеленокожих что в фэнтези-сеттингах, что в 40К тоже довольно больное ЧЮ. Например Жгуны с удовольствием окатывают из своих «поджиг» даже своих орков (а уж проч чужих орков и тем более не-орков и речи не идёт) чисто дабы поржать над «горючим танцем» сжигаемой заживо жертвы. А для гоблинов из FB «висёлые штучки» (хорошо описанные в одноименной книге про Скарсника) — вообще гипертрофированный подход «это не военное преступление, если тебе было весело». Чёрные Орки из того же FB, напротив, на дух не переносят всевозможные орочьи шуточки и развлечения, ибо зверино серьёзны и не интересуют ничем, кроме «пастука» или подготовки к нему.
    • От тёмных эльдар друкхари в 40К другого подхода и ждать бессмысленно — просто в силу их зашкаливающего шовинизма и наркотической привязанности к боли и страданию других.

Видеоигры

  • Bulletstorm — чуть ли не весь персонаж генерала Саррано про это. Это он придумал систему скиллшотов, где врага мало убить — надо это делать изобретательно и/или с особой жестокостью, а то не видать тебе новых боеприпасов. Это он дал скиллшотам черноюморные и нередко похабные названия. Да достаточно послушать, как он говорит о том, что все эти злобные мутанты — бывшие мирные и ни в чем не виноватые люди, его это правда веселит!
  • Far Cry 3:
    • При первой встрече Бак Хьюз на вопрос Джейсона Броди, знаком ли ему выкупленный из рабства Кит Рамси, со смехом сообщает «А я-то думал, что его зовут „А-а-а-а!“», изображая вопли пленника. Позже вскрылось, что «хохмач» долгое время насиловал купленного и записывал всё на камеру.
    • Хойт Волкер, главный антагонист игры, наркоторговец и продавец вышеуказанного Кита, тоже любитель поострить в подобном ключе. Когда во время карточной игры с протагонистом выяснилось, что он заранее раскрыл план противника с проникновением, отрезание Джейсону ножом безымянного пальца снабдилось остротой: «Ах, теперь мы никогда не поженимся!».
  • Far Cry 5 — теряющимся при дубляже плоским юморком отметился Иоанн «Инквизитор» Сид, любитель вербовать людей во «Врата Эдема» через жестокие пытки. Набивая пойманному в плен протагонисту татуировку со словом «Гнев», он шутит на попытку первого резко встать: «Не дёргайся, а то вместо „гнев“ можно написать „крыса».
  • Pathfinder: Kingmaker — полуорка Регонгара нельзя назвать по-настоящему злым, но из-за пребывания в рабстве у него испортился характер, и он часто отмачивает шуточки, от которых смешно разве что ему самому.
  • Undertale — похоже, что любовью к повёрнутым шуткам отличается Чара, как минимум не слишком хорошая и добрая личность. В предыстории им/ею был устроен «розыгрыш» с подсовыванием королю Азгору пирога с лютиками и закономерным отравлением. А на пути Геноцида эта черта передастся протагонисту: после истребления монстров-собак Сноудина при осмотре собачьей еды в лаборатории Альфис появится комментарий «Вы просто вспомнили что-то весёлое».

Реальная жизнь

  • Такой вот «юмор» действительно используется в пропаганде, когда нужно какую-нибудь категорию людей расчеловечить в глазах ЦА. Абстрактный пример: называем кого-нибудь «тараканами», объективно жуткие кадры расправы над этими людьми сопровождаем «шутками» вроде: «ха-ха, посмотрите, раздавленные тараканы с оторванными лапками». И аудитория уже не ужасается, а ржёт: ничего страшного не произошло, всего лишь каких-то таракашек передавили. Более конкретных примеров не нужно.

Примечания

  1. Орочьим питьем, местным аналогом кокаиновых настоек, которые в Великую Войну солдаты употребляли как стимуляторы.
  2. В дубляже — слабо отражающее троп «Вот и мясо, которого вам так хотелось!».
  3. Орки из книжного первоисточника шутку бы не оценили, так как людей они едят с удовольствием, но друг друга не едят никогда. Книжный Углук срубил пару голов оркам из других отрядов, когда те заявили, будто бы Саруман своей «белой рукой» кормит их орчатиной вместо человечины. Просто в фильм раздоры среди злодеев не вошли, поэтому сценаристы упростили и опошлили этот эпизод.
Внешние ссылки
TV Tropes Evil Has a Bad Sense of Humor