Возлюбленный враг

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску
«
Устав скучать у края ямы и держаться в седле,
Я озверел от неумелых атак;
Я по следам бегу упрямо, припадая к земле –
Ищу тебя, о мой единственный враг!

»
— Канцлер Ги, «Единственный враг»

Есть два человека, находящихся по разные стороны баррикад. Вроде бы всё им велит ненавидеть друг друга, но они почему-то испытывают прямо противоположные чувства. Возможно, между ними непреодолимое влечение, или они просто очень сильно похожи друг на друга, но волей судьбы их занесло в разные фракции, или они друзья детства, или вообще родственники.

Речь не обязательно идёт о любовных отношениях, дружба тоже включается. Как правило, данный троп возможен в трёх основных формах:

  1. Врагам надоедает быть врагами и они объединяются. В произведениях, где центральный конфликт чёрно-белый или чёрно-серый, это может сопровождаться поворотом кругом для одного из персонажей. Отдельный троп на тему: От вражды к союзу.
  2. Врагам настолько нравится бороться друг с другом, что они решают делать это вечно. При этом они вполне могут объединиться против общего врага и вряд ли потерпят чужое вмешательство в их конфликт.
  3. Трагический вариант — одному или обоим придётся умереть. Так что если между врагами любовь, она обречена.

Примеры[править]

Литература[править]

  • «Додж по имени „Аризона“» А. Уланова — попаданец Сергей Малахов и дочка местного барона Карален Лико. До появления Малахова Карален (Кара) считала себя самой крутой разведчицей и диверсанткой — но против сержанта разведроты 1944 года её навыки «не пляшут», а Малахов не упускал случая показать, что он круче. В итоге дело кончилось горячей и взаимной любовью.
    • Сам Малахов, отправляясь в рейд с тогда ещё ненавидящей его Карален, абсолютно ей доверял, вспоминая историю из собственной роты: «Я уже один раз такое видел — двое солдат у нас в роте, что характерно — земляки, не то что видеть, слышать один другого не могли, глотку были готовы перегрызть из-за взгляда косого. А потом одного ранили, причем так, что не видел никто, кроме второго. И этот второй его из-под обстрела выволок. А когда его спрашивают: „Ша…“, короче, ты чего, ты ж его больше фрицев ненавидел, он глазами сверкнул и отвечает: „Мой враг — никому его не отдам“.»
  • «Дозоры» — Гесер и Завулон. Второй вариант. В начале цикла выступают как непримиримые враги, однако впоследствии становится понятно, что никто из них не желает окончательной победы, а борьба ведётся в первую очередь ради соблюдения Договора между Светлыми и Тёмными Иными.
  • «Песнь Льда и Пламени» — Джон Сноу и Игритт. Снова третий вариант, и хотя Джон остался жив до конца пятой книги, смерть Игритт сильно его изменила и ожесточила.
  • «Три мушкетёра» А. Дюма — д’Артаньян и Рошфор. Начали с личной вражды, потом ещё и оказались во враждебных лагерях — но в итоге стали уважать друг друга и после нескольких дуэлей подружились-таки. Но в конце концов, увы, снова оказались во враждебных лагерях — и д’Артаньян убил Рошфора, не узнав его вовремя.
  • «Человек напротив» (вторая часть трилогии о Симагине) В. Рыбакова — Антон, пасынок главного героя, солдат федеральных войск, и Тимур, чеченец-боевик. Когда Антона в ходе обмена пленными отпускают, Тимур специально приезжает с чеченской группой, чтобы взглянуть на мать Антона и сказать ей: «Ты вырастила мужчину. Гордись. И передай то же его отцу. Да пошлет вам Аллах побольше таких сыновей!»
  • «Шар и Крест» — в плане развития сюжета это чистое «От вражды к союзу», но Макиэн и Тернбулл изначально — именно что враги, затеявшие дуэль. И ещё долго воспринимают любого неприятеля как досадную помеху на пути к убийству друг друга.
  • Антон Орлов, Тина Хэдис — Лиргисо, «правая рука» Сефаргла на его родной планете, так влюбился в похитившую его Тину, что в нужный момент просто не смог убить её — специально тянул время разговорами, пока она не смогла воспользоваться моментом. И это при том, что он — энбоно, а она — человек-киборг. Позже он смог сбежать и переместить свою душу в человеческое тело, а её саму потом также похитил и переместил её душу в тело обыкновенной девушки необыкновенной красоты. При этом он не оставлял надежду влюбить её в себя и сделать своей напарницей. Потом ей удалось освободиться и вернуться в своё тело, но опять пришлось объединиться с Лиргисо в борьбе против Конторы Игрек.

Музыка[править]

  • Кошка Сашка (А. Павлова), «Враг» — история о двух бойцах, похожих как братья (а возможно и действительно братьях), но разведённых по разным сторонам войны:
«
И вместо проклятий ему посвящая живые стихи,
Смеешься о том, что не смерть бы, а водку из этой руки.
Дрожит в амбразуре закат, и ухмылка ползет по щекам,
Как славно бы выпить сейчас по сто грамм таким лютым врагам…

»
  • Канцлер Ги (М. Котовская), «Единственный враг» (см. эпиграф) — герой слишком силён и доведён до бешенства никчёмными противниками, и потому тоскует о том единственном, кто действительно достоин именоваться врагом.
  • «Мельница», «Княже» — героиня и некий князь[1], которого она должна погубить — но сама уже не знает, что ей делать:
«
Что мне делать с собой,
Князь мой, враг мой,
Моя боль, мой свет,
Если жизни нет,
Если ночь темна,
Велика цена?
Мне не уйти —
Ты прости, прости,
Прости мне…
»

Театр[править]

  • «Ромео и Джульетта» У. Шекспира — фактически, кодификатор тропа. Третий вариант, причём в самом трагическом ключе.

Кино[править]

  • «Сорок первый» реж. Григорий Чухрай — поручик Говоруха-Отрок и Марютка, девушка из красноармейского отряда, уже застрелившая сорок белогвардейцев. Третий, трагический вариант: финал их отношений понятен из самого названия фильма.
  • «Пурпурная бабочка» реж. Лоу Е — японский агент Итами в окуппированном Шанхае влюблён в китайскую девушку Дин Хуэй из сопротивления.

Телесериалы[править]

  • Sherlock просто обожает этот троп!
    • Шерлок и Мориарти два сезона были буквально помешаны друг на друге, чем породили тонны слэшных фанфиков и даже внутри-сериальные подозрения. В конечном итоге, проигравший Мориарти кончает с собой, но продолжает постоянно являться Холмсу в видениях. Даже смерть не разлучит их!
    • Шерлок и Ирэн Адлер были не врагами, а скорее соперниками, но всё же их отношения вполне подпадают под данный троп. Закончилось всё хорошо и в финале пятого сезона Холмс пишет Ирэн сообщение с предложением встретиться.
    • Шерлок и его сестра Эвер. И снова всё кончилось относительно хорошо. Эвер, конечно, всё ещё сидит в самой охраняемой тюрьме в мире (правда ей-то на такие мелочи плевать), зато теперь её навещает братик.

Мультсериалы[править]

  • «Ну, погоди!», «Том и Джерри». Заяц/Джерри, конечно, вечно подставляют Волка/Тома, но если неприятности грозят стать серьёзными, в беде их не бросают.

Комиксы[править]

  • Batman — именно с этого начинался роман Бэтмена с Женщиной-Кошкой. Каноничный пример пути от вражды до почти семейной жизни. Практически во всех вариациях дело оборачивается первым вариантом, и только в самых старых комиксах вторым.
    • Талия аль’Гул в ту же копилку. Правда ей чтобы затащить Бэтмена в постель обычно приходится использовать психотропные вещества, тогда как у Кошки получается своими силами. Но зато она даже родила Брюсу сына.
  • Walking Dead — Рик и Ниган. Нет, не романтическое применение тропа, конечно. Но они (после всего, устроенного Ниганом!) даже тактически объединяются против более жуткой силы! Хотя, зная Нигана, представить кого-то более жуткого (Губернатор? Терминус? Волки? Пф-ф-ф!) навскидку сложно.
  • X-Men — Профессор Ксавье и Магнето, товарищи с юности, просто не могут друг без друга. Когда второго сажают в пластиковую тюрьму, первый вполне себе навещает друга, играет с ним в шахматы, беседует на философские темы. Несколько раз дрались не на жизнь, а на смерть, примерно столько же — объединялись против общего врага.
  • Homestuck — среди типажей взаимоотношений троллей именно таковым является пиковый кисмезис. Если вкратце, это такая смертельная вражда, при которой ненависть враждующих доходит до нездоровой фиксации друг на друге со всеми прилагающимися «не троньте его, он мой!» и «только я должен убить его!»

Аниме и манга[править]

  • Katsute Mahou Shoujo to Aku wa Tekitai shite Ita — злой офицер и девочка-волшебница сошлись в битве… А потом офицер влюбился в волшебницу и сражения как-то не клеились, плавно перетекая в «злой офицер, а вы уверены что вы злой?».
  • Looking up to Magical Girls — Саё настолько понравились пытки Утэны, что она не против переметнуться на сторону тьмы и стать секс-рабыней. А вот Утэне Саё нужна именно как враг, а не секс-рабыня. И вообще, она — ярый фанат волшебниц, несмотря на то что воюет с ними и подвергает пыткам при каждом удобном случае. Утэна и Локо — примерно тоже самое, с той разницей, что Локо дошла до нужной кондиции после первой же порции унижений от Утэны. Впрочем, предыдущее начальство Локо тоже не подарок, так что она от перехода на сторону Утэны ничего особо не теряет.
  • Mirai Nikki — Юно и Юкитэру. В отличие от Седьмых, они не могут рассчитывать на совместную победу в устроенной Дэусом королевской битве. Кому-то в конце игры придется умереть. Что не помешало им объединиться, пусть и с периодическими бурными ссорами, перетекающими в размахивание топором.

Настольные игры[править]

  • Warhammer 40K — комиссар Себастьян Яррик и орочий пророк Газгкулл Маг Урук Трака. Во всяком случае, для орка комиссар был именно возлюбленным врагом. Когда попавший в плен Яррик поднял восстание людей-рабов, смог уничтожить главный космический корабль, но сам в результате был тяжело ранен и снова попал в руки орков — Газгкулл вернул ему отобранные бионические протезы, вылечил и с почётом проводил до шаттла, отправив готовиться к новым битвам. Как говорил сам орочий пророк: «Только Одноглазый Яррик знает, как правильно драться». Учитывая, что орки бесполы, размножаются спорами (причём чем храбрее и яростнее сражался орк — тем больше после него останется спор, из которых вырастут новые орки, а не гретчины или сквиги) — тут вполне себе натуральная любовь.

Примечания[править]

  1. Вполне возможно, что повествование ведётся от лица Рогнеды Рогволодовны, а князь тогда — Владимир Святославович. Если так, то ей уж точно было за что его ненавидеть.