Попаданцы

Материал из Викитропов
(перенаправлено с «Попаданец»)
Перейти к навигации Перейти к поиску
« - Ситуация вырисовывается вполне реальная - мы с вами попали в прошлое.

- Какое, на хрен, ещё прошлое?!
- Самое что ни на есть героическое прошлое.
- Подождите-ка парни, я чего-то не понимаю, это что значит, мы тут все типа умрём?

»
— «Мы из будущего»
Попаданчество в «японском» и «русском» изводах, наглядно.

Попаданцы — люди из нашего мира и эпохи, которые куда-нибудь внезапно попадают и там застревают. Например, в прошлое или в другой мир. Метод попадания редко раскрывается и обосновывается: часто это просто сюжетный инструмент. Попаданец, например, может забрести в Таинственный Туман ™, прикоснуться к Проклятому Артефакту ™ или вовсе умереть здесь и возродиться в том мире. Главное, что он попадает туда, куда попадает, именно ненамеренно. Если герой перемещался целенаправленно и тем более, может в любой момент вернуться, это уже немного из другой оперы. Хотя, общая канва сюжета вполне может остаться той же самой.

Куда может попасть попаданец? Может — в прошлое нашего мира. Здесь у него два варианта: либо он попадает в средневековье и становится прогрессором, следуя примеру янки при дворе Короля Артура, либо он попадает в какой-то период недавней истории Отечества, наиболее раздражающий автора, и переколбашивает там всё по воле автора. Типичный набор действий — «предупредить Сталина, замочить Хрущёва, спеть Высоцкого и изобрести промежуточный патрон».

Может попаданец попасть и в другой мир, например, в мир фэнтези. Когда-то это считалось вполне адекватным приёмом: такой герой, например, был в цикле «Чародей с гитарой» Алана Дина Фостера. Сейчас это такой же избитый и убитый штамп, как попаданцы к Сталину. Особенно в Японии, где в последнее время разразилась эпидемия попаданчества, не уступающая нашей — но преимущественно в фэнтези (см. Исекай).

Особенно цветут и пахнут попаданцы в фанфиках. Здесь они часто пересекаются с таким явлением, как Мэри Сью: идеализированная копия автора фанфика вламывается в грязных сапогах в мир автора изначального произведения, всех удивляет, крутит романы с персонажами канона и побеждает Чёрного Властелина одним плевком.

Изредка, но встречается и типаж «обратного попаданца», когда обитатель прошлого или параллельного мира попадает к нам. Ещё более редкий вариант — «параллельный попаданец», который путешествует между двумя различными временами-мирами, минуя наш родной.

Разновидности

  • Попаданец скромный. Вася Пупочкин — ничем не примечательный продавец из «Евросети», ничего полезного для Твердиземья делать не умеет, и все его приключения — скорее злоключения: то он попадает в рабство в Выжженной Пустыне и пытается сбежать оттуда, то эльфы его принимают за шпиона Злодея-2 и волокут на телепатический допрос к Владычице Пергидроли (которая после сеанса легилименции срывается в крик: «Выставьте отсюда это чмо!»), то он попадёт в тюремную камеру в Бармалионе, нарушит местный воровской закон и с трудом избежит заточки в бок… В конце, скорее всего, этот недотёпа научится чему-то полезному и станет похож на человека.
  • Попаданец опытный. Вася Пупочкин вместо продажи мобильных телефонов владеет какой-нибудь полезной для Твердиземья профессией (например, кузнец или врач) и ещё не дурак подраться. В идеале он в свободное от работы время увлекается исторической реконструкцией, благодаря чему успешно вписывается в Романтическое (или не очень) Твердиземье.
  • Попаданец бесцеремонный. Вася Пупочкин — не просто продавец мобильных телефонов, а бывший спецназер военной разведки, а вдобавок ещё и сын случайно попавшего на Землю великого рыцаря-цвёльфа. Попав в Твердиземье, становится крутым воином и феодалом, затем в одно жало побеждает Злодея-2 и начинает хищно поглядывать на Чёрный Ужас Восточного Запада.
  • Попаданец ушлый. Промежуточный вариант между скромным и бесцеремонным. Чаще всего является попаданцем в исекае, то есть обычно это — типичный попаданец японский, а иногда и китайский/корейский. В начале своего пути — точно такой же невезучий обыватель, хиловатый, не шибко умный и уж точно не обладающий большим кладезем знаний (если это не очередной Марти Сью с читами, конечно). Зато хитрый, пронырливый, нагловатый и быстро адаптирующийся к любой ситуации. А благодаря тому, что не местный — лишён всяких предрассудков и в душе не сечёт здешних приличий, что даёт ему неожиданное преимущество перед закостенелыми туповатыми слугами повелителя зла Моррабаша, да и перед прочей обычной публикой тоже. Если его не убьют в самом начале — со временем прокачивается и заметно крутеет.
  • Попаданец-стратег. В отличие от Бесцеремонного, предпочитает не геройствовать сам с мечом и магией, а побеждать всех врагов… кто сказал «умом»? Хорошей памятью и знанием первоисточника! Пытается в нужное время оказаться в нужном месте, предупредить Альбендальфа, замочить Ар-Маразмона, изобрести промежуточный арбалетный болт и внедрить командирскую башенку на боевых мамонтах.
  • Попаданец иронический. Все приключения Васи Пупочкина в Твердиземье перемежаются приколюхами и дурацкой улыбкой автора: «Ну это же штампище! Смотрите, какой штампище!». Сам Вася вовсю постмодерниствует, перепевает Высоцкого, цитирует Гоблина и побеждает Мораббаша в песенном поединке с помощью песни группы «Раммштайн», переведённой Радиотапком.
  • Попаданец геймерский. У Васи Пупочкина есть класс персонажа, целые страницы исписаны тем, как он подсчитывает вес в инвентаре, характеры всех персонажей (включая Васю) прописаны не более чем как «хаотик гуд эльф сорсерер десятого уровня».
  • Попаданка-нимфоманка. Самый распространенный женский типаж попаданца. Попадает исключительно затем, чтобы сначала запрыгнуть в койку к красавчику-эльфу, затем к красавчику-демону, затем ещё к какому-нибудь красавчику.
  • Попаданка романтическая. Эта по койкам не прыгает, а вместо этого привязывается — не оторвешь — к отдельно взятому сэру Всеславуру или Финалгону, и на протяжении 500 страниц они крутят сахариновый дамский роман. В финале — свадьба.
    • Если попаданка еще и японская, с высокой вероятностью она попадет в штампованную злодейку из отомэ-игры, с целью послать свою штампованную роль лесом. А вот попадать в главную героиню почему-то никто не хочет.
  • Попаданец сам в себя. По сути, уже и не совсем попаданец, так как это скорее троп «Пережить жизнь заново». Но издается как попаданческая литература, поэтому пусть будет. Классический рецепт такой: берем какого-нибудь деятеля, прожившего достаточно много лет, и переносим сознание его-старого в эпоху и тело его-молодого. Популярностью прием пользуется среди «попаданцев к Сталину», так как до Перестройки или даже до распада СССР дожило достаточно много видных деятелей тех лет: тут и Молотов (1986), и Каганович (1991), и Судоплатов (1996). В отличие от исекая, подвид довольно популярен в китайской маньхве: герой возвращается в те времена, когда ещё был зеленым и неопытным, и благодаря накопленным знаниям успевает сделать то, что не смог сделать в тяжелых ситуациях тогда (спасти друзей или любимую, организовав события иначе, убить злыдня до того, как он войдёт в полную силу и т. п.)

Виды попадания

  • Попаданец в своем теле. Простое перемещение попаданца как есть со всеми вещами в новый мир или эпоху. Максимум, что будет добавлено при попадании — это понимание местного языка, а порой и этого не достается. Вася остается таким же Васей, с навыками впаривания мобильных телефонов, которые непонятно как пригодятся в битвах Света и Тьмы, и всему должен учиться на лету. А ещё выясняет, что перенесённый вместе с телом мобильный телефон не работает ввиду полного отсутствия сотовых вышек, зато привлекает своим необычным видом всех нехороших людей. Ну, а завалявшаяся в барсетке упаковка аспирина способна исцелить Наставника-Покровителя от тяжелой болезни, но он об этом не скажет, а все равно пошлет нашего героя в квест.
  • Попаданец-превращенец. Вася перемещается вроде бы в своем теле, но с некоторыми изменениями. Например, он теперь цвёльф, у него вырастают острые уши, излечиваются возрастные заболевания и прибавляется магических способностей, а любимый мобильный телефон превращается в хрустальный шар, который всё также попытаются отжать гоблины из подворотни.
  • Попаданец в новом теле. Отличается от предыдущего тем, что Васе в Твердиземье выдается вообще новая тушка, которая никакого отношения к Васе-прежнему не имеет. Но это не какой-то определенный цвёльф с уже сложившейся личностью, а абстрактный «цвёльф вообще». В реалистичном сеттинге в комплекте с новой тушкой будут прилагаться новые документы, которые можно будет спокойно предъявлять любому патрульному гному.
  • Попаданец-подселенец. Перемещается не весь Вася, а только его душа, которая вселяется в тело местного жителя. Собственная душа местного жителя, скорее всего, все еще там, и с ней надо что-то решать: или договариваться, или сливаться в одну сущность, или пытаться как-то подавить и превратить просто в источник знаний о мире и полезных навыков, например, фехтования или метания файерболов.
  • Попаданец в ребенка, лучше всего — в грудного. Реинкарнация как она есть, только без потерь знания о прошлой жизни или только с частичными.
  • Попаданец в пчелу. Экзотика ради экзотики и эпатаж ради эпатажа: автор подселяет душу Васи в какое-то существо (а, может быть, даже и вещество[1]), которое вообще не должно быть разумным и мыслящим.

Да кто вы такие, откуда взялись, или почему попаданцы так популярны

Читателю, бегло проглядевшему книжный прилавок с «бестселлерами» годах этак в 2010-х, могло показаться, что попаданчество — это какое-то модное поветрие, заразившее весь рынок исключительно из дурновкусия масс или происков злобных жидомассонов-регрессоров, что оно появилось вдруг и, может быть, вот-вот сойдёт на нет. С другой стороны, любитель старой литературы может с удивлением обнаружить сюжеты и ходы, за которые ругают современную «штамповку» в книгах прошлого, позапрошлого или вовсе какого дремучего века. На самом деле, истории вида «герой из обычной реальности попадает в реальность необычную, где с ним случаются небывалые вещи» популярны ещё с мифических времён. И стандартные элементы, включающие в себя невозможную победу над врагами, спасение местных жителей, обретение чудодейственных сил и прекраснейших спутников жизни, а то и сразу короны, применение хитростей из «нашего» мира или, наоборот, обретение «ненашенской» мудрости — все они ещё в сказках встречались. У нынешних попаданцев изменился только стандартный способ перемещения. Теперь больше в моде делать другой мир разновидностью посмертия, в которое герой попадает попав под знаменитый грузовик. Впрочем, все еще сохраняют свои позиции и старые-добрые шкафчики, в которых вместо погрызанной молью шапки обнаруживается вход в Нарнию. Равно как и найдется место волшебным помощникам, которые готовы увезти Урасиму Таро на дно морское.

Древний слушатель спокойно воспринимал истории о том, как герой вышел из родного села, пошёл по дороге — и пришёл в какое-нибудь Берендеево царство, или, например, великана встретил. «Нормальный» мир был ещё маленький, «волшебная страна» начиналась буквально за горизонтом, и никого не смущали рассказы об обитающих в Индии мантикорах. Для рядового древнего грека Индия была не ближе, чем Средиземье, и там вообще что угодно могло случиться, в том числе и с путешественником. Возрождение и эпоха географических открытий сделали дальние путешествия возможными — и заодно породили бум историй о доблестных мореплавателях, которые прибывали в далёкие земли, встречали там странные туземные народы, побеждали в боях, обретали богатства, иногда уничтожали злобных дикарей, а иногда приносили им цивилизацию и брали какую-нибудь дочку вождя в жены… в общем, делали всё то же, что и современные попаданцы, только без попадания. Хотя и его можно добавить, введя в сюжет кораблекрушение и сделав неизвестными точные координаты страны чудес. Затем карты стали точнее, знания — доступнее, и зритель уже только посмеялся бы над байками про скрытый за льдами Антарктики континент летающих пингвинов. Но оставались ещё затерянные острова, отделённые от остального мира плато или вовсе пещеры, в которых могла бы разместиться причудливая экосистема и диковинные народы. Именно там приключались исследователи из популярной литературы конца девятнадцатого-начала двадцатого века. После земная поверхность была картографирована с самолётов — но возникший интерес к космосу позволил героям произведений «попадать» на другие населённые планеты, почти как во времена приключенческой литературы, только пересекая космос, а не океан.

Ну а потом наступило наше время. Когда спутники измерили всю земную поверхность, и каждый ребёнок знает, что на Марсе жизни нет, а до других потенциально интересных звёздных систем тысячи световых лет. Старый сюжет про «обычного героя в необычной ситуации» никуда не делся — но использовать его с каким-либо обоснуем, не руша подавление недоверия, стало крайне тяжело. Так что, наиболее ленивые авторы даже стандартным обоснуем не заморачиваются. Тем более, что сам процесс попадания занимает пару страниц и на дальнейшую историю обычно не влияет абсолютно никак. Попал — и всё! И это оказалось удачным ходом. Неизвестность и неуправляемость попадания избавила автора от необходимости обосновывать уникальность героя (почему эту волшебную страну не открыли какие-нибудь английские моряки?), возлагать на героя моральную ответственность за использование перехода (Остаться в волшебной стране и бросить старую жизнь — или уйти и оставить новых друзей и все плюшки? Сохранить секрет путешествия, лишив соотечественников шансов воспользоваться своей удачей — или обнародовать его, приведя в мир волшебства кучу алчных людей с обычной земли?), придумывать какие-то способы перемещения. Просто близкий читателю герой в волшебной ситуации и его похождения — квинтэссенция приключенческой литературы.

Примеры

Литература

Русскоязычная

  • «БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН» (именно так — заглавными буквами[2]) В. Гиршгорна, И. Келлера и Б. Липатова одно из первых произведений на тему (1927), удивительно точно предсказавшее все повороты сюжета попаданческих авторов будущего. Герой попадает во времена наполеоновских войн, идет к товарищу Сталину императору Наполеону, организует производство автоматов Калашникова револьверов, переигрывает проигранные сражения, собирает под своим крылом будущих выдающихся личностей — от Гарибальди до Бисмарка et cetera.
  • Куча боевой фантастики про попадание в глубокую древность и Патриотическое Поднятие России С Колен. Древностью обычно является Киевская Русь или окрестности до татаро-монгол, династия Рюриковичей до Смуты и — особо любимый вариант! — Российская Империя до большевиков. Поскольку таких книг, изданных на бумаге и сетевых, неимоверное количество, упомянуть стоит лишь те, которые чем-то существенно выделяются из общей массы:
    • Один из самых крупных и, в принципе, качественных примеров — трилогия Злотникова «Царь Фёдор». Хотя Злотников, вообще, эту тему зело любит.
    • Межавторский цикл «Боярская сотня» — о фестивале реконструкторов (возможно даже не одном), провалившихся полным составом в правление Ивана IV. Качество исполнения сильно зависит от автора конкретного произведения: 7 книг от Александра Прозорова — великолепные, а про остальные пусть напишут те, кто их прочитал.
    • «Ведун» Александра Прозорова. Олег Середин работал кузнецом в автобусном парке, а в свободное время тренировался в клубе реконструкторов и понемногу изучал всякое колдовство под руководством старого мудрого Ворона (это фамилия такая). Как-то раз от плохого настроения решил узнать, нафига он этим занимается — и мироздание забросило его в Киевскую Русь, на ночное болото, полное крикс и прочей нечисти. Мир вокруг себя менять не собирается (разве что один раз в шестом томе помогает князю Владимиру пресечь майдан в Киеве, разрешить кризис веры и захватить Корсунь для последующей женитьбы на византийской принцессе — но тут всё получилось в рамках исторического канона), поэтому вписывает в дивный мир Древней Руси прекрасно.
    • «Покушение на историю» Д.Биленкина — деконструкция до популяризации жанра. Герой-спецагент должен предотвратить убийство хана Батыя двумя восторженными юношами из будущего.
  • Ещё куча боевой фантастики про то, как наш современник попадает на Великую Отечественную войну. Обычно главным героем оказывается спецназовец-историк с феноменальной памятью, знающий Вторую мировую вплоть до уровня отдельных взводов. В итоге главный герой неизбежно оказывается личным советником Сталина, внедряет промежуточный патрон и командирскую башенку на Т-34, как правило — нейтрализует Хрущёва (или мочит лично, или организует ему арест и расстрел за шпионаж в пользу Марса, или как-то иначе сживает со свету) и перепевает Высоцкого. Поскольку таких книг, изданных на бумаге и сетевых, тоже неимоверное количество, упомянуть стоит лишь те, которые чем-то существенно выделяются из общей массы:
    • «Попытка возврата» В. Конюшевского — хотя герой и переживает постоянно от того, что историю толком не учил, но по сути именно этот цикл — кодификатор жанра «Попаданцы к товарищу Сталину». Патроны, Высоцкий и убийство Хрущёва в наличии.
    • «Мы погибнем вчера» А. Ивакина — у попаданцев-поисковиков (среди которых и историки, и отставной военный, и медик, и специалист по оружию той эпохи) НЕ получается изменить историю, они просто воюют, как могут, и гибнут. Все до единого.
    • «Возвращенец. „Элита пушечного мяса“» В. Полищука — мелкий «бизнесмен» из российских 00-х с прокачанными навыками «купи-кидай» однажды кинул не тех и вынужден прятаться в прошлом. Вот только кто знал, что «деляга» окажется в 1941-м году — и что из 1945-го в наши 2010-е вернётся уже совсем не тот человек, что уходил? И да, изменилось не прошлое — герой после возвращения смог хоть чуть-чуть, но изменить к лучшему настоящее. Уже в наше время, защищая случайную девчонку от изнасилования, герой погиб — но забрал с собой отморозка-мажора и нескольких его дружков, с которыми не могла ничего сделать полиция
    • «Вчера будет война» С. Буркатовского — попаданец таки предупредил товарища Сталина о том, что нападение случится 22 июня. Вот только и информация имеет свойство просачиваться (перебежчик доставил Гитлеру копии протоколов допроса попаданца), и действие порождает противодействие (отчётливые приготовления к обороне заставили Гитлера как отложить план «Барбаросса», так и попытаться заманить Сталина в ловушку весьма вкусным пирожком на юго-востоке). В результате в этом мире война пошла не так и не там — и с первого её дня послезнание попаданца обесценилось до нуля.
    • «Нихт капитулирен!» и «Рейхов сын» С. Алека (А. Герасимова) — а тут у нас уже попаданец не к Сталину, а к Гитлеру. Как ни странно, всё обернулось к лучшему — главное, что понял фюрер из рассказов о будущем, так это то, что Советский Союз лучше не трогать. И евреев тоже — из-за чего в Палестине с англичанами и отрядами местных арабов воюют дивизии «Кёниг Давид» и «Кёниг Соломон», сформированные из немецких и европейских евреев (мол, что отвоюете — всё после войны ваше будет, своё государство создадите).
    • «Мир за гранью войны» М. Шейко — суровая деконструкция. Попаданец-англичанин сразу же попадает в руки к немцам, рассказывает им всё, что знает о войне, и погибает. Дальнейшее повествование о том, как Третий Рейх пытается воспользоваться этими знаниями в своих целях — а антигитлеровская коалиция, соответственно, пытается переломить сложившуюся ситуацию.
    • «Часы с браслетом» П. Липатова — аналогично, герой-хронолетчик в 1941 год только и успел, что подбить пару мессершмиттов, прежде чем самого изрешетили.
  • «Великий кристалл» В. Крапивина:
    • «Застава на Якорном поле» — как оказалось, родители всех содержащихся в интернате Кантора для одаренных детей на самом деле не погибли, а были вышвырнуты соратниками Кантора из мира Полуострова в параллельный мир, где они сорганизовались и начали строить установку по обратному перемещению. Максимум, что им удалось — связать оба мира, пробив проход через временную станцию кольца метро Полуострова «Якорное поле», и то спустя несколько дней была установлена блокада.
    • «Крик петуха» — попаданцем стал отец Витьки Мохова Михаил Алексеевич Мохов, прибившийся к исследовательской группе «Кристалл-2» обсерватории «Сфера» вообще без профильного диплома и потому в своих работах быстро ушел в сторону от генеральной линии и стал отщепенцем. Однажды он попросту исчез после очередного эксперимента и ссоры со своим тестем-директором лаборатории. Впрочем, как оказалось, он переместился в параллельный мир, поселился в Реттерберге и вскоре сумел разгадать тайну межпространственного перехода, уже намеренно вернувшись в обсерваторию для разговора с сыном, после чего вернулся в Реттерберг, а сын вскоре открыл в себе талант перемещаться уже без всякой техники.
  • «Камбрийская трилогия» В. Коваленко — протагонист попадает в Британию (конкретно — в Уэльс) в VII в. Место и время выбрано им, но вариант «отказаться» означал отказ от участия в игре и невозможность вернуться. Из недостатков — смена пола и то, что идти придется созданной игровой аватарой, бессмертной эльфийкой-клериком. Бонусом при попадании идет то, что языки ГГ знает вообще все, какие можно и нельзя, имеет абсолютную память, а также профессиональные знания инженера-гидротехника середины XXI в., занимавшего немалый пост в корпорации, работавшей в местах, где часто стреляют, золото и подготовленную легенду. Маскироваться не нужно — каждый житель Британии знает, кто такие сиды и чем они знамениты. ГеройГероиня, правда, немного ошиблась с именем… сначала пришлось говорить — НЕТ, НЕ ТА САМАЯ… а потом привыкла, что люди понимают что как раз таки — Та самая Немайн-Неметона из легенд. Обоснование для будущих археологов, откуда вообще на Земле взялись сиды, сделали те же силы что и устроили попадание. Как один из результатов — в Камбрии Университет возглавляет ведьма и учат там ведьм и колдунов, а гости из Византии прямо рассуждают: что на латыни эта профессия называется «инженер». История потихонечку идет другим путем — например, вторжение саксов не было таким успешным: в открытом бою Камбрия и союзники их побили, и не раз. С точки зрения самих саксов — магией.
  • «Ещё не поздно» П. Дмитриева — ГГ-айтишник проваливается в 1965 год и на протяжении пяти книг пытается в закрытом НИИ наладить производство микропроцессоров и персональных компьютеров в СССР. Пример реалистичного попаданчества: протагонист ВНЕЗАПНО обнаруживает, что на базе технологий шестидесятых соорудить хороший, годный ПК оказалось не так-то просто — даже если под рукой есть рабочие образцы (Жоресу Алфёрову просто в руки сунули полупроводниковый лазер — за разработку принципа которых он в нашей истории получил Нобелевскую премию по физике 2000 года — и велели разобраться, как он работает). Да тут ещё и национальный советский спорт — борьба с бюрократизмом…
  • «Жрица Итфат» В. Зеланда — во второй главе это Матильда, на ровном месте после пуска зелёного тумана угодившая из репетиционного зала куда-то в пустыню в гости к гламрокам.
  • «Неинтересное время» К. Костинова — наш современник, молодой менеджер, увлекающийся историческим фехтованием и реконструкцией, с помощью магического артефакта случайно попадает в 1925 год. До самого конца герой, истории не знающий абсолютно и не читавший даже «12 стульев»[3], уверен, что попал в альтернативку с добрыми большевиками, белогвардейскими террористами, где в СССР процветает частное предпринимательство, существуют проституция и уличная наркоторговля, и где Литва — серьёзный военный противник. Разгадка проста: на дворе НЭП, до репрессий 30-х — ещё десять лет, а СССР после недавней гражданской войны ещё в полном раздрае. Но на приём к товарищу Сталину он всё же попадает — в самом финале.
    • Он же, дилогия «Моя не понимать/Моя понимать» — простой работящий парень Димка подрабатывал извозом и на свою беду поинтересовался грузом, который нужно было сдать заказчику. Груз оказался несколькими маленькими девочками в коме, а заказчик — Тёмным Властелином, сосланным на Землю «магической полицией» отбывать наказание[4]. Чтобы избавиться от свидетеля, маг закинул Димку в другой мир, а для верности ещё и превратил в яггая — здоровенное обезьяноподобное существо с чудовищной силой, пуленепробиваемой шкурой… и словарным запасом всего в пару-тройку десятков слов.
  • «Пожиратель душ» Ирины Кобловой — обыкновенный советский школьник семнадцати лет попадает в сказочный мир, где есть настоящие боги, магия, смертельно опасные чужеродные существа, автомобили и огнестрельное оружие. Казалось бы, живи и радуйся, тем более что здешние жители прекрасно знают про переселенцев и сами организуют их массовую доставку из нашего мира. Вот только Николай попал сюда из момента разрушения СССР, который его семья встретила в одной из среднеазиатских республик: его отца забили насмерть тамошние нацисты, мать умерла от горя уже в Москве, когда безразличные чиновники новой власти приказали разгромить и разогнать на все четыре стороны лагерь беженцев, сам же Николай несколько месяцев бродяжничал в полном отчаянии и уже почти дошёл до самоубийства (сам не мог этого сделать). Так что вместо весёлых приключений в новом мире протагонисту предстоит избавление от лютого ПТСР, в чём ему окажет посильную помощь заглавный персонаж.
  • «Рыжий рыцарь» А. Белянина — юмористическое фэнтези со множеством случаев прямого и обратного попаданства: крестоносец Нэд Гамильтон, вассал Ричарда Львиное Сердце, попадает в Россию начала XXI века, а затем, вместе с новыми друзьями, оказывается то в бою на Великой Отечественной, то в постапокалиптическом будущем, то в своей родной Англии XII века, где из ниоткуда возник проклятый чёрный замок Мальдорор…
  • «Серебристое дерево с поющим котом» В. Крапивина — в финале таким становится хапуга Степан Степанович Лошаткин, угодив на Ллиму-зину, которую населяют разумные капли и первобытные племена гуманоидов. Как ни странно, именно здесь Лошаткин наконец чувствует себя в своей стихии — ни постылой норовящей задавить под каблук жены, ни милиции, ни налоговиков, ни рэкета — и становится из владельца мелкого магазина вождем племени с личным гаремом.
  • «Сварог» А. Бушкова — герой мечтал поменять постылую жизнь… и мечты сбываются!© (не спойлер: «великий феодал-полуцвёльф» как архетип Попаданца Бесцеремонного — не что иное, как шарж на майора Сварога).
  • «Сквозняки» Татьяны Левановой — подростки, переживающие внутренний конфликт и имеющие при себе зеркало и кристалл, могут внезапно открыть в себе способности Сквозняка и переместиться в другой мир (землеподобный, с языком тоже проблем нет). Но сами по себе вернуться они не могут, пока не выполнят некую миссию по исправлению этого мира — причем о сути самой миссии им приходится только догадываться и распознавать знаки судьбы, иначе запросто можно состариться и умереть в чужом мире, так и не узнав свое предназначение (один такой случай в «Ночных птицах Рогонды» описан. Но есть и случаи, когда попаданство длилось считанные минуты — мальчик попал, спугнул собаку, та укусила тирана, тот свалился на землю, в итоге заболел и не смог развязать войну, и мальчик тут же вернулся обратно). Обычно на один мир приходится один попаданец, за редкими исключениями. Главная героиня, Маша Некрасова, спасла так уже 6 миров, заодно вынеся ценные уроки для себя и своей жизни.
  • «Фроляйн Штирлиц» Сергея Арсеньева — обыкновенная советская пионерка из 2018 года[5] из-за случайного изобретения своего непутёвого сводного брата (кстати, большого любителя книг про попаданцев, побеждающих Гитлера в 41-м году) попадает в ставку Гитлера аккурат в ночь на 22 июня 1941-го года. К счастью, квантовое окно продолжает работать, и брат успевает бросить ей свой тапочек и записку «Тронете её — в следующий раз прилетит граната», что впечатлило фашистов и обеспечило девушке иммунитет. Следом начинают прилетать распечатки фотографий красного знамени над разрушенным рейхстагом, вражеских знамён у подножия Мавзолея Ленина, колонн пленных и т. д., которые впечатлили cтавку верховного гадокомандования так сильно, что Гитлер приказал остановить нападение…
  • «Хроники странного королевства» — педаль в пол. С точки зрения тропов романы интересны тем, что жители фэнтезийного мира (Дельта) прекрасно осведомлены об их существовании и способах попадания (перемещение осуществляется в момент смерти). В Ортане давно уже существует служба адаптации переселенцев к новым реалиям, а в соседней Мистралии советник Блай специально пытает магов до смерти, чтобы добывать из явившихся вместо них жителей нашего мира (Альфа) военные технологии для глобальной войны. Одновременно с этим в мире Дельта действует тайная организация исследователей из нашего мира, которые наблюдают за тем, как меняется общество под влиянием переселенцев.
  • «Хроники Дебила» Егора Чекрыгина — поначалу ярко выраженный попаданец первого типа. Недоучившийся студент художественного техникума попадает в племя степных кочевников, по уровню развития находящихся где-то между палео- и неолитом. При этом он не является бывшим спецназовцем-реконструктором-выживальщиком, не умеет бить ногой с разворота, ковать из овцебычьего навоза автоматы Калашникова и булатные мечи, и даже википедию наизусть не помнит. Ну и магии в этот мир не завезли (зато завезли кларктех, но в гомеопатических дозах, в самом конце и скорее в роли макгаффина). Первый, и на долгое время последний рояль из кустов — его чудесным образом не убивают при встрече, так как шаман племени накануне совершал путешествие в мир духов при помощи грибного отвара, и на отходняках изрёк нечто малопонятное, но угрожающее. Попаданца принимают в племя, дают соответствующую умениям работу (собирать овцебычий навоз во время переходов), и нарекают Манаун’даком, что в дословном переводе означает «старый ребёнок», а в смысловом — дебил. Попытки впечатлить окружающих знаниями человека XXI столетия сталкиваются с отсутствием необходимых ресурсов (чего-либо кроме травы, дерева и навоза, собственно говоря), востребованности (чтение и математика) или религиозными табу (метательное оружие и изображения живых существ).
    Так продолжается десять лет. А потом в Великую степь вторгаются другие, значительно более продвинутые кочевники. Это разрушает сложившийся за тысячелетия порядок, провоцирует переселение племён и заносит героя в высокоразвитые протогосударства, уже вовсю живущие в бронзовом веке. Там он постепенно мутирует в попаданца ушлого, используя хорошо подвешенный язык, некоторые представления о пиаре и маркетинге, художественные навыки и даже не до конца забытые выдержки из википедии.
    • «Странный приятель» того же автора. Попаданец тут опытный — военный, выживальщик и испытатель технологии межмировой телепортации. Однако и у него поначалу всё идёт не слишком гладко — очередной тестовый запуск занёс его не туда и не тогда, куда ожидалось. В результате непонятный бродяга, не знающий толком языка, был отловлен полицией королевства Тооредаан, находящегося на технологическом уровне земного 17-18 века, быстренько осуждён и отправлен в штрафроту, работать пушечным мясом в не особо успешной затяжной войне. Впрочем, благодаря многочисленным талантам и специфическим навыкам, ему удалось сколотить отряд и хорошенько погеройствовать, сначала выбившись из штрафников в солдаты, а потом и попав в поле зрения местных спецслужб, осведомлённых о таком явлении, как попаданчество. И тут приходит черёд некоторой деконструкции — выясняется, что большая часть инноваций, которые он может предложить, на данном технологическом уровне или нереализуема за вменяемое время, или уже реализована. А то, что осталось, за считанные годы скопируют враги, у которых вместо загнивающей сословной монархии уже во всю эффективный капитализм. Так что попаданцу приходится не столько ковать автоматы и командирские башенки, сколько консультировать местное правительство по вопросам экономических и политических реформ. А в свободное время пытаться проследить путь своего предшественника из предыдущей серии книг, который за несколько тысяч лет превратился в фольклорного персонажа, а собранный им племенной союз вырос в империю, захватившую большую часть мира, развалившуюся, пересобравшуюся и снова развалившуюся. Делает он это с целью понять, как тот Манаун’дак в этот мир попал и нельзя ли таким же образом разпопасть обратно.
  • «Чужая жизнь» С. Кима — обыкновенный российский студент-раздолбай, фанат боевиков и попаданческой литературы, попадает… в «Евангелион» причем прямо в голову к Икари Синдзи. Нет, всё не так пошло как вы думаете. Попаданец по-началу кажется бесцеремонным, но вскоре сталкивается с суровой реальностью: командирские башенки к «Еве» или уже придуманы местными и уже едут в Токио-3, либо невозможны физически. А знание первоисточника вскоре начинает играть с Виктором Северовым злые шутки ибо это мир похожий на аниме, но не идентичный ему. Местами с точностью до наоборот.
  • «Эльф и вампир» Е. Картур — художницу Анастасию убило сосулькой, но её душу вызвал к себе некромант из другого мира. Душу маг засунул в тело юноши-эльфа и отдал на съедение вампиру. В итоге, героиня подружится с вампирчиком и влюбится в него, сама станет вампиром, заведёт много новых друзей, овладеет вампирскими силами… ну вы уже поняли, что эта книга о Мэри Сью?
  • «Далекий светлый терем» Ю. Никитина — советский инженер даже не успевает толком ничего сделать, как за непочтительное отношение его насмерть забивают батогами и плетьми холопы кичливой барыни, во владениях которой ему довелось несчастье очутиться.

На других языках

  • «Путешествие пана Броучка в 15-й век» (1888) — сатирическая повесть Сватоплука Чеха о попаданце во времена гуситских войн. Протагонист заслуженно приговаривается Яном Жижкой к смерти за трусость и предательство.
  • «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» — роман Марка Твена, впервые опубликованный в 1889 г. Ушлый американец тут больше форсирует прогресс, чем намеренно меняет ход истории. Впрочем, сама история при этом, в отличие от более современных произведений про попаданцев, не меняется. Вмешательство главного героя, наоборот, объясняет белые пятна истории, связанные с эпосом о короле Артуре.
  • «Волшебник из страны Оз» Ф. Баума (и его советский клон «Волшебник Изумрудного города») с Дороти/Элли, попавшей из реального Канзаса в сказочный мир.
  • «Да не опустится тьма» (Л. Спрэг де Кампа, 1939) — удар молнии перебрасывает археолога из XX в. в прошлое, в Древний Рим, и в результате его деятельности история сильно изменилась: «Тёмные века» раннего средневековья не наступят (см. название).
  • «31 июня» Дж. Б. Пристли — художник Сэм попадает из в современной Англии в сказочно-артурианское королевство, а его обитатели — в Британию XX в.
  • «Двадцатое путешествие Ийона Тихого» С. Лема — автор вдоволь поиздевался над темой попаданцев и человеческой историей. ВСЁ, что случилось, — результат косяков «хотевших как лучше» спецов из будущего. Это они сделали Марс и Венеру непригодными для жизни, раскололи в астероиды планету между Марсом и Юпитером, утопили Атлантиду, в порядке эксперимента заселяли древнюю Землю всякими странными организмами (которые попадаются как ископаемые), угробили динозавров. А ещё Платон, Аристотель, Ришельё, Наполеон и прочие — все попаданцы (некоторых сослали, иные сами сбежали).
  • «Звёздные короли» Э. Гамильтона — принц и учёный Средне-Галактической Империи Зарт Арн, живущий в будущем через 200 тысяч лет, обменялся сознанием с клерком Джоном Гордоном, чтобы в его теле изучать наш мир. Джон Гордон в теле принца должен был просто спокойно провести несколько дней в отдалённой лаборатории под надзором ассистента. Но внезапно враги Империи убивают ассистента, а прибывшие на помощь солдаты доставляют спасённого «принца» в столицу Империи, находящейся на пороге большой войны…
    • «Возвращение к звёздам» — по возвращении на Землю Джон Гордон с помощью опытного психолога почти убедил себя в том, что просто придумал себе все свои приключения в Далёкой Далёкой Галактике. Однако Зарт Арн нашёл способ переместить его в будущее ещё раз, теперь уже во плоти. Потому что принцесса Лиана хочет воссоединиться с любимым, а Галактике снова угрожает неведомая опасность.
  • «Колдовской мир» А. Нортон — протагонист на перемещение идёт сознательно[6], и через портал попадает в совершенно незнакомый (но наиболее подходящий) мир.
  • «Крестовый поход в небеса» («Крестоносцы космоса») Пола Андерсона — рыцари из средневековой Англии захватили инопланетный корабль и захотели полететь на нём в Иерусалим, но вместо этого включенный автопилот отправил корабль в Далёкую Галактику к ближайшей военной базе. По прилёту крестоносцам удалось захватить базу, но в ходе захвата базы компьютер их корабля был повреждён, и все записи полёта с координатами Земли оказались утеряны. Так что им теперь остаётся только идти вперёд к победе над очень нехорошей Звёздной Империей.
  • «Потерянный легион» Г. Тёртлдава — уникальный вариант: попадание из далёкой эпохи в параллельный мир. Римский легион, сражавшийся в Галльской войне, проваливается в фэнтезийную империю Видесс (культурный шаблон Византии XI века).
  • «Принцесса Марса» Э. Берроуза — Джон Картер попал на Марс и с помощью магии узнал четвёртую планету с другой стороны.
  • «Седьмой меч» Д. Дункана — главный герой цикла является инженером из современного мира, а боевые навыки получает магическим способом.
  • «Тёмная Башня» — все ключевые персонажи являются ими. Прыгают из нашего мира в мир Башни, наоборот, или вообще по версиям реальности.
  • «Шпага Рианона» Ли Бреккет — Метью Карс, герой этого романа одновременно попадает в прошлое и на Марс, вернее в прошлое Марса.
  • «Чародей с гитарой» А. Д. Фостера — обычный американский студент оказывается против своей воли перенесён в другой мир магии и говорящих животных. Иронический попаданец par excellence: здесь победа над вражеским колдуном в песенном поединке с помощью популярного рок-н-ролла — не баг, а главная фича персонажа.
  • «Хроники Томаса Ковенанта, Неверующего» Стивена Р. Дональдсона — заглавный герой попадает в волшебную страну, попав под колеса машины. Вернее, машина то успела вовремя затормозить, что позднее подтвердил и медицинский осмотр героя. Но Господь сказал в исэкай, значит в исэкай. Так что, Томас просто свалился перед машиной без каких либо видимых причин.

Кино

  • «Зловещие мертвецы 3: Армия тьмы» — герой Брюса Кэмпбелла вместе со своей тачкой проваливается во временную воронку, портал созданный в финале второй части, и попадает в средневековье, в котором опять сталкивается с мертвецами, местной ведьмой и своим злобным двойником, которым опять успешно надирает задницу.
  • «Иван Васильевич меняет профессию» по мотивам пьесы М. Булгакова «Иван Васильевич». В отличие от первоисточника, большая часть фильма оказалась сном.
  • «Мы из будущего» — классическое попаданство в пекло Великой Отечественной четырёх «чёрных копателей», которые глумливо дали пришедшей к ним старушке опрометчивое обещание найти серебряный наградной портсигар её пропавшего сына. Благодаря документам с их фамилиями и фотографиями, их приняли за чудом уцелевших солдат воинской части, которая накануне получила приказ пробиваться на выход из окружения, а фразы «мы — ваши потомки» — за последствия шока и контузии. По ходу сюжета ненадолго попали в плен к немцам, где неонацист Череп пересмотрел своё отношение к «истинным арийцам», а исключённый из института историк узнал офицера, книгу которого читал для выбора места раскопок, и в общих словах рассказал ему дальнейшую судьбу его лично (плен под Сталинградом, возвращение домой и широкая известность историка) и Германии в целом. Заодно поддержания мужества ради повторил слова «После первой не закусываю».
    • Во фильме-сиквеле в прошлое возвращаются двое из четырёх героев первого фильма (ставших к тому времени уже не криминальными «археологами», а честными историками и реконструкторами), а за компанию с ними — двое украинских националистов, тоже получивших счастье лично пообщаться со своими «национальными героями». По сравнению с первым фильмом во втором началось уже откровенное опухание сиквелов.
  • «Назад в будущее» — создавший машину времени на базе автомобиля ДеЛориан доктор Браун установил 1955 год просто по приколу (тогда ему в голову пришла идея ключевого элемента), но из-за атаки ливийских террористов Марти случайно активировал её и попал в прошлое без запаса плутония, необходимого для перемещений. А во втором фильме в результате неисправности оборудования и попадания молнии в ДеЛориан Док попадает в 1885.
  • «Туман» по мотивам. Солдаты российской армии во время марш-броска на болоте попадают в туман, переносящий их в 1941 год. В первом бою к немцам попадают автоматы Калашникова, что может изменить историю и ход войны.
  • «Провал во времени» (1979) — во время военных учений группа японских солдат сил самообороны вместе с оружием и военной техникой неожиданно проваливается во временной разлом и попадает в период Сэнгоку прямо в разгар войн за власть. Солдаты во главе с их командиром решают примкнуть к одной из сторон, возглавляемой Уэсуги Кэнсином (реальным историческим лицом), и помочь ему в войне. По теории лидера попаданцев, если сильно наследить в прошлом, то может образоваться второй разлом, через который герои смогут вернуться в своё настоящее. Ожидаемого не случилось, попаданцы потерпели полное фиаско и все погибли.
  • «Семьянин» — Джек Кэмпбелл спустя 13 лет после отъезда в Лондон на стажировку стал руководителем крупной финансовой компании, но остался одинок, бросив ради карьеры любящую его Кейт. В Сочельник он выручает бедняка-негра Кэша, а наутро просыпается уже в объятиях Кейт в простеньком доме на задворках Нью-Йорка. В этой реальности он остался с Кейт, завел троих детей, стал простым торговцем в магазине шин своего тестя, так что стандарты жизни, мягко говоря, не те. Но открываются в новой жизни и свои плюсы — любящая жена, общепризнанная красавица, друзья, с которыми можно сходить в боулинг, дети, да и продажа шин приносит, конечно, совсем немного денег в сравнении с корпорацией, но зато каждый день Джек может уходить с работы вовремя домой, где тепло, светло и всегда ждут жена и горячий ужин. Даже вернувшись в свою реальность, Джек решает попробовать возобновить отношения с Кейт, начав все сначала.
  • «Кейт и Лео» — герцог Олбани Леопольд из 1876 года попадает в Нью-Йорк начала 21 века, где влюбляется в бизнес-леди Кейт.
  • «Холоп» — деконструкция и субверсия. Привыкший к безнаказанности и вседозволенности («папа же от всего отмажет») сынок олигарха просыпается в барской усадьбе середины XIX века в качестве крепостного конюха. Сословная мораль позволяет ему на собственной шкуре почувствовать чужую вседозволенность и безнаказанность, однако потом выясняется, что всё это было большой постановкой, которую оплатил его отец, решивший перевоспитать сына хотя бы по методу «в грязи из князи»

Телесериалы

  • Частенько встречается у Джонатана Шиффа:
    • «Неземной сёрфинг» (2012) — обратная субверсия: Зоуи и Кики на Землю прилетели нормально, и корабль у них имелся. Попаданками они стали благодаря тому, что в конце самой первой серии собака Эмбер Пайпер, только что освобождённая из плена плазмокарты, тут же за неё вцепилась, после чего корабль был уничтожен, а Зоуи и Кики застряли на Земле.
    • «Тайны острова Мако» (2013), 10 серия 3 сезона — Зак вслух при ракушке и присутствовавших при этом Мимми, Ондине и Вейлан выдал «Видели бы вы меня тогда!», стоя перед фотографией, где он был куда более юным. Итог: русалки угодили в детство Зака, а настоящее Зака радикально изменилось до конца серии, пока русалки, у которых и оказалась ракушка, не смогли это желание переиграть.
    • «Бюро магических дел» (2018) — в финале первой же серии, пытаясь как-то совладать с новыми-старыми силами, Кайра случайно отправилась куда-то в снежную местность (куда именно — не сказано).
  • «Десятое королевство» — обыкновенная официантка Вирджиния и её непутёвый отец Тони сначала встречают странную собаку (заколдованного принца Вендела), затем троллей и Волка, которым Злая королева приказала поймать сбежавшего принца. Пёс привёл Вирджинию с отцом к волшебному порталу, а когда они вошли, волшебное зеркало закрылось. Соответственно на протяжении четырёх серий они пытаются сначала найти друг друга, затем отыскать это зеркало и вернуться домой. О спасении заколдованного принца они думают в последнюю очередь, а про борьбу со злой узурпаторшей вообще не думают. Однако в последней серии не только спасают принца, но и предотвращают уничтожение королевских семей Девяти Королевств.
    • Те самые братья Гримм в своё время побывали в Девяти Королевствах. Получается, что все их сказки были написаны на основе реальных событий.
    • Злая королева, которая была ученицей Мачехи Белоснежки и на какое-то время смогла аналогичным способом женить на себе сына Белоснежки и захватить власть в Четвёртом королевстве, оказалась матерью Вирджинии. В своё время она выросла в богатой семье и вышла замуж за перспективного жениха. Но потом муж разорился, она начала сходить с ума от жизни на одну зарплату, в один момент попыталась утопить маленькую Вирджинию в ванной, а потом выбежала на улицу и попала в портал, который в поисках преемницы открыла старая колдунья.
  • «Параллельные миры» («W: Меж двух миров», дорама 2016 года) — любопытный и интересный пример. Первоначально связь между двумя мирами (а именно — между миром комикса «W» и реальностью) установил главный герой Кан Чхоль, затянув в комикс его автора О Сон Му: будучи тяжело ранен, ему нужна была помощь — но автор к тому времени уже возненавидел своё творение и сам попытался убить своего героя. А потом попаданкой стала дочь автора, О Ён Джу, которая стала спасать любимого героя. И потихоньку закрутился сюжет вокруг главного героя комикса и дочери его создателя...

Мультсериалы

  • «Алекс и Алексис» 2000 г. — сюжет мультсериала повествует о брате и сестре из реального мира, которые при помощи магического кристалла в подвале, попали в страну средневековых басков на севере Испании и юго-западе Франции.
  • «Подземелье драконов» — шесть детей катались на аттракционе Dungeons & Dragons. Внезапно всё вокруг закружилось и герои угодили прямиком в Забытые Королевства, где превратились в приключенцев.
    • Там же есть ещё один пример. В одной из серий, в фэнтезийный мир попадает немецкий летчик времен Второй мировой, который после приключений с главными героями, решает пересмотреть свои взгляды на жизнь и сражаться на стороне союзников.
  • «Король Артур и рыцари справедливости» — американская футбольная команда попадает в фэнтезийное прошлое и становится рыцарями круглого вместо настоящих, которых заточила в кристальной пещере злая колдунья Моргана.

Аниме, манга, ранобэ

Основная статья: Исекай
  • Drifters (за авторством Коты Хирано, автора Hellsing) — нестандартный вариант, так как попаданцами в фентезийный мир с орками, гномами и драконами тут являются реальные исторические личности: от Ганнибала со Сципионом Африканским до Бутча Кэссиди, Сандэнс Кида и адмирала Ямагути, того самого, что бомбил Перл-Харбор. Примечательно, например, что один из главных героев — Ода Нобунага — тут сразу же начинает вовсю прогрессорствовать: внедрять огнестрел, учить лопоухих эльфов воевать умением и вести объединительно-завоевательные походы, то есть делать ровно все то же самое, что он делал в реальной истории.
  • InuYasha — обыкновенная японская школьница Кагомэ Хигураси из семьи синтоистких священников утаскивается демоницей-многоножкой через колодец на территории фамильного храма в эпоху Сэнгоку. В которой, оказывается, в Японии водились демоны-ёкаи и волшебные синтоисткие жрицы с буддисткими монахами.
  • Megami no Yuusha wo Taosu Gesu na Houhou — Тояма, призванный внезапно королем демонов, которого уже достали герои света мешающие мирно копать картошечку.
  • Shinazu no Ryouken — основное население сеттинга способно воскреснуть и полностью исцелиться после любой смерти, кроме смерти от старости. Кто не может, те в основном попаданцы. Причем, попаданцы способны заражать других своей слабостью, а потому их ненавидят и стремятся уничтожить. А кого не уничтожат, рискует помереть от первой же болячки, так как в аптеке вам продадут разве что цианистый калий. Можно ещё влюбить в себя несколько бессмертных, тем самым лишив их суперабилок и получить за это бешеную регенерацию. Разумеется, тех кто идет на это осознанно, ненавидят ещё больше и ждет их чан с жидким азотом (расстрелять уже не получается при всем желании). Короче, хреново быть в этом сеттинге попаданцем.
  • When I was going out from my house to stop become a Hiki-NEET after 10 years I was transported to another world — Ходзё вместе с домом попадает в параллельный мир, где внезапно НЕ становится великим магом и воителем. Также он, ещё более внезапно, НЕ блещет знаниями современного мира. Зато у него есть тред на местной версии Двача, куда он бегает за советами (Двач каким-то образом открывается). А двачеры объясняют ему что во-первых Ходзё — идиот, во-вторых, проблему надо решать вот так и сяк.
  • Zipang — современный эсминец Сил Самообороны Японии попадает в прошлое, конкретно в 1942 год в ночь перед роковой для японцев битвы при Мидуэе, в которой Япония потеряла все четыре ударных авианосца.
  • Mushoku Tensei: Jobless Reincarnation — 34 летний безработный затворник девственник неожиданно попадает под колеса грузовика. Но к своему удивлению не умирает а перерождается в фентезийном мире в теле новорожденного младенца, названным Рудеусом Грейратом. Помня опыт из предыдущей жизни он не позволяет себе допускать ошибки в новой. Выучив новый язык сразу же берется за учебу, а открыв в себе магические способности начинает и изучении магии, совместно с молодой колдуньей-репетитором. Набравшись достаточного опыта молодой Рудеус и сам берется за работу.

Настольные игры

  • GURPS Fantasy (Banestorm) — мир Ирса вообще по большей части населен различными попаданцами и их потомками, которых принесло туда неудавшееся эльфийское заклинание. Феномен попаданчества хорошо известен, и для адаптации попаданцев существует специальная организация: Министерство Случайностей. Его задача в том, чтобы магическим образом вытереть из головы попаданца знания об опасных технологиях вроде пороха или ядерной бомбы, чтобы не смел устраивать технологическую революцию в уютненьком фэнтези.
  • «Битвы Fantasy» — трое волшебников из другого мира, забросили в наш мир магические артефакты. У каждого артефакта, рано или поздно появляется владельцы, как правило это отряд воинов. И когда владелец артефакта оказывается перед неминуемой гибелью, появляется хронодиск и забирает владельца вместе с его отрядом, оставляя мёртвые дубликаты. Это сделано, дабы не повредить временную шкалу. Учитывая, что артефакты разбросали по самым разным временных эпохам, среди попаданцев есть воины всех эпох, от пещерных людей и заканчивая мутантами из далёкого будущего.

Видеоигры

  • Hyperdimension Neptunia Re;Birth 3 — опора на троп и отличная игра с ним. В первой главе некий столб света переносит главгероиню в альтернативный Планептун 1989 года. Выясняется, что один день в старом мире равен одному году в новом; ГГ даже включает подсветку — как это, мол, удобно. Связь с домом есть, вскоре к Нептунии попадают несколько соратников из прошлой игры — в общем, приключайся не хочу! Однако, в конце игры удобство оборачивается субверсией и источником драмы, так как чтобы добить главгада, партии требуется совершить уже обратное путешествие, что для всех новых персонажей несёт такие последствия, как возвращение домой через неизвестно сколько лет.
  • Серия игр Ultima — начиная с четвёртой части протагонистом становится попаданец из нашего мира, которому суждено по воле Лорда Бритиша стать Аватаром, т.е. воплощением всех добродетелей. После выполнения своей миссии Аватар возвращается в свой родной мир и будет призван вновь в час нужды.

Визуальные новеллы

  • Muv-Luv Unlimited — обычный японский старшеклассник Такэру попадает на альтернативную Землю в разгар войны с инопланетянами и пытается разобраться, зачем он здесь и что дальше делать.
  • «Бесконечное лето» — обычный 20+ российский завсегдатай имиджборд, бездельный полухикки без руля и ветрил по жизни Семён Персунов едет зимним днем на встречу выпускников школы, засыпает в 410 автобусе и просыпается летом где-то в конце 1980-х перед воротами пионерлагеря «Совёнок» в несколько альтернативном, но СССР. Вдобавок ко всему оказывается, что ему 17 лет. Можно безуспешно попытаться понять, что тут вообще происходит, или же просто закрутить роман с какой-то из девушек своего отряда.
    • «7 дней лета» (авторская версия и lost alpha) — ко всему прочему выясняется, что в этом мире люди осведомлены о существовании «представителей совмещённых реальностей» (ПСР), поэтому никто не удивляется странностям в поведении Семёна. Более того, кое-кто из персонала лагеря является сотрудником госбезопасности, который тайно курирует местного Семёна, являющегося выявленным «носителем ПСР» — ведь благодаря информации и техническим новинкам, периодически получаемым от таких попаданцев, СССР этого мира избежал множества проблем и разрушаться не собирается. В финале Семён можеи попытаться остаться с выбранной девушкой в этом мире, заменив своей душой душу местного Семёна (тот в любом случае обречён — через какое-то количество вселений носитель сходит с ума), или может выбрать другой мир, идентичный нашему (в своём мире Семён умер, просто не помнит этого) и возможно встретить там кванка выбранной девушки.
  • «Мое летнее приключение. Воспоминания о волшебной истории» — протагонист 25-летний Алексей Третьяков после ухода от него девушки Полины впал в уныние и, однажды задремав в вагоне питерского метро, внезапно оказался уже в вагоне токийского (такой вот трансметрополитен), в теле 18-летнего японца Акиры.

Сетевой оригинальный контент

  • «Очень ценный помощник» К. Костина (Костинова) — исследуя один любопытный физический эффект, в сталинском СССР неожиданно смогли вытянуть из далёкого будущего (2010 год) человека. Попаданец оказался классическим: молодой человек с феноменальной памятью объёмом чуть меньше «Википедии», отменными физическими данными (в прошлом — сержант спецназа ГРУ). В общем, крайне, крайне полезный для советской власти человек. Маленькая проблема: Виктор оказался умным, но фанатичным антисоветчиком.

Примечания

  1. И это не шутка — тот же легендарный Рыбаченко, подаривший нам попаданца в пчелу, писал и про попаданца в молекулу ДНК в голове Гитлера.
  2. Игра слов. Авторская характеристика как самого произведения, так и протагониста, которого зовут Роман.
  3. Даром, что мимоходом в городе Пескове — слегка искажённом Пскове — его судьба свела с Осипом Шором (имя не называется, но описание и детали биографии, о которых рассказывает человек, однозначны). Который, на минутку, был прототипом Остапа Бендера.
  4. Первое, что делает каждый здравомыслящий Тёмный Властелин — это находит ключ к истинному бессмертию. Поэтому за все художества его нельзя казнить, но можно выкинуть в мир, где магия практически не работает — например, к нам.
  5. Альтернативная ветвь истории, получившейся в результате успешных действий посмертного попаданца из романа «Студентка, комсомолка, спортсменка»
  6. Собственно, у него нет выбора: ГГ — бывший военный, не нашедший себя в мирной жизни и связавшийся с преступным миром, где успел перейти дорогу кое-кому серьёзному. По его следу уже идут киллеры.