Антиутопия

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску

Антиутопия — это жанр, в котором изображается максимально некомфортное для жизни общество. В антиутопии сами законы, по которым работают общество и государство, используются для нагнетания драмы, крутые герои их превозмогают, а маленьких людей они ломают. Зародившись как деконструкция классической утопии, жанр стал популярным и оброс обязательным набором штампов и многочисленными поджанрами и направлениями.

Типажи антиутопий

По целям

  • Тип 1: деконструкция утопии. Как выразился идеолог «открытого общества» Карл Поппер, «Попытка создания рая на земле неизменно приводит в ад». Показанное в произведении общество задумывалось как утопия, но что-то пошло не так:
    • Провалившаяся утопия. Прямая деконструкция. Утопия — это, всё же, буквально, «место, которого нет», поэтому те, кто решил, что наконец-таки построили заветное «идеальное общество», просто ошиблись. Возможно, они не заметили в своей идее внутренних противоречий, возможно, недооценили многие неблаговидные свойства человеческой натуры, но, так или иначе, вместо утопии был создан строй, основанный на экстремистской идеологии, которую большая часть его функционеров понимает неправильно или и вовсе не разделяет. Сильная власть, которая должна была вылепить из аморфной народной массы общество нового типа, просто наплодила мелких тиранчиков, упивающихся властью над толпой. Попытка создать меритократическую элиту создала только новую аристократию, куда нет шансов проникнуть человеку без связей. Партия Власти, задуманная как авангард нации, стала прибежищем халявщиков и карьеристов. В общем, романтическая сказка разбилась о жестокую реальность, а расхлебывают эту гнусную кашу, как всегда, простые люди.
    • Цель не оправдала средств. Деконструкция реконструкции. Когда утопия не строится просто так, утопист может решить «железной рукой загнать человечество к счастью». Увы, расстрелы и лагеря сначала для врагов режима, а потом и для всех несогласных, тотальная слежка за обществом и атмосфера всеобщего стукачества и недоверия не слишком-то утопичны и утопия скатывается в очередную диктатуру. В лучшем случае, вместо прикрывающихся Высокой Идеей циников здесь заправляют фанатики — а может быть, что и фанатики — лишь тупые исполнители, сами того не понимая, поддерживающие власть своего куда более циничного начальства.
    • Радикализм до добра не доведет. Утопическое общество вроде бы работает именно так, как задумывали идеологи… только вот почему-то в нем всё равно жить не хочется. Вот Утопия Равенства — в этом сером, лишённом индивидуализма мир личное подавляется всеобщим, рождая депрессию и душевный холод. А вот Утопия Свободы — здесь всё можно и запрещено запрещать, государство как таковое отсутствует, всем правят богачи-корпораты, за людьми следят частные полиции, а за деньги можно купить всё, даже чужую смерть. А вот — Утопия Иерархии: в ней правители-сверхчеловеки строят идеальное общество, не считаясь с потерями среди «тварей дрожащих» (разумеется, ради их же блага). В общем, выбирайте по вкусу.
  • Тип 2: противоположность утопии. Здесь общество даже не выглядит утопическим, это и так оплот тирании и беспредела.
    • Некомпетентная антиутопия — злой двойник «Провалившейся утопии». В этом обществе всё плохо не по причине злобности положенных в его основу норм и правил, а потому, что ей правит явная лажа. Верховный Правитель — не грозный отец народов, а взбалмошный истерик, тайной полиции боятся не потому, что она проникает в каждую щель всевидящим взором, а потому, что она хватает случайных людей на улицах, чтобы закрыть отчётность, люди голодают не потому, что их специально морят голодом, а потому, что корпорации пластиковой каши экономят на расходах и задирают цены, поэтому порция в 50 грамм стоит как полродины. Почему это чудище обло и стозевно ещё не запуталось в собственных мослах и не сдохло в пламени революции? Вопрос риторический, мы сами им каждый день задаёмся.
    • Шигалёвщина — злой двойник «Цели, не оправдавшей средств». Бонзы — в сале, народ — в дерьме. Камарилья, захватившая власть, на поверку безыдейна и к идеологии либо относится как к полезному средству контроля масс, либо таковой не имеет вовсе, а единственной её целью является обеспечение роскошной жизни для себя и своих семей за счёт остальных обитателей страны. Естественно, чтобы удержать подобные порядки, режим в таких антиутопиях свято исповедует принципы «пусть едят бриоши», «после нас хоть потоп» и, самое важное, «друзьям — всё, врагам — закон». Тотальный контроль при шигалёвщине равнодушен к идеологии и пригретой преступности — единственная его цель — подавление всех несогласных с политикой режима.
    • Неблагонамеренный экстремизм — злой двойник «Недоброго радикализма». В отличие от «Шигалёвщины» и «Некомпетентной антиутопии» здесь обществом действительно управляет стремление к некоей великой цели — только вот людям от жизни в таком обществе становится только хуже. Кто-то хочет объединить человечество в единое сознание, кто-то считает, что идеальное общество — это то, где все равны в своем бесправии, кто-то грезит бесконечной войной как двигателем прогресса, для кого-то утопия возможна только после уничтожения иди порабощения низших рас высшими — в общем, утопией это могут назвать только сами идеологи и самые преданные их последователи, для остальных же то общество, которое они строят — безумие и преступление в чистом виде.

По методам

  • Тип 1: паноптикон. Мир тоталитарного контроля, где идет слежка за каждым. Малейшее неповиновение тут же замечается и карается. Возможно, существует некая подклеть общества, за которой следят не так строго и где можно найти отдушину.
  • Тип 2: либерпанк. Мир, в котором, наоборот, всё можно и запрещено запрещать. Государство как таковое отсутствует, всем правят богачи-корпораты, за людьми следят частные полиции, за деньги можно купить всё, даже чужую смерть.
  • Тип 3: разруха не в клозетах. Правительство не справилось с управлением страной и оставило население на растерзание любителям ловить рыбку в мутной воде. Тут аферисты организуют финансовую пирамиду, там гопники-отморозки грабят и насилуют мирных граждан, здесь чёрные риелторы пытают пенсионера с целью получить заветную подпись на договоре, где-то коррумпированный мэр дает злой корпорации добро на неэкологичное производство и использует полицию как личную гвардию для подавления всех несогласных, а соседним городом вообще негласно управляют мафиозные семьи, да и те погрязли в разборках как друг с другом, так и с набирающими силу молодежными бандами, отрицающими бандитские «понятия». Простые обыватели, естественно, клянут такую «свободу» насколько позволяет богатство обсценного лексикона и тихо мечтают об уютном мире тотального контроля, где за их безопасностью следит гэбня на чёрных вертолетах.
  • Тип 4: помесь бульдога с носорогом. Для создания этого общества автор намешал в одну кучу все несимпатичные ему общественные устройства из истории. В результате получается некая католическая шариатская орда комми-нацистов. Автора нисколько не заботит, как эта мешанина друг с другом стыкуется и как в головах граждан антиутопии укладываются взаимоисключающие параграфы, хотя… двоемыслие же!

Ассоциирующиеся с жанром тропы

  • Двоемыслие — Бармалион всегда воевал с Караманором. Вчера я таким же образом верил, что Бармалион всегда воевал с Мараканором, но сегодня узнал, что Мараканор всегда был нашим верным союзником!
  • Злой полицейский — добродушный поедатель пончиков или отважный борец с преступностью вряд ли будут осуществлять тотальный контроль и охотиться на диссидентов.
  • Политическая полиция — специальная контора по борьбе с врагами режима.
    • Госбезопасность — целое государство в государстве, созданное с целью защиты режима.
  • Правительственный заговор — ну кто поверит, что тайны, которые скрывают от населения власти, действительно скрываются ради общего блага?
  • Презумпция вины — поди докажи, что ты не являешься членом Сопротивления, вредителем, мараканорским шпионом и растлителем малолетних одновременно.
  • Признание — царица доказательств — да, господин комиссар, я готов признаться, что воровал, убивал, шпионил на Мараканор и совершал немыслимое с гусями — только снимите с меня утюг!
  • Мыслепреступление — на воровство, убийство и предательство может пойти лишь тот, у кого вообще могла возникнуть мысль о том, что закон можно нарушить. А бороться надо с причинами, а не со следствиями…
  • Неармейские войска и тайная армия — вы серьёзно верите в то, что облаченные в строгие мундиры с рунами и черепами серьёзные люди на чёрных вертолетах — ваши защитники?
  • Эскадроны смерти — усилиями этих мужественных людей бесследно пропадают диссиденты и прочие нежелательные элементы. А правительство тут как бы и не при чём…

История жанра

Вообще, поскольку жанр довольно близок к сатире, трудно однозначно сказать, когда он возник. Но иногда первопримером считается «Левиафан» (1651), сочинение о сильном подавляющем государстве (что сам автор, впрочем, считал благом[1]), английского философа Томаса Гоббса, автора теории общественного договора. Хотя если копнуть глубже тему «тирании для их же блага», то можно найти и куда более древних авторов — от Платона до печально известного китайского легиста Шан Яна.

В XVIII веке, времени Просвещения, расцветает противоположный жанр утопии, так как люди верят в силу разума. Но уже тогда то и дело возникают и подобия антиутопии. Известный образец — сатира «Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта. Лилипутию и Лапуту можно считать примерами некомпетентной антиутопии, а Лапуту — также и своего рода технократической. В том веке возникает и термин dystopia, но в контексте политики, а не литературы — его вводит английский же философ и экономист Джон Стюарт Милль.

В XIX веке появляется жанр научной фантастики в классическом виде, и в нём часто присутствуют элементы антиутопии, в том числе у его основателей, таких как Жюль Верн («Пятьсот миллионов бегумы», «Париж в XX веке») и Герберт Уэллс («Когда Спящий проснётся», «Первые люди на Луне», «Машина времени»). Но в чистом виде жанр утопии всё ещё популярнее, люди полны надежд на новые идеи.

А XX век становится веком разочарований. Тоталитарные строи, проблемы механизации, мировые войны, а затем холодная — отражение жизни на литературе закономерно. Главных образцов жанра, кодификаторов всех основных тропов — четыре.

  • «Мы» (1920) Евгения Замятина — о механистическом строе, в котором личность теряет ценность.
  • «О дивный новый мир» (1932) Олдоса Хаксли — сатира на общество потребления, где все проблемы решает сома.
  • «1984» (1948) Джорджа Оруэлла — самое кричащее произведение о тоталитарном строе.
  • «451 градус по Фаренгейту» (1953) Рэя Брэдберри — снова об обществе потребления, где сжигают книги, чтобы люди не страдали, читая их.

В СССР жанр антиутопии резко критиковался, так как в нём видели нападки на советский строй (что не всегда было действительностью). С другой стороны, того же Брэдбери в Союзе выпускали вполне официально и много, одобрялись антиутопии о проблемах капиталистического строя, но для них старались использовать другие термины — «роман-предупреждение» и «социальная фантастика».

Соседние с антиутопией поджанры фантастики — постапокалипсис и киберпанк. Первый можно считать своего рода анархической антиутопией, и он также стал особенно популярен в связи с потрясениями XX века, в 50-60-е годы (хотя были и более ранние примеры). Второй возник в 80-е годы (предтечи были ещё в 50-60-е), как деконструкция оптимизма научной фантастики, по принципу high tech, low life.

В XXI веке на волне популярности детско-юношеской литературы возник жанр молодёжной антиутопии, не столько о пороках строя, сколько о юных борцах с системой, кодификатор — «Голодные игры».

Интересные примеры

Литература

  • «Атомный пирог» М.Конфитюр — атомпанк в США 1970-ых: маккартизм живет и процветает, во всем винят коммунистов, но при этом машины ездят на атомных реакторах, а Луна уже поделена между США и СССР, которым правит 100-летний Сталин. А вообще все оказывается еще хуже — и Сталин, и вечно молодой кумир молодежи Элвис Пресли оказываются рептилоидами с планеты Нибиру, все это время явно и тайно управлявшие миром и провоцировавшие холодную войну для стимулирования добычи полезных ископаемых. Что совсем ужасно, в эпилоге рептилоиды высаживаются в США уже в открытую, чтобы брать у людей кровь — и люди это поддерживают. Мол, зеленые наши союзники в борьбе с красными, надо перегнать коммунистов в создании национального резерва крови, и даже если отслужившие бойцы внезапно сходят с ума и ведут близких сдавать кровь досуха, это тоже происки коммунистов.
  • «Билет на планету Транай» Р. Шекли. Деконструированная утопия свободы типажа 3, либерпанк. Итак, на чудесной планете Транай:
    • Нет преступности. Грабежи легализованы, в том числе ими занимается государство. Все личности, гопничающие на улицах, носят либо чёрные маски (казённые налоговики), либо белые (частные грабители). Любой может купить белую маску и погопничать при условии исполнения определенных правил (например, нельзя два раза пытаться ограбить одного прохожего). Ах да, на Транае свободное ношение оружия.
      • Убийство тоже не относится к преступности. Любой может убить до четырех человек включительно без каких-либо последствий. Как только он убьет пятого — его самого выцелят из снайперских винтовок местные чиновники и застрелят. Неизвестно, идет ли в счёт самооборона от налоговиков или частных грабителей, вероятно — нет.
      • Одна из обязанностей государства — забота о пожилых. Она заключается в раздаче им кружек для подаяний. Нищенство не является преступлением.
      • Индивидуальный терроризм тоже не является преступлением, на нём построена вся местная политическая система. Любой имеет право взорвать президента или любого другого чиновника. Для удобства граждан создана автоматизированная система подрыва чиновников: недовольному достаточно зайти в специальную кабинку и нажать на кнопку напротив имени ненавидимого чиновника. Именно так уходят с этих должностей засидевшиеся на них или покусившиеся на транайские обычаи.
    • На Транае нет войн, так как воевать не с кем: описанная система представляет собой мировой порядок.
    • Местные корпорации намеренно выпускают низкокачественных с виду роботов, так как люди относятся к этим железкам с недоверием и вообще, слишком развитые роботы чувство неполноценности вызывают. А тут и сразу видно какой этот уродец неуклюжий, и расколотить его несложно. Ну, по мнению землянина несложно, а покупатели требуют чтоб робот еще проще разбивался. Но чтоб он разбивался когда по нему врежут, а не когда на диван налетит. И на самом деле обеспечение всех этих хотелок, является сложной технической задачей.
Надо ли говорить, что эту повесть Шекли охотно переводили и печатали в СССР, воспринимая, как сатиру на капитализм и пропагандистское оружие против всех желающих утечь на Запад.
  • «Выгуглен» К. Доктороу — рассказ о том, как всем нам известная компания «Гугл» путём тотального контроля над пользователями захватила власть в мире, и что из этого получилось. Вам контекстная реклама досаждает? Поверьте, это такие мелочи…
  • «Железная пята» Джека Лондона. Описан госстрой, когда в США пришли к власти олигархи (именно их правление один из персонажей называет «Железной пятой»). Прилагаются полное поглощение всех мелких предприятий, разделение рабочего класса на привилегированных и остальных, скотское отношение к этим самым «остальным» и жестокое подавление фермерских восстаний. Впрочем, не без светлого лучика в этом тёмном царстве: автобиографическую рукопись, которую якобы представляет собой роман, согласно предисловию и комментариям, обнаружили и издали аж в двадцать седьмом веке, когда на всей Земле уже воцарилась эпоха равенства и братства.
  • «Ночь Свастики» — Тысячелетний Рейх через тысячу лет после победы. Главные герои ищут подлинный портрет Гитлера и были в глубочайшем шоке, когда оказалось, что Гитлер не был белокур.
  • «Рассказ служанки» М. Этвуд — об обществе, где власть захватили религиозные радикалы, и женщины находятся фактически на рабском положении. Экранизирован в виде сериала.
  • «Ступай к муравью» Д. Уиндема — антифеминистская антиутопия, где после гибели мужчин из-за мутировавшего вируса, выведенного для борьбы с крысами, женщинами была выстроена мировая тоталитарная структура муравейника: докторатура, класс предельно рациональных и бесчувственных к низшим кастам ученых и управляющих — «мамаши», живые инкубаторы, которых кормят чуть ли не насильно, но отказывают даже в обучении читать и писать — рабочие и слуги, по интеллекту сведенные чуть ли не к морлокам. «Духовная жизнь человека зависит от наличия обоих полов», глубокомысленно и совсем неполиткорректно для нашего времени гласит авторская позиция в тексте.
  • «Сфера» (в оригинале «The Circle») Д. Эггерса — про социальную сеть наподобие Фейсбука с тотальной абсолютно добровольной слежкой. Экранизирован со сменой концовки в книге в финале тотальная грустная безнадёга, а в фильме хэппи-энд «тотальная слежка — эта очень хорошо!».
  • «Фатерлянд» Р. Харриса. Действие происходит в 1964 году в мире, где во Второй Мировой победил Гитлер — со всеми вытекающими. Экранизация известна также в переведённом названии «Родина».
  • «Саша, привет!» Д. Данилова. Да, список уголовно наказуемых преступлений значительно сократили — оставили только экономические преступления и секс с несовершеннолетними (возраст повысили до 21 года). Но наказание одно — помещение на вечное поселение в Комбинат. Конечно, Комбинат устроен очень гуманно — умеренно комфортабельные комнаты, почти полная свобода передвижения, безлимитный Интернет, широкий выбор, чего поесть и одеть, даже за попытку сбежать лишь ругают. Но раз в день всех выводят на прогулку в сад мимо дула пулемета Саши — и никто не знает, когда он сработает и для кого. Можно быть убитым в первую же прогулку, а можно прожить долгие годы и умереть своей смертью. Несмотря на это, люди «снаружи» почти сразу начинают относиться к заключенным как к мертвым и не проявляют к ним интереса, даже приглашенные священнослужители относятся к разговорам-исповедям равнодушно.
  • «Кадрили» А. Сальникова. Гражданское неравнодушие здесь возведено в ранг главной потребительской добродетели и скрещено с сетевой (не-)свободой в единый консюмеристский комплекс. Пресловутые пятнадцать суток за участие в митинге можно отсидеть авансом со скидкой, можно получить карту лояльности с накоплением бонусов от актов вандализма, нередко можно получить купоны на скидки за оставление оскорбительных комментариев.
  • «Формула Z» А. В. Ляховича — в изначальной реальности власть только готовится к внедрению полноценной «мягкой» диктатуры, подготавливая систему социального рейтинга, замешанную с идеологией традиционализма и родноверия. В реальности на тридцать лет позже, где протагонист Саня уже сорокалетний Александр Аркадьевич, система уже выстроена на полную катушку: без социального рейтинга «неверщицам» остается только побираться и даже в скорую не позвонить, само родоверие четко разделено на ранги, все приветствуют друг друга «Слава Роду! — Дедам слава!», всячески пресечено иностранное влияние вплоть до отмены нетрадиционных красок для волос, готовятся к полной отмене и наличных денег. А в целом неведомые злодеи, кроющиеся в Зазеркалье-Даркнете, строят мега-антиутопию, с помощью суперкомпьютера стремясь взять под контроль все возможные вероятности и судьбы человечества (почти как в Chaos;Head).
    • «Логово змиево» — чуть более ранний роман уже для взрослой аудитории. В стольном граде Змиеве внезапно (для погруженного в музыку пианиста Льва Кошкина) происходит военный переворот, и единственной надеждой становится мистический поиск якобы хранителя города Змея Премудрого, которого Кошкин и другие герои хотят поднять на борьбу, злодеи — убить или подчинить.

Кино

  • «2035: Город-призрак» — красивый футуристичный город-утопия, на самом деле это натянутая на глаза дополненная реальность, и город в реальности представляет собой полуразрушенные постапокалиптические руины
  • «Анон» — про общество тотальной добровольной слежки с полной деанонимизацией всех граждан и охотой на анонимов. Всё, что видят и слышат граждане, автоматически записывается на видео.
  • «Бегство Логана» — двадцать третий век, люди в радиоактивном постапокалипическом мире живут в защищённых герметичными куполами городах и в основном заняты развлечениями, поскольку всю работу выполняют компьютеризированные системы. Чтобы не случилось перенаселения, по достижении тридцатилетнего возраста граждан убивают.
  • «Видеть всё» (в оригинале — «Eyeborgs») — тотальная слежка с бегающими автономными видеокамерами на ножках.
  • «Гаттака» — мир будущего с лютой дискриминацией людей, не являющихся генетически «идеальными».
  • «Королевская битва» — в чудовищно пострадавшей от экономического кризиса Японии приходится сокращать численность населения. Это заключается в том, что школьников отправляют участвовать в заглавной «зарнице», в которой игроки должны друг друга убивать по-настоящему, пока не останется единственный выживший.
  • «Метрополис» — классика киношной антиутопии и один из ярчайших представителей немецкого киноэкспрессионизма, немой и чёрно-белый фильм 1927 года. В мире будущего общество города Метрополис радикально разделено на богатых и бедных — чего стоит то, что районы, где живут представители этих классов, называются «Рай» и «Ад», соответственно. Главный герой — сын правителя города, не согласный со скотским отношением к рабочим, которых тут и за людей не считают, а так — за придатки к машинам, которые те обслуживают.
  • «Окончательный монтаж» — недалёкое будущее, в котором тотальная слежка за гражданами дошла до вживления в голову чипов, регистрирующих вообще всё, что видит и слышит человек в течение всей своей жизни.
  • «Особое мнение» по рассказу Ф. Дика. Недалёкое будущее, в котором преступность окончательно побеждена: преступления раскрывают… ещё до их совершения благодаря трём мутантам-телепатам-«провидцам» (которых держат на системе жизнеобеспечения, поскольку умственно они идиоты). Провидцы круглосуточно отслеживают мысли жителей города, их видения транслируются на экраны экспертов, и как только будет сочтено, что у кого-то возникло желание совершить преступление, за ним тут же выезжает полиция. Прилагается также тотальное сканирование сетчаток всех граждан — Дика сейчас хвалят за предвосхищение такой уже вошедшей в нашу жизнь технологии, как распознавание лиц.
  • «Остров» — «недалёкое будущее» 2019-го года (фильм снят в 2005). Посреди постапокалиптического мира живут в изолированном бункере уцелевшие остатки человечества. Время от времени победивших в специальной лотерее отправляют в «райское местечко», единственный не пострадавший от катастрофы участок Земли, называемый «Остров». На самом деле никакого апокалипсиса не было, живущие в бункере — клоны, которых выращивают в качестве источника внутренностей для трансплантации, а «Острова» не существует — тех, кто туда «уехал» на самом деле просто потрошат на органы.
  • «Потрошители» — недалёкое будущее, в котором изобрели биомеханические органы. Все желающие могут купить или взять в ипотеку нужный орган и жить-поживать. Правда, за орган нужно ежемесячно вносить плату, а если её просрочить, орган изымут представители заглавной профессии. Даже если это должника убьёт.
  • «Равные» — тотально бетеризированное население. Настолько, что местное «Сопротивление» смахивает на… клуб анонимных алкоголиков, и даже местная «Безопасность» состоит из таких же бетеризированных и бессильна подавить даже такое сопротивление.
  • «Разрушитель» — главного героя выпускают из криогенной тюрьмы, в которой он оказался за преступление, которого не совершал. Очутившись в мире будущего, герой узнаёт, что человечество изменилось, и здесь давно уже не было никаких серьёзных преступлений. Кроме того, в будущем запрещены ругательства, нет секса и даже поцелуев, местные жители не употребляют мяса, соли и кофеина, а вместо туалетной бумаги в отхожих местах стоят какие-то странные устройства, которыми непонятно как пользоваться. Нормальной музыки, кстати, тоже нет — инфантильные обитатели будущего считают суперхитами дурацкие песенки из рекламных роликов. Те, кто не желает жить в настолько тошнотворно «вычищенном» обществе и предпочитает обычаи двадцатого века, объявлены террористами и вынуждены скрываться в канализации.
  • «Тайна семи сестёр» aka «Что случилось с Понедельник?» (в оригинале тоже два названия, хотя первое выглядит как просто «Семь сестёр»). По причине перенаселения запрещено иметь более одного ребёнка, потому когда родилось семь близняшек, отец записал их как одного ребёнка. Семь сестёр зовут по дням недели, и они выходят из дома по очереди, каждая в свой день недели, рассказывая по вечерам о пройденном дне. Все они должны быть идентичны, так что когда в детстве одна из девочек покалечилась, палец пришлось рубить всем её сёстрам. :(
  • «Эквилибриум» — после Третьей мировой войны человечество решило, что корень всех его бед лежит в излишней эмоциональности. Поэтому всем гражданам предписано регулярно употреблять препарат, напрочь блокирущий эмоции, а предметы искусства, будь то художественная литература или картины, отправляются в крематорий (опционально — вместе с теми, кто их тайком хранил). Главный герой — член здешней полиции, занимающейся отслеживанием граждан, хранящих запрещённые предметы искусства и/или отказывающихся от приёма блокиратора эмоций. Как несложно догадаться, после некоторых событий он начинает понимать, что в таком госстрое что-то очень и очень неправильно…
  • «Элизиум — рай не на Земле» (в оригинале просто «Elysium»). Двадцать второй век, общество настолько радикально поделилось на классы, что богачи живут даже не на Земле, а на орбитальной станции с фантастически прекрасной медициной. Простые работяги же ютятся на перенаселённой Земле, страдая от ужасной экологической и эпидемической обстановки.

Мультсериалы

  • «Любовь. Смерть. Роботы» — s2e3 «Звёздная команда» (в оригинале «Поп-отряд») по рассказу Паоло Бачигалупи. В мире будущего люди принимают специальный препарат, дарующий им бессмертие. Однако, во избежание перенаселения размножаться строжайше запрещено, и обнаруженных детей попросту убивают. Главный герой служит в спецотряде полиции, который занимается поиском и уничтожением детишек.

Аниме и манга

  • Cross Ange — империя Мицуруги официально провозглашает неспособных к магии людей-Норм чуть ли не выродками, которые достойны только боевого рабства на краю света, сражаться с пришельцами из другого мира. Примечательно, что главная героиня, принцесса Анж, внезапно оказывается Нормой и вынуждена долго изживать в себе предрассудки и привыкать к новому статусу.
  • Gyakuten Sekai no Denchi Shoujo — пришельцы из альтернативной Великой Японии оккупируют нынешнюю и первым делом запрещает всю отаку-культуру, хост-клубы и прочие явления, отвлекающие человека от жизни за Императора. Герои с помощью ОБЧР отвоевывают свою родину.
  • Ima Soko ni Iru Boku — в параллельном мире ОЯШ Сю тут же оказывается насильно призван в армию детей-солдат, которым диктатор Хамдо нещадно промывает мозги, чтобы сражались со всеми, на кого укажет его рука.
  • Mahou Shoujo Magical Destroyers — в 2008 г. правительственный РКН SSC с помощью армии воинов со смайликами вместо голов во главе с человеком-Останкино (с телевизором вместо головы) вывезли и уничтожили всю мерзкую нормальным людям отаку-продукцию, самих отаку стали массово сажать в грузовики «под защиту», отправляя в «заповедники», где они мирно сидят подальше от приличных граждан в комфорте и неге на ледяном ветру в клетках под открытым небом, а гнездо разврата Акихабару превратили в руины. Спустя 3 года оболваненное население жаждет смерти отаку, а их Сопротивление находится в упадке — запал пропал, сторонников мало и становится меньше из-за непрекращающихся поисков неблагонадежных, оружия толком нет (смайликоголовые и без дальнего боя успешно орудуют бамбуковыми демократизаторами), да еще и ютятся в подвале. Однако, самоотверженность махо-сёдзё Анархии помогает вдохнуть в протагониста-лидера Героя Отаку жизнь, как и во всю команду, и они, начав с налета на «заповедник» и спасения заодно мазо-сёдзё Синей, начинают путь Лелуша по возвращению земли Гайнакса и Триггера себе.
  • Memories — весь город только и живет войной с врагом, каждый дом ощетинился пушкой в сторону врага, каждый человек трудится на производстве, доставке и зарядке снарядов в Главную пушку.
  • Psycho-Pass — Япония свела преступность почти к нулю благодаря системе «Сивилла», определяющей склонность каждого гражданина к девиантному поведению, и созданию двухступенчатой полиции с широкими полномочиями по устранению преступников. А то, что жертвы преступников сами нередко нарываются на пулю, ибо их девиантность из-за страха и шока зашкаливает, что детективы рано или поздно вынуждены перевестись в исполнители-каратели из-за накопления девиантности, что найдутся психопаты, которых «Сивилла» не воспринимает — так лес рубят, щепки летят.
  • Shimoneta to Iu Gainen ga Sonzai Shinai Taikutsu na Sekai — жесткий курс правительства Японии на отвержение проклятых навязанных Западом ценностей в пользу традиционных сделал свое дело: Япония стала самой благовоспитанной страной мира. А чтобы молодое поколение благовоспитывалось, каждый подросток носит на шее браслет МТ, он же служит коммуникатором, он же следит за речью и жестами, дабы чего неприличного не сделал подопечный (главная ревнительница в правительстве София Нисикиномия даже предлагает заменить его на пояс верности, чтобы даже по незнанию ничего бы у новых Адама и Евы не вышло). Вот только лепоте мешают остатки пещерного сознания в лице эрористов, которые имеют наглость устраивать совершенно ужасающие нормальных людей акции (разбрасывать листовки с голыми красотками, прилюдно материться — не зря от такого полицейские пассажиров эвакуируют). Да и либидо все же прорывается наружу, причем ладно в виде разговоров на уровне начальной школы, так дочь Софии Анна умудряется на почве проснувшегося чувства стать яндэрэ с о-очень странными претензиями. Раз мое тело выделяет нектар любви, как его не преподнести любимому Окуме Танукити, для надежности замешав его в печенье и сообщив, когда он уже откусил?
  • Shinsekai Yori — спустя тысячу лет Земля преобразилась. Обычных людей не стало — стали эсперы, обладающие сверхъестественными способностями, отказавшиеся от технологий и централизованной власти, живя в скромных деревнях. Ни один человек не способен причинить вред другому — за это его самого настигает «смерть непохожим». Ну, есть еще крысолюды, но их эсперы держат за полезных, но нередко докучливых слуг. Вот только в итоге мирная идиллия этого анархо-примитивизма разрушается.
  • Kaminaki Sekai no Kamisama Katsudou — общество, за вычетом кучки изгоев, не знает конфликтов, не испытывает страха перед завтрашним днем и живет в целом счастливо. Ну, правда, когда мудрое правительство решит что человек отжил свое, ему приказывают совершить самоубийство. Но смерти никто, кроме вышеупомянутых изгоев, не боится — чтож поделать то, люди смертны, это надо принять. Секса тоже не предусмотрено, искусственным путем новых родим. Алкоголь только по большим праздникам. В общем, в итоге даже правящую верхушку такой стерильный мир малость достал.

Настольные игры

  • Warhammer 40,000 — В «Тёмную Эру Технологий» примерно в 20-25 М человечество достигло на несколько тысячелетий состояния почти Утопии — «Золотую Эру Просвещения», но её погубило восстание «железных людей» и за долгие десятилетия процесса внушения поехавшим железякам, что «убить всех человеков» отменяется утопический уклад сменился антиутопическим, а местами практически постапокалиптическим, достаток и счастье сменились милитаризованным и тираническим укладом, вдобавок очень многие ксеносы, жившие в мире с человечеством только из-за страха перед ним, начали «этнические чистки». Всё больше и больше людей рождались псайкерами со всё более мощными силами и всё меньше их контролирующими. Примерно тысячу лет человечество так-сяк выкарабкивалось из этой помойки пока в 26 М не произошло рождение Слаанеш, перемещение по Варпу сразу стало невозможным и единая человеческая цивилизация раскололась на тысячи несвязанных миров.
    • Объединительный поход Императора в 30 М завершался казалось бы новой эрой Просвещения и завоеванием человечеством Галактики Млечный Путь, но привел лишь к ереси Хоруса и тысячелетиям мрачнейшей Антиутопии: государственной устройство Империума сочетает наухудшие черты клерикально-тоталитарного-антигуманного общества, вдобавок живущего в условиях постоянных набегов и нашествий демонов и одержимых ими, прорвавшихся из местного Ада в материальный мир и нашествий крайне недружелюбных инопланетян-ксеносов разной степени упоротости и злобности. Правителям Империума ради сиюминутной тактической выгод, просто по подозрению в ереси и даже ради сохранения какого-либо секрета ничего не стоит уничтожать свои же населенные планеты, причем единоличным решением и без каких-либо попыток обсуждения или постановки в известность и самое ужасное — чаще всего это единственный выход в той ситуации.

Видеоигры

  • Beholder — «симулятор стукача». Действие происходит в унылой тоталитарной стране с культом личности. Главный герой — управдом, который обязан шпионить за жильцами вверенного ему дома и докладывать «куда надо» обо всех нарушениях. А нарушением полоумные власти могут объявить что угодно — например, хранение яблок или синих галстуков. Причём каждый запрет обоснован: яблоки запретили после того, как яблоком подавилась мать диктатора.
  • Civilization II — сеттинг «Бесконечная война». 4200 г., уже две тысячи лет идет война трех тоталитарных сверхдержав. Полярные льды давно растаяли, из земли остались одни непролазные болота, через которые инженеры неустанно строят и строят дороги на фронт, пехота и танки идут на войну нескончаемым потоком, но линия фронта никак не сдвигается, и даже атомные бомбы стали привычным оружием.
  • Papers, Please — симулятор работника паспортного стола на таможне в нищем тоталитарном государстве Арстоцка, окружённом такими же соседями, напоминающими смесь Албании и КНДР в не самые лучшие времена. Лишь недавно Арстоцка, спустя несколько лет после окончания войны с соседней Колечией, открыла границу, и главному герою предстоит решать, кого пустить в страну, а кого нет. В наличии и пропаганда, и тотальная слежка, и нищета, причем практически во всех странах в разной степени, и коррупция.
  • The New Order: Last Days of Europe — идеология эзотерического нацизма/эзонаца/бургундизма, радикально-экстремистский вариант нацизма, чьи идеологические догмы тут превращаются в полноценную философию, применяемую ко всей жизни. На практике это воплощается в антиутопию, в сравнении с которой оруэлловский ангсоц — это обычная деспотия. Во всех странах, на которые падёт тень Чёрного Солнца, воцаряется перманентный кошмар — абсолютная диктатура правящей партии, концлагерные порядки для буквально всего населения, включая представителей «высшей расы», чистки по поводу и без, тотальный (нет, не так, абсолютный) контроль всего и вся, отрицание свободы как феномена и идеи, зверская евгеника во всех сферах общества и некая идея-фикс, которой подчинено всё общество. При этом в каждой стране добавляются свои прибабахи — у Таборицкого, к примеру, получается помесь нацизма с царебожием, у Гейдериха — нацизма с полпотизмом, а создатель эзонаца Гиммлер считает «недолюдьми» вообще всё человечество, включая почти всех немцев и даже себя самого, относя к арийцам только крайне узкий круг CC-овцев и считая, что остальных следует обратить в радиоактивный пепел. Авторы игры нередко сравнивают эзонац с ангсоцем Оруэлла, вот только опять же — это скорее воплощение всех ночных кошмаров последнего, ибо даже Океания не настолько абсурдна и жестока.
    • Ультрамилитаристы, большинство обычных нацистов, некоторые фашисты и коммунисты тоже могут создать на своих владениях антиутопии.
  • The Sims 3: Into the Future — можно попасть в антиутопичную версию будущего: небо вечно заволочено облаками, часто падают метеориты, на улицах кучи мусора.
  • We Happy Few — переживший альтернативную историю, где Англия была оккупирована Третьим Рейхом, мир, где все принимают препарат Радостин, после которого счастливо улыбаются. Тех, кто не хочет принимать препарат и улыбаться, выслеживают и делают счастливым принудительно. Правда, от проблем это не спасает, а совсем наоборот: еды в городе становится все меньше, инфраструктура все чаще отказывает, работники из наркоманов аховые, и даже Радостин не дает былой радости, делаясь из суррогатов, что приводит к необходимости увеличивать дозу и росту риска лишиться рассудка. Теоретически, есть управляющий совет, который должен править трезво — но на деле они тоже подсели и ничем уже не управляют. На самом деле на тормозах: антиутопия царит только в городке Веллингтон-Уэллс, изолированном от остальной Англии. Третий Рейх войну проиграл, но жители городка совершили Очень Плохую Вещь — капитулировали, хотя была возможность бороться, и отправили своих детей нацистам для отправки в Германию, при этом без помощи немцев убив противников оккупации — и после победы были раздавлены чувством вины и собственной ничтожности. Однако, изобретение Радостина позволило жителям забыть обо всем и жить счастливо, не прорабатывая свою вину. Англия не вмешивалась, только оградила городок от большой земли.
  • XCOM 2 — инопланетяне победили землян и правят миром. Огромные города, передовые технологии, единое мировое правительство — с одной стороны. С другой — тотальная слежка и проверки, промывание мозгов пропагандой, да ещё люди куда-то пропадают… Ведь пришельцам не так интересно изобрести лекарства от всех человеческих болезней, как перерабатывать людей на генетический концентрат для создания экспериментальных форм жизни.

Примечания

  1. Суть политической философии Гоббса в том, что в чреве Левиафана — то есть, системы со всеми её законами — человек ищет убежище от дикости естественного состояния, которое представляет собой войну всех против всех и при котором жизнь коротка, тупа и беспросветна. Поэтому даже если Левиафана где-то нет, то он должен быть создан и он создается, ибо человеку он нужен.