Все, способные держать оружие

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску
«

Вдруг он слышит на улице шаги, у окошка — шорох. Глянул Мальчиш и видит: стоит у окна все тот же человек. Тот, да не тот: и коня нет — пропал конь, и сабли нет — сломалась сабля, и папахи нет — слетела папаха, да и сам-то стоит — шатается.
— Эй, вставайте! — закричал он в последний раз. — И снаряды есть, да стрелки побиты. И винтовки есть, да бойцов мало. И помощь близка, да силы нету. Эй, вставайте, кто ещё остался! Только бы нам ночь простоять да день продержаться.

»
— Аркадий Гайдар. «Сказка про военную тайну, Мальчиша-Кибальчиша и его твердое слово»
Примерно так.

Оборона прорвана, и жестокий враг идёт в наступление. Больше нет регулярных войск, нет резервов, нет шансов уклониться от боя. Отступать некуда. На кон поставлено само существование народа и государства — и звучит приказ: «Все, способные держать оружие — в строй!» И те, кто прежде даже не думал о войне, идут в бой — покупая своими жизнями время на мобилизацию или же вставая в ряды по-настоящему последней обороны, за чьими спинами уже нет никого.

Этот троп описывает ситуацию, когда нет других шансов, и в бой бросаются все, кто способен сражаться.

Примеры

Литература

  • «Антарктида online» А. Громова и В. Васильева — когда американская армия решает приструнить строптивую Антарктическую республику, в бой идут все полярники. То, что приходится сражаться ракетницей или молотком против автомата, дробовиком против бронемашины — уже частности. Эра Милосердия откладывается — поэтому все боеспособные вперёд!
  • «Книга джунглей» Р.Киплинга — против красных собак в бой идут все волки сионийской стаи — от матёрых самцов до детёнышей. Уклоняться некуда, «пацифиста» после битвы сожрут победители.
  • «Король Матиуш Первый» Я. Корчака — в результате правления детей большая часть техники пришла в негодность, штатная армия начисто проиграла, войска Молодого короля надвигаются на столицу. Тогда в бой вступают дети и звери, выпущенные из зоопарка — расчет был на эффект неожиданности, нужно было ошеломить и гнать противника, не давая ему опомниться. Но увы, предатели в столице подняли белый флаг капитуляции, и пришедшие в себя враги поняли, что звери давно исдохли под пулями, а детей можно брать почти что голыми руками.
  • «Красный блицкриг попаданца» М.Ланцова — в ходе боев за Халхин-Гол, ГГ, попавший в тело маршала Тухачевского получает ранение шальной пулей. Придя в себя в госпитале, он чует, что враг прорывается и поднимает с собой всех раненных, кто способен держать оружие. Очень вовремя. Рота японцев таки прорвалась сквозь стену артогня и попыталась уничтожить штабной отряд. Удар раненных во фланг оказался очень кстати.
  • «Крысолов» А.Уланова — на абордаж фрязкого карпера в бой шел весь экипаж «Мстителя», от капитана до кока. Даже посол местной СФК Арабского Халифата достал свой длинный меч и присоединился к атаке через пушечные порты.
  • Сергей Лукьяненко, «Линия грёз» — обычное дело во время галактических войн без правил, когда армия другой расы после захвата очередной планеты сгоняет остатки населения в концлагеря, обрекая на медленную смерть от голода и болезней. И оружие для будущих ополченцев на складах планетарной обороны лежит соответствующее — типа многоствольных лазеров «Шанс», предназначенных для стрельбы «куда-то в сторону противника» по принципу «авось попадёт», или излучателей антиматерии «Ультиматум», из которых тоже целиться не надо: оружие «выжигает всё в плоскости попадания».
    • В приквельной повести «Тени снов» возле отдалённой планеты появляется пришелец из прошлого — космический корабль псилонцев, который из-за аварии гипердвигателя вышел из гиперпространства на субсветовой скорости, отчего в реальном мире его торможение растянулось на пару сотен лет — и приступает к выполнению до сих пор не отменённой боевой задачи (хотя люди и псилонцы уже заключили мирное соглашение, связи с командованием у десантного крейсера нет). В результате немногочисленному населению планеты приходится отыгрывать троп. Потому что если пришельцы развернут систему обороны, то потери десанта на её подавление превысят численность населения маленькой колонии — при таком раскладе проще будет устроить массированную ядерную бомбардировку. В результате люди проиграли (даже несмотря на то, что главному герою удалось задействовать пропущенную захватчиками древнюю станцию ПВО, перенацелив её лазеры для работы по поверхности) — но планету спасла кавалерия из-за холмов: местные аборигены, как оказалось, с людьми уже смирились, а вот новые чужаки им даром не нужны.
  • «Мировая война Z» Т. Брукса — чтобы уцелеть, страны мира вынуждены были перейти к мобилизационной экономике, ставить под ружье кого можно и переучивать людей на рабочие специальности (в США, в отличие от многих стран, даже отказались высылать преступников из зоны безопасности к зомби — рабочие руки нужнее). Наиболее ярко троп проявился на Малых Антильских островах — все население в едином порыве уничтожило сперва зомби, потом пытавшихся искать убежища беженцев.
    • Неудачный пример показало Политбюро КНР. Вместо того, чтобы отступить в районы, защищенные от зомби естественными границами, сформировать зону безопасности и уже оттуда медленно и методично зачищать обратно территорию, генералы полагались на все новые и новые волны мобилизованных, посылая их в мясорубки против зомби, пытаясь отстоять все города разом, а потом посылая их и на отказавшихся подчиняться военных. В итоге командный бункер руководства в Цзилине был уничтожен прямым попаданием атомной боеголовки с атомной подлодки присоединившегося к повстанцам капитана Сонга.
  • Ст. Лем, «Охота на Сэтавра» (цикл «Рассказы о пилоте Пирксе») — «Внимание! Внимание! Передаем важное сообщение. Всех мужчин, способных носить оружие, просят немедленно явиться в Управление космопорта, комната номер 318, к инженер-капитану Аганяну…» И действительно: спятивший робот, оснащённый мощным горнопроходческим лазером и уничтожающий как элементы инфраструктуры, так и вездеходы с людьми — крайне серьёзная помеха для жизни в поселениях на Луне. А в демилитаризованном космосе вся надежда только на наспех сформированное ополчение и самодельные лучемёты.
  • «Сказка про военную тайну, Мальчиша-Кибальчиша и его твердое слово»: собственно, детское ополчение поднятое Мальчишом-Кибальчишом. Больше никого не осталось, разве что дряхлый дед который и саблю поднять не может.
  • Пирс Энтони, «Дракон на пьедестале». Пробуждение вжиков, существ, передвигающихся строго по прямой (делая при этом дыры во всём), наплевав на материю и прочую фигню, вынуждает сражаться с ними бок о бок весь Ксанф, включая ненавидящих друг друга гоблинов и гарпий.
  • Александр Воробьёв, «Огненное небо» — единственный возможный план защиты Земли от счетверенного флота аспайров в третьем томе. Берём всех, кто может летать (от третьекурсников космических училищ до преподавателей), садим на всё, что может летать (от недостроев 95 % готовности до старых корыт, провисевших 100 лет в точке Лагранжа). Обвешиваем ракетами все гражданские корабли и для поддержания морального духа добавляем космодесантника в роли комиссара. А потом отправляем эту, так сказать «непобедимую армаду» с самоубийственным приказом — прорваться сквозь ряды противника и выбить 8 кораблей неизвестного назначения, предположительно являющихся орбитальными бомбардировщиками, потому что наземные силы противокосмической обороны смогут (в лучшем случае) сдержать только два. Выбили четыре, пятый — протаранили, шестой — смогли сбить с земли. Большую часть бомб удалось перехватить, но погибших всё равно пришлось считать десятками миллионов. Из земных кораблей уцелело лишь несколько.
  • «Пехотная баллада» Т.Пратчетта — Борогравия в бесконечной войне с Злобенией уже лишилась почти всех мужчин. В итоге героиня Полли идет в армию под видом юноши Оливера — а потом обнаруживает, что и ее товарищи по оружию сплошь переодетые дамы. И высший генералитет Борогравии тоже. И даже суровый сержант Джекрам. В общем, на всю армию остались всего два мужчины: лейтенант Блуз и сексот особого отдела Штраппи.. В итоге при посредничестве Анк-Морпорка в лице герцога Ваймса страны заключают перемирие.
  • «Пятый Иностранный Легион» Уильями Кейта — в последний бой на перевале, после двух суток напряженной обороны, почти без патронов, в атаку поднимаются все члены полубатальона Элис, способные держать оружие. В том числе нестроевые офицеры (медик и капеллан) и неходящие раненные.
  • «Рейхов сын» А. Герасимова — в ходе битвы за Лондон, единственным боеспособным подразделением британской армии на пути Вермахта оказался полк ополчения — сборная солянка из выживших солдат регулярной армии, рабочих, вчерашних студентов и местных жителей с охотничьми дробовиками. Плюс одна единица бронетехники — вытащенный из музея Великой Войны танк Mk.1.
  • «Хельсрич» (сеттинг Warhammer 40,000) А. Дембски-Боудена — в ходе боев за Хельсрич орки бросают на порт массовый десант из флотилии подводных лодок. Оперативно перебросить войска с фронта невозможно: у орков тотальный перевес в живой силе, резервов у имперских сил больше нет. Тогда рабочие и докеры требуют вооружить их — тридцать тысяч мужчин и женщин, работающих в доках. Лидеры города сначала отказываются — кто потом будет работать в порту. Но реклюзиарх Гримальдус напоминает, что до «потом» нужно сперва дожить. В итоге ополчение докеров, приправленное щепоткой Астартес (Чёрных Храмовников и случайно приблудившихся Саламандр) и горсткой имперских гвардейцев-штурмовиков, пусть ценой немыслимых потерь — но отбивает атаку орков, позволяя городу Хельсрич продержаться чуть дольше.
  • «Фарос» Г. Хейли (тот же сеттинг) — в бой за планету Соту (где есть крайне ценный для Империума маяк Фарос, образец ксенотехнологий) идут все — от полноценных космодесантников из Ультрамаринов и Имперских Кулаков, до недоучек-скаутов (юных космодесантников, не успевших пройти полную трансформацию и потому физически не способных носить доспехи и пользоваться оружием Астартес — и потому сражающихся как люди и в рядах смертных) и ополчения Соты — обычных людей, вчерашних крестьян и рабочих, ныне вынужденных взять в руки лазган или болтер и драться за свою планету против космодесантников-предателей из легиона Повелителей Ночи (на всю голову отмороженных садистов, упивающихся страданиями жертв, захваченных в плен — и уже начинающих потихоньку заигрывать с Хаосом). К слову, именно ополчение показало настолько высокую доблесть, что после победы рота Ультрамаринов, оставленная в качестве гарнизона Соты, в качестве личной эмблемы приняла знак двух перекрещённых кос — именно в память о крестьянах из ополчения Соты, которые не имели двух сердец, дополнительных органов и прочей перестройки организма, но которые сражались с безжалостным врагом наравне с космодесантниками и смогли ценой своей жизни остановить предателей. Ну а поскольку «Ночники» — хоть и на всю голову отмороженные психи-садисты, но всё равно суперсолдаты, бой с разменом четырёх-пяти человеческих бойцов на пару изменников-Астартес считается суперуспешным.
  • Сакё Комацу, «Чёрная эмблема сакуры» («Мир — Земле»): вместо ядерных бомбардировок союзники предприняли прямую высадку на Японские острова[1]. Получилось куда хуже и грязнее, потому что в бой пошли все, включая юнцов-фанатиков (таких, как главный герой).

Театр

  • Пьеса «Финист — ясный сокол». Один из старичков-скоморохов обладает навыком, что «как заиграю я на барабане, безрукий саблю схватит, безногий в строй вскочит». В одной из сцен это наглядно демонстрируется — под звук его барабана за тыном поднимается лес копий, сильно впечатляя басурманского посла.

Кино

  • «Бункер» — деконструкция. Пока полиция ставит всех без разбора в ряды фольксштурма и вешает «дезертиров» на фонарных столбах, терзаемый мрачными предчувствиями солдаты пьют горькую в ожидании последнего сражения, а знающие реальную обстановку кадровые офицеры высокого ранга убивают себя вместе с семьями (насмотрелись на поведение своих солдат на восточном фронте и сейчас ожидают для себя такой же участи). Затем вместе с семьями самоубиваются отдавшие такой приказ Гитлер с Геббельсом. Одновременно показывают, как образцовый арийский мальчик из гитлерюгенда, оставшись без снарядов к пушке аналогично Геббельсу стреляет из командирского пистолета сначала свою подругу (образцовую арийскую девочку), а потом себя.
  • Фильм «Властелин Колец» — перед битвой за Хельмову Падь очень ярко показано, что в строй встают все, кто чисто физически уже/ещё способен удержать в руке меч или копьё (включая детей и подростков).
  • Видеоновелла «Все ушли на фронт» из сборника «9 Мая. Личное отношение». Сперва перед отправкой на фронт фотографируется парень. Чуть позже — его девушка. Затем форму примеряет отец девушки. Потом — её мать. Наконец, на фронт уходит старик фотограф.

Мультсериалы

  • «Аватар: Легенда об Аанге» — фактическая ситуация у Южного Племени Воды. Постоянные налёты Нации Огня привели к тому, что Племя сильно деградировало, магов у них почти не осталось (только малолетняя Катара), да и численностью немагов они похвастаться не могут. После того, как Хакода с армией отправился сражаться, в Племени остались только женщины, старухи, маленькие дети и всего два подростка, дети Хакоды — Сокка, который и хочет сражаться, но практически не умеет этого делать, и Катара, ещё не обученная магии Воды. Изгнанный принц Зуко с маленьким отрядом войск мог бы легко уничтожить Племя, если бы захотел. Но, видимо, у Хакоды иного выбора не было, и так его «армия» — это несколько десятков слабо вооружённых немагов, способных разве что на партизанщину на море. Да и Сокка с Катарой отправятся сражаться вместе с Хакодой в день Чёрного Солнца и тогда уж точно все, кто был способен сражаться у Юга, вступили в бой.

Аниме, манга и ранобэ

  • Space Battleship Yamato — злодейский вариант в римейке: так как земляне коварно отрезали флот Гамиласа от их планеты, опальный Адмирал Домел вынужден бросить против них юнцов и пожилых ветеранов, с устаревшей, кустарной или выпрошенной у друзей техников. И почти побеждает.

Настольные игры

(линк)

Но Хаос не будет справлять торжество, пока жив хоть один из нас!
  • Warhammer 40,000 — если планета оказывается под атакой, в бой идут все жители. Кадия («Быстро поднятая Кадия не считается павшей») — яркий тому пример. «Победи иль умри — не надейся на плен!». Тем более что плен в большинстве случаев — участь хуже смерти. Нет, имперская пропаганда не лжёт. Впрочем, этот пример яркий — но не единственный: чтоб далеко не ходить, ледяная Вальхалла, родина вошедших в легенду несгибаемых полков Имперской Гвардии (комиссар Кайафас Каин где-то в стороне одобрительно кивает), тоже когда-то была поставлена перед выбором: или уничтожить орков к фраговой матери силами всех, способных поднять лазган — или всей планетой сдохнуть, потому что банальной биомассы на планете со средней температурой на поверхности ниже нуля по Цельсию на прокорм хватало либо оркам, либо людям — но никак не обоим вместе, и кто-то должен был умереть целиком.
    • Орды Хаоса тоже это дело любят: в бой идут все от уберзольдат в силовых доспехах до ополченцев с феодальных миров в кольчугах с мечами и копьями. В промежутке — разнообразные культисты, мутанты, наемники, технорабы и прочие служители Губительных Сил, многие из которых так или иначе подходят под троп. Если этого мало, то в ход идет банальное промывание мозгов с помощью псионики, наркотиков или киборгизации, превращающее в верных бойцов Хаоса любых рядовых имперских граждан (как это провернул Лорд Хаоса и могущественный техноеретик Асфодель Наследник, перелопативший в технорабов всё население переметнувшегося на сторону Хаоса улья Феррозойка).

Видеоигры

  • В ряде игр в бой против прорвавшегося врага могут идти и небоевые юниты. Характерный пример — «Казаки»: там при соответствующих настройках[2] атаковать врага могут даже крестьяне — и они толпой могут даже отбить нападение небольшой группы вражеских боевиков.
  • Colonization: бонус от одного из отцов-основателей — если солдат в колонии нет, но оружие на складе есть, то свободные колонисты хватают оружие и защищают колонию. Без отца-основателя солдат все же придется создавать вручную. Хотя, их все равно можно создавать тем же методом — взять любого колониста и выдать ему оружие. А если юнит — разведчик, то он в крайнем случае обойдётся и без оружия: боеспособность по сравнению с драгунами или даже пехотой будет крайне низка, но от враждебных индейцев такой юнит часто отбиться сможет.
  • Original War — в принципе можно переквалифицировать в солдат всех юнитов (русские могут поставить под ружье даже обезьян), при этом вчерашние интеллигенты-ученые воевать будут соответственно. Только чтобы такая ситуация получилась, должно реально припечь и скорее всего вы уже проиграли.
  • Starcraft — часть тактик ранней обороны за терран построена на атаке нападающих с помощью КСМ, для создания «мясного щита» перед морпехам. Кроме того, остряки расшифровывают КСМ как «Когда Сдохли Морпехи». Впрочем, в критической ситуации и рабочие других рас бросаются в атаку. Просто у терран в первой части рабочие более живучи, а войск ближнего боя, кроме самих КСМ, у них вообще нет, потому именно терраны более активно используют рабочих в бою. Заодно те могут чинить технику и даже друг друга и без лишних условий возводить здания где угодно.
  • Warcraft III — Альянс для защиты базы может временно перелопатить своих рабочих в ополченцев, раздав им лёгкие доспехи и боевые топоры (в Reforged — почему-то мечи), Орда — отправить своих рабов метать дротики из бункера-«логова». У Ночных Эльфов рабочие-светлячки сражаться не умеют, но могут пожертвовать собой, сжигая у врага ману, рассеивая бафы и призванных существ, потому они могут использоваться в качестве последнего средства для получения преимущества за счёт «опустошения» вражеских героев и магов. Да и отправка Древ в атаку (кроме Древ Войны, более годных для боя) может считаться тропом, так как те в норме нужны для производства войск, а не битв. У Нежити же рабочие-послушники, хоть и имеют самую большую атаку, специальных умений для боя не имеют и используются в бою разве что в случае истощения всех ресурсов на карте. А вурдалаки — пример спорный. Они выполняют роль как рабочих-лесорубов, так и полноценных боевых юнитов. В тех стратегиях, где вы строили вурдалаков только для добычи леса, их применение, пожалуй, можно считать тропом. А вот в иных ситуациях для вурдалака само собой разумеющееся постоянно сражаться, пока его здоровье не станет слишком маленьким — тогда он отправляется лечиться на порченную землю и заодно добывать лес со всеми шансами вновь вернуться в бой спустя некоторое время.

Реальная жизнь

(линк)

В бой идут ополченцы.
  • Такое изредка встречалось и в глубокой древности — битва при Манцикерте тюрков-сельджуков и византийской армии в 1071 году, для тюрков этот бой вполне мог стать последним в жизни и по легенде за оружие взялись даже старики, женщины и дети. Не в малой степени благодаря византийским «играм престолов» они выиграли ее и воодушевлённые этим в Малую Азию из Прикаспия и Туркмении хлынули огромные орды кочевников, в том числе предки Османов.
  • Осада Козельска войсками Батыя. На защиту этого небольшого городка встали все жители города. Благодаря этому, а также отсутствию тяжелых осадных орудий, осада Козельска продлилась долгие пять недель — многие более крупные города пали быстрее. Город был взят и вырезан до последнего человека, а место нарекли «злым».
  • Советские ополченцы Великой Отечественной. Те, что ценой своих жизней выигрывали время на развёртывание в тылу армии, отбросившей вермахт от Москвы — и те, что насмерть дрались на подступах к Ленинграду и другим советским городам. И если добровольческие дивизии РККА (линейные части, набранные из непризывных категорий населения) мало чем отличались от обычных частей, то истребительные батальоны НКВД (отряды тыловой самообороны из всё тех же непризывных, созданные на базе частей местной милиции) шли в бой с чем есть — при том, что для боев на фронте вообще не были предназначены.
    • Не следует забывать и о тружениках тыла. Про Дорогу Жизни, снабжавшую блокадный Ленинград, все помнят — но была ещё и Дорога Мужества, построенная в основном силами женщин, стариков и детей Старооскольского района — взрослые мужчины были призваны на фронт. Двухпутная линия «Старый Оскол — Ржава», снабжавшая накануне Курской битвы пять фронтов и строившаяся со скоростью геодезической прокладки. 95 километров с нуля за 32 дня. Если кому-то придётся приехать в Старый Оскол через Белгород или Курск — то последние километры будут пройдены по этой самой дороге: она работает до сих пор.
  • Посмотрев на пример выше[3], нацисты решили сделать себе что-то аналогичное — так и появился фольксштурм. Политработники НСДАП, штурмовики СА, ополченцы Альгемайне СС, молодежь из Гитлерюгенда, старики, прошедшие ещё Первую Мировую, наспех вооруженные устаревшим и трофейным оружием и брошенные в бой против надвигающихся войск Союзников. Тем не менее дрались не так уж плохо и смогли доставить своими фаустпатронами массу проблем даже танкам — другой вопрос, что Германию это уже спасти никоим образом не могло.
  • На грани фарса — Народный Добровольческий Корпус милитаристской Японии, бойцы которого красуются у нас на иллюстрациях к статье «Обыкновенный японский школьник». Подростки и старики с копьями, саблями, луками, мушкетами, дубинками и арматурой[4] должные остановить наступающие части советских и американских войск с автоматами и танками — в отличие от фольксштурмовцев не могли оказать какого-то ощутимого сопротивления чисто физически и гибли тысячами без малейшего результата. Яркий пример — бои за Сахалин и Окинаву, впрочем, солдаты и матросы регулярных японских ВС от «народных добровольцев» к тому времени уже отличались преимущественно наличием униформы. На Окинаве мобилизовали всех старшеклассников обоего пола и даже 12-15-летних активно привлекали к строительству укреплений и потом и боевым действиям.
    • Кое-что оказалось чересчур даже по японским меркам. Например, историю «Химэюри бутай» (они же «Отряд Лилий»), школьниц-санитарок на Окинаве, не слишком-то любят вспоминать даже японцы: сознательно отправить на убой две с лишним сотни 12-18-летних девчонок — это уже перебор даже по самым жёстким самурайским правилам чести. Им приказали покинуть пещеры-убежища, где укрывались остатки японских войск — но сдаваться категорически запретили. Вместо этого некоторым санитаркам раздали по гранате и велели «исполнить долг перед императором».[5] А американские солдаты, которые за несколько лет войны хорошо «распробовали» горькое блюдо под названием «японский фатализм» и были сыты по горло их наплевательским отношением к своей и чужой жизни, взяли за привычку на территории «джапов» стрелять во всё, что движется, и только потом разбираться, что это было… Из девчонок не выжил никто. Из примерно полумиллионого довоенного населения Окинавы в Японию в 1943—1944 было угнано до 100 тысяч человек, а в ходе боевых действий погибло более 100 тысяч, разозленные их яростным сопротивлением американцы вплоть до 1952 года держали выжившее население острова в концлагерях и всерьез рассматривали его полную депортацию и присоединение всего архипелага к США или к Тайваню, только в 1972 году остров всё-таки вернули Японии, но к тому времени его так густо обсидели военными базами (на пике до 1/3 всей территории, выделив львиную долю территории не такого уж и большого острова даже под поля для гольфа, парки и личные резиденции командования), что даже сейчас нормальная деятельность населения сильно затруднена.
  • Великобритания во Второй мировой после Дюнкерка: всерьёз рассматривался вариант, когда против вторгнувшихся на Остров немцев в бой пойдёт ополчение, вооружённое всем подряд — от наскоро наштампованных автоматов[6] до мушкетов времён Кромвеля, самодельных пик и дубинок и молотков (из Дюнкерка удалось спасти людей, но не оружие, и танков, артиллерии и даже банальной стрелковки крайне не хватало).
    • Также всерьёз рассматривался и огонь по своим: в случае, если вторжение по плану «Морской лев» бы началось — командование было готово залить всю Южную Англию газом (благо, что запасы ещё со времён Первой мировой остались — а хлор дешёв в производстве), уничтожив вместе с немецким плацдармом и не успевших убежать гражданских.
  • Буры времён англо-бурской войны. Благо оружием пользоваться умели начиная с подросткового возраста и независимо от пола. Как писал Киплинг: «Нас дуриком, за милю, шлёпал бур». Миля не миля, но правило «от одной спички трое не прикуривают» родилось именно тогда: спичка зажглась и прикурил первый — бурский стрелок заметил огонь, прикуривает второй — бур прикинул упреждение и прицелился, прикуривает третий — и получает пулю в голову.
  • Швейцария. У неё это — основной принцип военной доктрины: никакой капитуляции, никакого перемирия, с врагом сражаются до конца. Официально прописано, что даже приказы верховного командования о прекращении сопротивления командирами частей исполняться не должны. На практике, правда, ни разу не проверялось: со времён Наполеона Бонапарта желающих попробовать Швейцарию на зуб как-то не находилось — даже Гитлер не решился отдать приказ о начале операции «Танненбаум».
  • Израиль. Из-за традиционно враждебных отношений с заметно более крупными арабскими соседями, последним резервом там считаются все жители, способные физически поднять автомат. Как гласит известная шутка израильских евреев[7]: «Среди нас нет гражданских: только силовики и резервисты».
  • КНДР с её программой «Сонгун». Анекдот про памятник «Единство армии и народа» («А где же солдат?» — «А они все солдаты») возник не на пустом месте. Достаточно сказать, что при населении страны в 26 миллионов человек её армия насчитывает более миллиона солдат и более 4 миллионов резервистов. Женщины там, кстати, тоже служат по призыву, пусть и намного меньше мужчин — 3 года вместо 10-ти.
  • Абордаж как явление: на атакуемом корабле обычно дрались все, от капитана до кока, а вот с атакующего шла только абордажная партия.

Примечания

  1. В 1945 году такие планы действительно существовали — и они предусматривали потери не менее миллиона англо-американских солдат, и не менее 15-20 миллионов японцев. В этом плане страшная судьба жителей Хиросимы и Нагасаки действительно спасла множество жизней: капитулировать перед врагом, владеющим «абсолютным оружием» не стыдно даже японцам.
  2. А для Украины и настроек не надо — там это по умолчанию: небольшой патриотический бонус от создателей, украинской компании.
  3. И испытывая нехватку живой силы из-за огромных потерь на Восточном фронте.
  4. Какой-то школьнице вообще выдали самодельный стилет из шила на правах штатного оружия — случай, надо думать, не единичный
  5. Нельзя не отметить, что несчастные школьницы были не этническими японками, а местными окинавскими девочками: к рюкюским «нацменам» в милитаристской Японии относились, как к людям второго сорта, которых и на убой послать совершенно не жалко
  6. У британцев не было своего «национального» автомата — его роль исполнял «Ланчестер» — лицензионный клон германского «Шмайсера 18/28», поэтому когда возникли проблемы с автоматическим оружием, то на вооружение приняли наглухо чудовищный СТЭН: упрощенный до безобразия «Ланчестер», который мог делать хоть деревенский кузнец из водопроводных труб. С соответствующим качеством исполнения и удобством в эксплуатации, да. Но автомат был настолько прост, что его производство можно было наладить даже на основе технологий XIX века — и именно поэтому в повести Г. Гаррисона «Время для мятежника» («A Rebel in Time») злодей-попаданец планирует вооружить им армию южан в Гражданской войне США.
  7. Израиль обоснованно не доверяет службу в армии своему арабскому населению, делая исключение только для бедуинов (которые относятся к оседлым арабам аки казаки к «русским не-казакам»). В остальном войска комплектуют евреи (с недавних пор — даже иудеи-ультраортодоксы) и к ним приравненные вроде самарян и друзов.