Закат Российской империи
Перейти к навигации
Перейти к поиску
| « |
Балы, красавицы, лакеи, юнкера, |
» |
— Виктор Пеленягрэ
| ||
| « |
Он трус, он чувствует с запинкой, |
» |
— Константин Бальмонт, «Наш царь» о Николае II, 1907
| ||
Конец XIX — начало XX века — крайне неоднозначное время в истории нашей необъятной. Хронологически этот период полностью совпадает с царствованием последнего российского императора из династии Романовых, и последнего русского монарха на данный момент — Николая II, таким образом, определяя хронологические рамки с 1894 по начало 1917 года. Пожалуй, его правление — один из самых противоречивых периодов отечественной истории, и отношение к нему в обществе и по сей день довольно сильно поляризовано. Для одних это повод для стенаний о «России, которую мы потеряли» и время несбывшихся надежд, эпоха, когда страна находилась на пике своей мощи и поступательно развивалась, но по итогу оказалась втянута в водоворот кровавого и безбожного XX века, навсегда потеряв возможность захватить мир быть лидером на планете, для других — наглядное доказательство окончательной невозможности решить накопившиеся в стране колоссальные противоречия иначе, как через ликвидацию прежней общественной системы, доказавшей свою полную несостоятельность во времена великих потрясений и перемен. Культурный расцвет, процесс формирования рынка и буржуазного общества, индустриальное развитие — вкупе с провальной внешней политикой, внутренней нестабильностью, революциями, эпохальными контрастами между мыслящими современно «верхами» и ментально живущими в средневековье «низами», что в итоге катализировало глубинные процессы и поспособствовало кризису, краху романовской монархии и русского самодержавия, а также последующей Гражданской войне на территориях бывшей Империи. Всё это — «Закат Российской империи», история и жизнь страны в конце XIX — начале XX века.
Как уже было сказано, отношение к этому периоду истории резко поляризовано, и пожалуй, является одним из наиболее противоречивых в сравнении даже с остальными периодами отечественной истории XX века, притом, что однозначной оценки не дано ни одному из них. Всё это в итоге выливается в два резко противоположных взгляда на историю России того времени:
- «Россия, которую мы потеряли» — резко позитивный взгляд на эпоху, как на «вершину развития русского государства». Порой обеление доходит прямо до абсурда — дескать, если бы не революция и
клятый иудобольшевизм, посягнувший на данные Богом чувства иерархии и рангаспонсируемые иностранцами внутренние враги, была бы Россия мировым лидером, ведь всё шло именно к этому. Характерен для подавляющего большинства монархистов, значительной части правых консерваторов и правых либералов.
- «Застенки царизма» — резко негативный взгляд на эпоху, как на яркое свидетельство катастрофической отсталости России от развитых стран. Нередко доходит до выставления страны, как чуть ли не колонии иностранных держав, чья власть только и давит бунты недовольного населения, пока богачи прожигают жизнь, а простой народ страдает. Характерен для подавляющего большинства коммунистов и большей части приверженцев левых взглядов (включая многих левых консерваторов), а также левых либералов.
О характерных чертах эпохи можно почитать в соответствующей подстатье.
Где встречается в каноничном виде
Литература
- Мета: вошедшие в школьную программу произведения русских классиков соответствующей эпохи, включая позднего Толстого (умер в 1910), Куприна, Бунина и прочих. Написаны либо о современности (на момент описания), либо о РКМП как ностальгическом прошлом (те же «Тёмные аллеи» или «Окаянные дни» Бунин написал уже в эмиграции в сороковых годах, но действие большинства новелл из сборника происходит как раз в сабжевую эпоху). В общем-то, даёт неплохой срез жизни всех слоёв общества и определённое представление об идеях, которые тогда занимали людей.
- Отнюдь не лишним будет ознакомиться с мемуарами многих советских маршалов, призванных в царскую армию в ходе Первой мировой войны, даже несмотря на специфическую советскую редакцию. Они успели застать самый закат этой эпохи вполне взрослыми людьми (были в основном 1890—1896 годов рождения), отсидеть в окопах и застать падение Империи. Г. К. Жуков и К. К. Рокоссовский — скорняк-подмастерье из Замоскворечья и юный железнодорожный рабочий из Варшавы были призваны в кавалерию и из унтер-офицеров закончили Гражданскую командирами кавалерийских эскадронов и полков. Попович А. М. Василевский благодаря незаконченному среднему образованию стал офицером «ускоренного» военного выпуска и закончил войну штабс-капитаном на Румынском фронте, чудом сумел живым пересечь тогдашнюю Украину мигом погрязшую в атаманщине.
- «Доктор Живаго» Бориса Пастернака — в начале романа рисуется картина жизни интеллигенции на фоне событий начала XX века, в том числе революции 1905—1907 годов. В дальнейшем наглядно показывается и последующая судьба этого класса, которому было суждено частью быть перемолотым жерновами Гражданской войны и эпохой 1920—1930-х годов, частью встроиться в новую систему, но опустившись на самый её низ, частью бежать за границу.
- «Жизнь Клима Самгина» Максима Горького — буквально весь об этом. Экзистенциалистский роман, показывающий глазами одного-единственного и не очень-то приятного человека всю картину жизни русского общества за сорок лет, непосредственно предшествовавших революции. Борьбу идей, движения культурной и духовной жизни, образы жизни разных сословий, развитие и распад. Аналогов по комплексности охвата (и, при этом, по узости взгляда — в нём всего одна сюжетная линия, один персонаж, чьи мысли и чувства нам известны; не случайно сам автор считал его не романом а повестью) в отечественной литературе не имеет. Авторский замысел был в том, чтобы показать эволюцию типичного русского интеллигента от революционности к контрреволюционности, крах интеллигенции, как слоя, ввиду революции и жалкую смерть персонажа — на выходе получилась вещь, десакрализирующая вообще любые Идеи, включая и образ революции, и религию, и «простой народ», и интеллигенцию, и купечество, и дворянство, и царя, и все партии скопом. С крахом жизни и смертью главного героя тоже не задалось — его не получалось убедительно ни разорить, ни заставить страдать, ни ощутить своё ничтожество: снова и снова Клим Иванович обходил любые опасности, неплохо устраивался в жизни, оставался любим женщинами и уважаем другими интеллигентами. Остались черновики, в которых его то убивали какие-то уличные хулиганы, то затаптывала толпа — но каноном они не стали, ввиду недописанности последнего тома — Горький умер, а Самгин остался жить и наблюдать своими холодными глазами рептилии уже постреволюционную Россию.
- «Динка» и «Динка прощается с детством» Валентины Осеевой — история семьи типичных дворян-интеллигентов в николаевской России, а также описание приключений младшей дочери семейства Динки и её друзей. Поднимается в том числе и вопрос помощи революционному движению со стороны сочувствующей ему интеллигенции.
- Леонид Андреев и ряд его работ:
- «Губернатор» (1905) — попытка автора осмыслить феномен терактов, направленных на государственных чиновников, во время событий Революции 1905—1907 годов. Главный герой — губернатор небольшого провинциального городка Пётр Ильич, отдавший приказ о расстреле демонстрации голодных рабочих, и в ходе расстрела погибает 47 человек, включая и детей. После этого случая Петра Ильича мучает совесть за содеянное, он не может смириться с тем, что отдал столь бесчеловечный приказ и уверяется в том, что народ не простит ему этого и убьёт. Сперва ему начинают слать письма с угрозами, затем отправляют посылку с бомбой, которая однако не срабатывает, но несмотря на это, губернатор готов принять свою смерть. А через две недели, во время прогулки, Петра Ильича просто подстреливают двое неизвестных, после чего скрываются.
- «Иго войны» (1915) — история про жизнь типичного мелкого клерка и его семьи на фоне начавшейся Первой мировой войны. Наглядно показаны и патриотический подъём населения в начале войны (главный герой, к слову, его не особо разделяет), и последующее разочарование и усталость от войны, и паника населения в ходе «Великого отступления» 1915 года, и гибель отправившихся на фронт молодых людей, приносящая горе в их семьи. Затронуто и отношение к политике и власти — тех же думцев многие клянут, на чём свет стоит.
- «Быль-небылица» С. Я. Маршака (1957) — в этом стихотворении старик в послевоенной Москве рассказывает пионерам о своей юности, которая выпала как раз на указанное время. Рассказывает как о весьма неприятном для простого люда времени.
- «Вишнёвый сад» А. П. Чехова (1904) — довольно типичная для того времени история о разорении дворянской семьи и продажи её имения предпринимателю «новой формации», внуку бывшего крепостного этой семьи, сразу после покупки рубящего старый вишнёвый сад усадьбы, чтобы на его месте построить дачи для горожан.
- «Как закалялась сталь» Н. Островского (1934) — описаниям реалий эпохи (Шепетовка Волынской губернии, ныне Хмельницкая область Украины) посвящена первая глава, и в глазах героя Павки Корчагина выглядит она исключительно неприглядно. В школе обрюзглый поп Василий за одну только попытку сказать, что слова учителя старших классов про существование Земли на протяжении миллиона лет противоречат Закону Божьему, схватил его за оба уха и долбил головой об стену, а потом и вовсе выгнал в двенадцать лет, когда одноклассник подначил насыпать в пасхальное тесто махорки. Пришлось Павке устроиться посудомойкой и поваром, за два года стал получать уже не восемь, а десять рублей в месяц. При этом вид официантов, которые получали чаевыми в сутки до пятидесяти рублей, вызывает у Павки обиду и ненависть: «Считал их Павка, так же как хозяев, чужими, враждебными. „Они здесь, подлюги, лакеями ходят, а жены да сыночки по городам живут, как богатые“. Приводили они своих сынков в гимназических мундирчиках, приводили и расплывшихся от довольства жен. „А денег у них, пожалуй, больше, чем у тех господ, которым прислуживают“, — думал Павка. Не удивлялся он и тому, что происходило ночами в закоулках кухни да на складах буфетных; знал Павка хорошо, что всякая посудница и продавщица недолго наработает в буфете, если не продаст себя за несколько рублей каждому, кто имел здесь власть и силу. Заглянул Павка в самую глубину жизни, на ее дно, в колодезь, — и затхлой плесенью, болотной сыростью пахнуло на него, жадного ко всему новому, неизведанному.». Однажды он видит, как посудомойку Фросю «поставил на счётчик» в триста рублей официант Прохор, который потом избил Павку, когда он заснул от усталости, забыв закрыть кран. За это Прохору разбил лицо старший брат Павки Артём, но после этого пришлось ему провести шесть суток за мордобой в жандармском отделении. И вот в начале второй главы: «В маленький городок вихрем ворвалась ошеломляющая весть: „Царя скинули!“ <…> Жадно слушали новые слова: „свобода, равенство, братство“. Прошли дни, шумливые, наполненные возбуждением и радостью. Наступило затишье, и только красный флаг над зданием городской управы, где хозяевами укрепились меньшевики и бундовцы, говорил о происшедшей перемене. Все остальное осталось по-прежнему».
- «Конь Бледный» и «Воспоминания террориста» — мемуары авторства Бориса Викторовича Савинкова, самого настоящего террориста из боевой организации эсеров[2]. Имеет экранизацию «Всадник по имени Смерть». После революции Савинков занялся терактами, теперь уже против большевиков. Был арестован и приговорён к расстрелу, но как герой революции помилован, а затем жил на Лубянке в комнате с диваном и с прогулками в парке, а подруга во время свидания имела право ночевать у него. По официальной версии в 1925 году «сам выбросился из окна»[3].
- «Пламень» (1913) П. Карпова — широко известный в узких кругах роман о русской глубинке начала XX века и «народных верованиях того времени» в лице хлыстовства, «красносмертничества» с его идеей войны с городом, и местной сатанинской секты и деструктивным культом, возглавляемой помещиком Гедеоновым, выведенным, как эталонное воплощение всех мыслимых и немыслимых пороков и грехов. При царской власти роман был запрещён как клеветнический и богохульный, при советской — как религиозно-мракобесный, и тем не менее, после распада СССР обрёл культовый статус. Интересно данное произведение не только чернушно-реалистичным отражением реалий глубинки того времени, но и тем, что в противостоянии всех этих сект явно читается предупреждение о том, насколько верхи Империи оторваны от низов, что раскол общества поистине бездонный, и при малейшей искре всё это вспыхнет колоссальным пожарищем, от которого нельзя будет убежать никому.
- «Приключения капитана Врунгеля» А. С. Некрасова (1937) — коротенький «презабавный случай», описанный Врунгелем в Главе XXII: когда он только пришёл работать юнгой на море, он не понял приказ штурмана «травить кошку» (выпустить малый якорь), тем более у них судне был сибирский кот, и переспросил, за что «отведал линьков». В советском флоте телесные наказания были отменены, и, хотя в книге нет ни единой точной даты, это должны быть последние годы царства Александра III или как раз правление Николая II (восьмидесятые-девяностые годы XIX века), иначе к походу на «Беде» уже много лет спустя Октябрьской революции набравшийся опыту капитан был бы слишком стар. Ещё один след той эпохи по всей книжке — это совсем не «мужицкие» имя-отчество Христофора Бонифатьевича Врунгеля и утраченная в поздних адаптациях привычка капитана к словоерсам, явно указывающие на его дворянские происхождение и воспитание.
- «Приключения Томека Вильмовского» А.Шклярского:
- В первой книге «Томек в стране кенгуру» дело происходит в 1902 году в Варшаве, где Томек Вильмовский, блестящий ученик гимназии, в то же время откровенно не любит гимназические порядки и без пиетета относится к русской власти, из-за которой его отец много лет назад бежал из страны. Собственно, из-за этого в Варшаву приезжает друг отца Ян Смуга, который предлагает ему присоединиться к экспедиции в Австралию.
- В пятой книге «Таинственное путешествие Томека» (примерно в 1908-09 году) герои отправляются в экспедицию в Сибирь, но на самом деле организуют ее, чтобы спасти двоюродного брата Томека Збышека, которого за акции неповиновения властям сослали в Нерчинск. Простые сибиряки вроде капитана Некрасова относятся к власти тоже без пиетета и сочувствуют героям-изгнанникам, откровенно топит за власть только приставленный к героям агент охранки Павлов — однажды на пароходе Некрасова боцман Новицкий даже нарочно поднимает тосты за императора Николая II, его супругу, детей и далее, чтобы споить агента и поговорить без лишних ушей.
- «Цусима» А. Новиков-Прибой — автобиографческие воспоминания автора о походе на броненосце «Орел» в составе второй тихоокеанской эскадры из Балтики на Дальний Восток, а также о непосредственно самом Цусимском сражении. Рисует совершенно безрадоствую картину отсталой, косной и прогнившей Империи, чьи амбиции уже явно не соответствуют ее возможностям. Являет не менее безрадостную картину ужасающего социального и мировоззренческого разрыва офицерства из дворянства и выслужившихся карьеристов из разночинцев и матросов набранных из простонародья
- «Порт-Артур» В.Семенов
Живопись
- «Новые хозяева. Чаепитие» Богданова-Бельского — 1913 год, разбогатевший крестьянин самого простецкого вида купил усадьбу разорившегося помещика, и теперь в помещичьей гостиной, откуда даже не успели снять фамильные портреты, со своей семьёй пьёт чай.
- Творчество Станислава Жуковского (1873—1944), посвящённое закату дворянских усадеб в означенную эпоху. На многих его картинах, меланхоличных по настроению и словно предчувствующих скорый неумолимый крах эпохи, изображены увядающие усадьбы дворян мелкой и средней руки и их интерьеры начала XX века, когда старая дворянская жизнь постепенно уходила в прошлое. Типичный пример — картина «Под вечер. В заброшенной усадьбе» 1897 года.
Кино
- «Агония» (1981) — показываются последние годы Империи, события фильма крутятся вокруг роли Григория Распутина в жизни царской семьи и его влиянии на жизнь страны. Заканчивается его убийством и похоронами. Эпоха и ее личности отображены очень неприглядно.
- «Броненосец Потёмкин» Сергея Эйзенштейна — культовая классика и один из величайших фильмов всех времён и народов, посвящённый восстанию матросов на «Потёмкине» в 1905 году. Что типично для раннесоветского произведения — отношение к этой эпохе резко негативное.
- «Николай и Александра» (1971) — голливудщина в худшем виде, по сути слащавая экранизация из выжимок «мемуаров» любовницы Г.Распутина Анны Вырубовой, концентрируется вокруг семейных отношений монархов. Доля «клюквы» — немалая
Телесериалы
- «Империя под ударом» — сюжет охватывает 8 лет истории Российской империи (с 1901 по 1908 год) и посвящён борьбе Охранного отделения с эсерами. От «хруста французской булки» тут, конечно, сводит скулы, но составить хотя бы общее представление о той эпохе он, тем не менее, вполне позволяет.
- «Вечный зов» — эпопея про жителей небольшой сибирской деревни. В первых трёх сериях события происходят в период Российской империи сразу после окончания русско-японской войны. Кто-то решает свои собственные проблемы, а кто-то присоединяется к пока ещё небольшой РСДРП(Б), с который ведёт борьбу молодой сотрудник Охранного отделения Лахновский.
Мультфильмы
- «Анастасия» Дона Блута — сказочный и имеющий крайне опосредованное отношение к реальности «хрустобулочный» вариант. Показана коронация на 300-летие дома Романовых (правда, дату сдвинули на 1916 год), Григорий Распутин превратился в главного злодея, продавшего душу дьяволу, чтобы сгубить дом Романовых, Революция 1917 года начинается, как «бунт черни», подстрекаемой вызванными Распутиным из ада бесами… Короче, атмосфера эпохи передана более чем никак, хотя с другой стороны, тут всё действие с чудом спасшейся Анастасией Романовой и её похождениями является нарочитой сказкой.
- «Щелкунчик» (2004) — одна из двух отечественных анимационных адаптаций сказки Гофмана, в которой действие перенесли в предновогодний Санкт-Петербург образца начала XX века (судя по наличию трамваев). Правда, все характерные черты эпохи на этом и заканчиваются.
Музыка
|
(link) Tristana |
- Boney M, «Rasputin» — знаменитая песня, посвящённая «Рашн грейтест лов машин» Распутину, и описывающая его похождения в типично клюквенной манере. Тем не менее, была любима народом ещё в СССР (да и вообще — Boney M были нечастыми представителями официально разрешённой в стране современной западной музыки и даже ездили в СССР с выступлениями), и сейчас по прежнему не забыта.
- «Tristana» Милен Фармер — история Белоснежки по имени Тристана, в роли злой мачехи — русская царица, в роли её подручного — Распутин с саблей наголо, а гномы — шахтёры, у которых на стене висит портрет Карла Маркса, возлюбленный Тристаны в финале становится красным комиссаром. И всё это сопровождается кадрами хроники.
- Radio Tapok осветил этот период истории в паре своих треков:
- «Цусима» — песня посвящена Русско-японской войне и Цусимскому сражению. В песне описывается как очевидная самоубийственность и глупость всей эпопеи со 2-й Тихоокеанской эскадрой, так и несомненный героизм русских моряков.
- «Распутин» — про Распутина и его смерть, но на сей раз не в клюквенном, а вполне историческом ключе. В песне образно воссозданы последние месяцы существования Империи, и убийство «святого черта» выступает скорее мрачным предвестником и истоком кровавых рек от последующих событий, включая и расстрел царской семьи:
| « |
Зреет семя, плоды пожаты,
Манит гул разъярённых хунт. В стенах зимнего Петрограда Назревает голодный бунт. Заметает следы престола, |
» |
— Припев
| ||
Видеоигры
- Help Will Come Tomorrow — в выживастике наподобие This War of Mine интересно добавить политические разногласия между персонажами. В «Тихом Доне» мы читали, что такое фронты по семьям, а в 2020-х увидели вживую. Но какая эпоха богата на такие разногласия, они понятны игрокам, но не красная кнопка? Ну конечно: революция, пропаганда задела самые низы, и получившийся режим тоже исчез — под этот критерий подходят Французская и Российская.
Где встречается в неканоничном виде
Литература
- «Мусульманская Русь» Марика Лернера — Русский Каганат в воспоминаниях главного героя прямо перед началом Первой мировой войны и крахом в огне революционной ярости доведённых до ручки простых людей. Вместо Николая II здесь был каган Абдульвахид, прозванный в народе «Окаянным» за то, что вовсю насаждал религиозное мракобесие и нетерпимость, вставлял палки в колёса технологического развития страны и вовсю разжигал национальную рознь. В результате Русь вступила в Первую мировую войну крайне неподготовленной и понесла огромные потери. Итог печален, но закономерен — Каганат свергли, а вместо него учредили Республику во главе с Диктатором (да, именно так и звучит эта должность!), в образе которого автор объединил черты Сталина и Ататюрка.
Мультфильмы
- «Новый Гулливер» (1935) — Лилипутия явно срисована с Российской Империи начала XX века. Причём делали этот фильм люди, которые застали это время лично. Так что в наличие здесь и чудовищно угнетаемые рабочие, и жирующие за их счёт немногочисленные аристократы самого дегенеративного вида, и абсолютно ничтожный король. Только хруста французской булки как-то забыли завезти… Естественно, по ходу сюжета благодаря влиянию главного героя в Лилипутии вспыхивает рабочая революция, и монархию свергают.
Видеоигры
- «Война Миров: Сибирь» — пока находящаяся на стадии ранней разработки анонсированная игра с участием небезызвестно SerB (Сергея Буркатовского). Не могли ведь марсианские треножники Герберта Уэллса прилететь в одну только Англию? Вот и авторы этой пока ещё только готовящейся к выходу игры решили, что Сибирь должна была стать одним из полей сражения с пришельцами. Реальных исторических личностей вводить не планируют, правящая династия тут — Ромеевы, а не Романовы.
- Iron Harvest — местный клюквенный аналог России под названием «Империя Русвет», посмевшая заодно с
Германской империейСаксонией напасть на гордую независимую и великуюПольшуПоланию. В наличии и царь Николай, очевидно отсылающий на Николая II, и старец-советник Распутин, фактически являющийся главгадом всей игры и главой местной всемирной злодейской организации «Фенрис», стравливающей империи между собой с целью их дальнейшего порабощения, при этом имперские войска почему-то выполнены в околосоветском ключе и используют красные звёзды в качестве отличительной эмблемы. Присутствует и свой аналог Первой мировой, который благодаря изобретениям Никола Теслы оказался куда кошмарнее реальности, и которогоРоссийскаяРусветская империя в итоге не выдержала, из-за чего в стране грянула революция, в ходе которой власть перешла к Распутину, а царь был убит в одном из сражений начавшейся гражданской войны.
Примечания
- ↑ Празднование коронации Николая II на Ходынском поле закончилось раздачей еды и нехилой давкой — погибло от 1400 до 4000 человек по разным подсчётам.
- ↑ Партии социалистов-революционеров, СР, отсюда и название членов партии — «эсеры».
- ↑ Хотя мог и сам. По большому счёту версия о том, что Савинков был убит, держится только на «Архипелаге Гулаг», где Солженицын записал, как кто-то ему передал, что другой кто-то в 1937 году слышал от умиравшего в лагере бывшего чекиста, что тот участвовал в убийстве Савинкова, помогая выкидывать его в окно пятого этажа. Насколько можно верить такому источнику — вопрос спорный. А если бы большевики хотели покончить с Савинковым — могли расстрелять напрямую, по приговору суда, благо, оснований для смертного приговора было достаточно. Зачем бы играть в «тайное убийство» — вопрос открытый.
 |
[ + ] Культурно-исторические периоды
|
||
|---|---|---|---|
|
|||
 |
[ + ] Россия и СССР
|
||||
|---|---|---|---|---|---|
|
|||||