Сага о ведьмаке

Материал из Викитропы
Перейти к: навигация, поиск
РК.jpg Для этого произведения у нас есть пересказ сюжета
ПЕ.jpg Для этого произведения есть описание персонажей
НП.png Для этого произведения есть Непонятки
Все началось с этого сборника

Saga o wiedźminie (рус., «Сага[1] о ведьмаке») — культовый цикл прозаических произведений польского писателя Анджея Сапковского, состоящий из двух отдельных рассказов («Дорога без возврата» и «Что-то кончается, что-то начинается»), двух сборников повестей («Последнее желание» и «Меч предназначения») и пяти романов («Кровь эльфов», «Крещение огнём», «Башня ласточки», «Владычица Озера» и «Сезон гроз»). На данный момент Сапковский заявил, что работает над ещё одним романом из цикла, вероятно, что, как и «Сезон бурь», он будет описывать похождения героя в молодости, так как после выхода «Владычицы Озера» автор заявил, что продолжать историю ведьмака он не будет. Для тех, кому все же интересно узнать, что случилось с ведьмаком после описанного в финале «Башни ласточки» погрома и как герои победили Белый Хлад, существует трилогия компьютерных игр The Witcher — The Witcher 2: Assassins of Kings — The Witcher 3: Wild Hunt от польской компании CD Project Red. Сам Сапковский не принимал участия в написании сценариев этих игр, однако дал на них сдержанно-положительные отзывы, хоть и не согласился признать их сюжеты каноном. Также существует экранизация цикла в виде малобюджетного сериала и созданного на его основе (методом перемонтажа) полнометражного фильма, но они принадлежат к категориям «вопиющий неканон» и «бюджет пишет сюжет», а сам Сапковский не может оставить на них ни одного нематерного отзыва. На данный момент студия Platige Image снимает для Netflix второй сериал-экранизацию, на этот раз с самим автором в качестве консультанта и более вменяемым бюджетом, так что есть надежда на то, что вторая экранизация выйдет достойной. Кроме того, отечественная группа ESSE поставила по «саге о Ведьмаке и Ведьмачке» (основной сюжетной линии, посвященной Старшей Крови) рок-оперу «Дорога без возврата». В отличие от трешовых экранизаций, фанатами настоятельно рекомендуется к просмотру.

Цикл оказал огромное влияние на фэнтези-литературу своего времени, наряду с «Песней Льда и Огня», оживив на некоторое время считавшийся умирающим жанр, внеся в его элементы натурализма и реализма, что в конечном счете создало запрос на жанр «Феодальное фэнтези», в котором конфликтообразующую роль играла не война героев с Тёмными Силами, а борьба смертных владык за власть и влияние в мире. Также благодаря географической и культурной близости родины автора с государствами постсоветского пространства, цикл обрел бешеную популярность в России и Беларуси и оказал существенное влияние на русскую и белорусскую литературу[2]. В 1990-е наряду со всем известными «дивными толкинистами» в России были и «дивные по Сапковскому», примерно на 80 % с оными пересекающиеся (почитать об этой тусовке можно, например, в «Повести о каменном хлебе», а послушать — например, в песнях Тэм Гринхилл). Также стоит отметить, что Сапковский одним из первых стал перекладывать в фэнтези сказочные сюжеты до того, как это стало штампом и является одним из немногих современных авторов в жанре славянского фэнтези, в чьём творчестве сложно найти пресловутые «гой-еси клюкву» и «камедь с медведями». В общем, цикл не зря стал культовым и по праву считается представителем классики жанра, достойным стоять в одном ряду с «Конаном-варваром» Говарда, «Элриком из Мелнибоне» Муркока, «Сломанным мечом» Андерсона и «Орденом Манускрипта» Уильямса. На русский язык большая часть саги была переведена еврейским переводчиком-полонистом Евгением «Добрым гномом» Вайссбротом, перевод известен своей художественностью, но не лишен ляпов и отсебятины[3], поэтому многие советуют читать цикл в оригинале. К недостаткам цикла следует отнести его некоторую затянутость, рваное развитие сюжета и неудачность образов некоторых важных для сюжета персонажей.

Суть[править]

Жил-был один фэнтези-мир. Обитала в нем цивилизация эльфов, дико угоревшая по магии и колдовству. Эльфы или, как они себя называли, Aen Elle — Народ Ольх, были воинственным народом и, найдя способ перемещаться между мирами, стали вторгаться в другие миры и совершать на них набеги за рабами и богатствами, а затем и походы за новыми территориями. Одним из миров, на котором обосновались захватчики, стал мир, на котором обитали два племени карликов[4]: краснолюды (типичные дварфы: суровые бородатые вояки и подгорные шахтёры и кузнецы) и гномы (маленькие волшебные человечки, искусные мастера-стеклодувы, ювелиры и оружейники[5]). Эльфы оттеснили карликов в горы и основали в этом мире свое королевство.

Ничего не предвещало остроухим беды, как вдруг в мире произошла вселенская катастрофа под названием Сопряжение Сфер. В миры эльфов хлынули орды чудовищ, а многие проверенные способы магии перестали работать, включая и технологию перемещения между мирами, скреплявшую эльфийские королевства в разных мирах между собой. Кроме того, в мир карликов попали люди, подразумевается, что с нашей Земли, поскольку латынь и французский в мире «Ведьмака» вполне существуют. Изначально эльфы, будучи великими воинами и могущественными волшебниками, не обратили на пришельцев внимания: ведь они не обладали ни силой краснолюдов, ни мастерством гномов, да и жили значительно меньше, чем представители племен карликов. Вместо этого они дали людям основать на незанятых землях свои королевства и даже согласились передать людским чародеям часть своих знаний о магии.

Куда большие силы эльфы устремили на восстановление технологии перемещения между мирами. Особенный интерес к этим исследованиям подогревало Пророчество Итлины[6], согласно которому мир карликов ожидал глобальный катаклизм под названием Белый Хлад, который мог закончиться для местной разумной жизни весьма печально. Ключевые работы ведуны (колдуны эльфов) вели в двух замках: Башне Чайки, где разрабатывалась евгеническая программа, способная в итоге получить местного Квисатц Хадераха, Дитя Старшей Крови, являвшегося колдуном невиданного могущества, и Башне Ласточки, в которой был создан портал в родной мир эльфов, который смогло бы открыть Дитя. В конечном счете от завершения программы их отделял один шаг: ведунья Лара должна была выйти замуж за ведуна Аввалак’ха и родить от него Дитя. Эльфы уже видели, как они открывают межпространственные ходы в родной мир и сбегают туда, оставляя тупых людишек и карликов помирать от Белого Хлада, но всех их планам не суждено было сбыться: Лара влюбилась в человека-чародея Крегеннана и сбежала из Башни Чайки. Эта любовь стала роковой не только для самих возлюбленных, но и для их народов: в поисках Лары эльфы натворили в людских королевствах немало мерзостей, и начался вооруженный конфликт, вскоре переросший в полномасштабную войну между людьми и эльфами.

Генетическая линия, над которой работали ведуны, однако, не прервалась: её следующим представителем стала дочь Лары и Крегеннана, удочеренная королевской семьей небольшого государства Цинтры, но так как Лара умерла от родов, итог евгенической программы был отсрочен на сотни лет. Война же продолжалась и после смерти Лары и Крегеннана: люди вторглись на территорию горных королевств карликов и в леса, в которых обитали ещё более древние расы: оборотцы и враны. Эльфы и карлики отважно оборонялись от врагов, но силы были слишком неравны: хотя люди и не могли похвастаться силой карликов или воинским мастерством эльфов, они были куда многочисленнее долгоживущих народов. Кроме того, эльфы редко укрепляли свои города и дворцы, на войне больше полагаясь на свои воинские и колдовские умения, чем на крепостные стены. После серии войн, эльфы сохранили только три королевства: Доль Блатанну и Синие Горы горных эльфов на севере и Нильфгаард чёрных эльфов на юге. Черные эльфы впоследствии смешались с человеческими обитателями юга, образовав нацию нильфгаардцев, основавшую одну из величайших людских империй, а вот горные эльфы севера оказались не слишком склонны к сотрудничеству с взаимно презиравшими их людьми. Карликам повезло и того меньше: им оставили небольшое горное княжество Махакам[7] остальные народы были загнаны в медвежьи углы или истреблены. Но большая часть потомков побежденных народов осталась на территории, занятой людскими королевствами. Там их в открытую считали людьми второго сорта и ущемляли в правах, поэтому они — и эльфы, и карлики, затаили на людей зло.

После победы над волшебными народами люди озаботились борьбой с чудовищами, заполонившими мир после Сопряжения Сфер. Наиболее глубоко в этом деле продвинулись чернокнижник Альзур и его ученики. Альзур был величайшим из людских чародеев: он знал самые страшные тайны черной магии, с помощью которых получил власть создавать и изменять жизнь по своему усмотрению. Пользуясь данной властью, он выводил новые виды чудовищ, ещё более кошмарные, чем те, которые встречались в природе. Однако больше всяких чудовищ Альзура интересовал вопрос улучшения человеческой природы. Он и его последователи разработали методику, позволявшую с помощью эликсиров и особых тренировок вырастить из человеческого ребенка сверхчеловека, обладавшего невероятными силой, ловкостью, живучестью и остротой чувств. После смерти Альзура от жвал его очередного чудовищного творения, ученики продолжили работу своего наставника и основали в старых эльфийских замках школы, в которых готовили из детей охотников на чудовищ, обучая их колдовству, воинскому искусству и биологии чудовищ и преобразуя их тела по альзуровской методике. Эти бойцы были названы ведьмаками и их появление переломило ситуацию в борьбе людей с монстрами: ранее чувствовавшие себя безнаказанно твари от вампиров до драконов вовсю творили беспредел, пользуясь относительной беззащитностью людских поселений и неприспособленностью простых воинов к борьбе с чудовищными врагами, то появлением ведьмаков представители нечистой силы начали нести тяжелые потери и были оттеснены в глушь. Наиболее пострадали крупные чудовища: тролли, великаны, драконы, мантикоры. Они были по большей части истреблены и затаились в глухих уголках мира, лишь изредка совершая налеты на людские поселения. Куда меньшие потери понесли более мелкие твари: кобольды, вурдалаки, кикиморы, ракопауки. Они ушли в леса и болота, на кладбища, в шахты и заброшенные подвалы и вершили свои кровавые дела, скрывшись от людских глаз. Наиболее же легко отделались те чудовища, которые могли маскироваться под людей, карликов или эльфов. Днем вампиры и оборотни были простыми (не)людьми, а ночью превращались в безжалостные машины убийства, опустошавшие деревни и державшие в страхе целые города. Так что даже спустя века[8] после основания школ для ведьмаков все ещё находилась работа. Всё бы было ничего, да только простые люди ведьмаков очень не любили[9], хоть те их и защищали.

Нечеловеческие способности ведьмаков пугали людей, а владение колдовскими искусствами вызывало суеверный ужас. Кроме того, будучи бесплодными и иммунными к венерическим заболеваниям, ведьмаки нередко вели распущенный образ жизни, а многие из них, будучи суперсоладатами, зарабатывали не только истреблением чудовищ, но и заказными убийствами и разбоем. Кроме того, разум некоторых ведьмаков не выдерживал магических процедур, нужных для превращения тела, и они становились опасными маньяками, убивавшими людей ради извращенной забавы. И даже самый благочестивый и адекватный ведьмак мог встретиться с ненавистью за то, что он якобы зарабатывал деньги на людских несчастьях. Говорили о них и то, что якобы они не убивают чудовищ, а всего лишь делают так, чтобы те на некоторое время затихли, а затем снова нападали на людей, чтобы у ведьмаков не перевелась работа. Кульминацией творившейся истерии стало сочинение анонимного колдуна[10] «Монструм или ведьмака описание», в котором ведьмаки были описаны, как кровожадные отморозки и маньяки, опасные для общества и мало чем отличающиеся от чудовищ, на которых они охотятся. Вскоре после выхода «Монструма» разъяренные толпы разгромили большую часть ведьмацких школ. Уцелел только замок Каэр Морхен — но и там больше не делают новых ведьмаков: последний из наставников, Весемир, ещё может учить боевым искусствам и монстрологии, но провести мутацию и сделать из ребёнка будущего ведьмака он уже не в силах.

События же самих книг посвящены приключениям одного из последних ведьмаков, Геральта из Ривии, на фоне приближения Белого Хлада и появления в королевской семье Цинтры Дитя Старшей Крови, княжны Цириллы Фионы Элен Рианнон, и охоты за ней, которую разворачивают люди и эльфы, помнящие о пророчестве и экспериментах ведунов многовековой давности.

Детали сеттинга[править]

Расы и народы[править]

Люди и их родственники[править]

  • Люди — полные аналоги земных, вероятно, их потомки, перебравшиеся в мир карликов благодаря Сопряжению Сфер. Почти все люди, появлявшиеся на страницах книг, принадлежат к белой расе, однако, существуют такие страны, как «арабский» Офир и «монгольский» Хаклэнд, а жители Зеррикании расовым типом, вероятно, напоминают индейцев (воительницы из свиты Борха называны смуглыми, но не чёрнокожими). Такие языки, как латынь и французский, людьми также не забыты несмотря на столетия отдельного от землян развития.
  • Гномы — народ карликов, считающийся аборигенным для мира, в котором происходит действие романа. Они невысокого роста и не выделяются мощным телосложением, но являются талантливыми ремесленниками и мастерами, создающими лучшее в мире оружие. Гномы составляют значительную часть населения подгорного княжества карликов Махакам, много их живет и на поверхности, где они часто работают в банках и ломбардах. Возможно, культурной особенностью гномов являются длинные и вычурные имена.
  • Краснолюды — ещё один народ карликов и второй по древности. Они несколько выше гномов и физически значительно сильнее эльфов и людей. Если гномы — лучшие ремесленники, то краснолюды — лучшие строители, шахтеры и металлурги, а также великие воины. Впрочем, оружие и доспехи, выкованные краснолюдами хоть и считаются хуже гномских, но котируются лучше всех остальных. Краснолюды составляют большинство населения подгорного княжества карликов Махакам, но ещё больше их живет в людских королевствах, где они работают ремесленниками, воинами, купцами и банковскими служащими. Имеют язык, похожий на идиш. В общем, эдакие местные евреи.
  • Низушки — третий народ карликов, низкорослые и крепко сложенные, хоть и не такие кряжистые, как краснолюды. Местные хоббиты: мирные селяне и купцы[11], по натуре не воины, но удивительно прыткие и безошибочно метают всякого рода сельхозорудия. Да и трусами их назвать нельзя: безоружный врач Русти Вандербек закрыл собой беззащитных раненых от ворвавшихся в госпиталь солдат врага (чуть позже он же остался бороться с чумой, лекарств от которой не было, и умер в заражённом городе, исполнив медицинский долг до конца), мирные селяне подручными предметами перебили напавшую на деревню вооружённую до зубов банду грабителей.
  • Эльфы — пришельцы из другого мира. Высокие, стройные и прекрасные, судя по неестественному строению зубов (отсутствие клыков), когда-то сами изменили свою физиологию с помощью магии. Эльфы не бессмертны, но живут очень долго (шестьсот лет для них — не самый преклонный и ещё довольно бодрый возраст, в котором ещё можно думать о зачатии детей), при этом стареют очень медленно, а взрослеют так же быстро, как и люди. Эльфы — великие воины и волшебники, в древности они мечом и магией покорили множество миров и совершали набеги даже на Землю, но Сопряжение Сфер отрезало их королевства в разных мирах друг от друга и они растеряли большую часть своего могущества. Язык эльфов, Старшая Речь, в книгах основан на гэльском.
    • Aen Elle, также Народ Ольх — эльфы из королевства в другом мире, где они победили и поработили другие народы. Они значительно выше и сильнее не только людей, но и своих родственников из мира карликов. К их числу принадлежат самые могучие чародеи — Ведуны и самые великие воины эльфийской расы — рыцари Дикой Охоты. Aen Elle до сих пор надеются вернуть технологию перемещения между мирами, чтобы вновь устремиться в чужие миры навстречу завоеваниям, славе и богатству.
    • Aen Sidhe, также Народ Гор — эльфы с севера мира карликов. Они в значительной степени смешались с людьми, из-за чего ниже, слабее и живут меньше, чем их родственники из мира Ольх. Когда-то они владели большей частью мира, но появление более многочисленных людей свело на нет их владычество. Из всех Старших Народов эльфы мира карликов влачат наиболее жалкое существование, медленно вымирая, но отказываясь интегрироваться в людское общество. Они не растеряли воинственного духа предков, но уже не помышляют ни о каких завоеваниях, а просто хотят встретить смерть достойно.
    • Dhu Seidhe, также Чёрные Эльфы — эльфы с юга мира карликов, потомки изгнанников с севера. Их потомками являются люди Нильфгаарда и несколько проживающих на территории Нильфгаардской Империи племен, из которых известны Лесные Эльфы, упомянутые как родное племя разбойницы Искры.
    • Кроме того, нильфгаардцы и жители островов Скеллиге, хоть и являются людьми, имеют в себе повышенную долю эльфийской крови и разговаривают на своих диалектах Старшей Речи.
  • Нимфы — ещё один Старший Народ, появились в мире карликов раньше людей. Поголовно женщины, размножаются только от связей с мужчинами других человекоподобных рас, при этом мальчики от таких связей не рождаются. Наиболее важны для сюжета дриады или духобабы, часто упоминаются русалки.

Прочие[править]

  • Враны — зеленокожие гуманоиды с огромными красными глазами. Появляются вживую в «Дороге без возврата», упоминаются в одной из повестей «Меча Предназначения» и во второй игре. В играх представлены как цивилизация антропоморфных рептилий.
  • Оборотцы — уродливые карлики, поросшие косматой шерстью. Появляются вживую в «Дороге без возврата», в основной саге только упоминаются. Считается, что они похожи на антропоморфных бобров.
  • Дауки, вожгоры, детолаки — древние нечеловеческие цивилизации, уничтоженные людьми или эльфами в незапамятные времена. Некоторые колдуны изучают их культурное наследие. Упоминаются в рассказе «Меньшее зло».
  • Водяные и сирены — не путать с русалками! Рыболюди, отчасти напоминающие лавкрафтовских Глубоководных, имеющие свою подводную цивилизацию с городами и королевствами. Появляются в повести «Немного жертвенности», а их пресноводные родственники — в первой игре.
  • Огры, тролли, кобольды, накеры — уродливые и злобные гуманоиды звероподобной внешности. Тролли периодически появляются на страницах книг, хотя больше упоминаются, огры только упоминаются, с огромным кобольдом-«гоблинаем» Геральт сталкивается в последней книге, а накеры встречаются только в играх, но похожи на книжных кобольдов.
  • Лешие — два принципиально разных вида существ. Одни — козлоногие и рогатые гуманоиды, незлые, но редкостные раздолбаи, развратники и придурки, другие — древолазающие хищники, которые не прочь закусить человечьим мясом.
  • Вампиры — так называемые высшие вампиры — разумные оборотни, имеющие два облика — гуманоидный и нетопыриный. В эту категорию входят такие создания как муля, брукса, альп, катакан и носферат. Большинство из них владеет псионическими способностями, нуждается в крови для пропитания и боится серебра, но не солнца. Особняком стоят собственно высшие вампиры[12]  — эти не нуждаются в крови для пропитания, она для них скорее наркотик, и боятся только могущественных магов и других высших вампиров, так как обладают феноменальной регенерацией. Из персонажей книги, принадлежащих к кровососущему племени наиболее важны брукса Вереена — антагонистка рассказа «Крупица истины», и высший вампир (носферат?) Регис — один из спутников Геральта в романах. Также вампирам посвящено дополнение «Кровь и вино» третьей части игры, в котором представители регисова племени как две капли воды похожи на насуверсовких Истинных предков.
  • Золотые драконы — в отличие от остальных драконов, в лучшем случае полуразумных, эти обладают настоящим разумом, не уступающим человеческому, и могущественными колдовскими и псионическими способностями, позволяющими им принимать облик других существ, в том числе гуманоидов. В книгах их штатным представителем является знакомый Геральта Виллентретенмерт, он же рыцарь Борх Три Галки, в играх — предводительница крестьянского восстания Саския.

Организации и институты[править]

Магические и околомагические[править]

В отличие от многих миров, где магом, так или иначе, можно только родиться и если ты не маг, то, сколько ни учи заклинания, даже простенький приворот не наведешь, в мире «Ведьмака» магия в принципе доступна всем желающим, единственное что нужно — это упорная учеба и наличие денег на дорогие ингредиенты, но последние нужны далеко не каждому, хотя настоящих вершин магии без них не достигнешь[13]. Волшебство основано на преобразованиях стихийной энергии, которую колдуны добывают в интерсекциях, в желаемые чародею физические или мистические эффекты. В зависимости от знаний, могущества и цели мага добиться преобразования можно с помощью амулета, заклинания, жеста или же простым усилием воли. Собственно, магия как наука здесь и занимается вопросами способов этих самых преобразований. В самом низу иерархии колдунов стоят псионики — люди, имеющие слабые природные способности, позволяющие им небольшие трюки вроде чтения или трансляции мыслей. Любой тренированный волшебник умеет все, что могут делать псионики, причем намного лучше из самих. Несколько выше стоят ведьмаки, знахари, шептуньи и ведьмы — они обучены некоторым колдовским трюкам, но для настоящих чародеев ведьмацкие Знаки и знахарские заговоры — что ярмарочные фокусы. Люди, достаточно знакомые с магией, чтобы заниматься чем-то серьезнее, называются колдунами-любителями. Но истинными мастерами волшебства все же являются профессиональные чародеи. Последние принимают эликсиры, увеличивающие их магические способности, но отравляющие их организм, так что большинство настоящих волшебников и колдуний совершенно бесплодны. Наконец, есть люди, от рождения имеющие магические способности огромной силы. Их называют Истоками и они способны черпать колдовскую силу не из природы, а из самих себя. Сейчас их по возможности пытаются обучать магии вне зависимости от происхождения, но в былые годы волшебники охотились на Истоков, чтобы использовать их как живые батарейки для своих заклинаний и ритуалов. К Истокам относятся многие чародеи эльфов, а сильнейшим из них является Дитя Старшей Крови. Наиболее известна магия людей и эльфов, но нигде не сказано, что карлики не могут быть магами.

  • Ведьмаки — мутанты, созданные чернокнижником Альзуром как бойцы, способные на равных противостоять чудовищам. Обучение ведьмаков проводилось в старых эльфийских замках, в которых детей, отобранных у родителей по Праву Неожиданности, обучали владению оружием, наукам о чудовищах и проклятиях и некоторым простым магическим трюкам, известным как Знаки, постепенно изменяя их тела с помощью магических трав, эликсиров и вирусов. В результате любой ведьмак обладает сверхчеловеческими силой, ловкостью и реакцией, развитым ночным зрением, устойчивостью к ядам и многим болезням, включая венерические, а также может применять некоторые простые заклинания, для которых хватает одного лишь жеста и усилия воли — Знаки. Как и профессиональные чародеи, ведьмаки бесплодны из-за отравления организма эликсирами. Так как ведьмаки не умеют самостоятельно добывать колдовскую силу из интерсекций, в качестве её источника они используют особые медальоны. В экипировку ведьмаков входят медальон, два меча — стальной и серебряный, как правило, гномского или краснолюдского производства, и набор эликсиров, зачастую опасных для здоровья обычных людей, также некоторые ведьмаки используют кинжалы, а Геральт в первом рассказе владел серебряным «молотом-метеором» на манер бельмонтовского кнута. Помимо Школы Волка в Каэр Морхене, существовали и другие Школы, например Школа Кота, как говорят основанная эльфийскими учениками Альзура — она была известна тем, что в ней на обучение брали женщин и эльфов, но потом приобрела печальную славу из-за того, что мутации, проводимые в этой Школе, необратимо калечили психику ведьмаков, вследствие чего многие её представители становились опасными маньяками. В романах упоминается также Школа Грифона, а в играх — Школы Змеи и Медведя. Из персонажей-ведьмаков помимо Геральта известны его наставник Весемир, товарищи по школе Волка Эксель и Ламберт, ведьмаки школы Кота Брэен и Койон (некоторые фанаты причисляют к этой школе ещё и Лео Бонарта — у него действительно есть медальон школы Кота и он известен своими жестокостью и невероятными фехтовальными способностями), в играх также появляется ведьмак школы Змеи Лето из Гулеты и ещё несколько ведьмаков из известных школ. Несмотря на то, что ведьмаки создавались как охотники на чудовищ, многие из них не слишком щепетильны и принимают заказы и на людей, а особо опустившиеся не брезгуют и разбоем. Кроме того, некоторые ведьмаки совсем уходят из ремесла, становясь солдатами, телохранителями, а то и торговцами. Таких отступников коллеги по цеху презирают и ведьмаками не называют.
  • Чародеи — профессиональные юзеры колдовства. Учатся в двух школах — женской Аретузе и мужском Бан Арде, после чего отправляются в свободное плавание. Большинство колдунов занимается медициной и трясет деньги с богатых клиентов за аборты, контрацептивные зелья и афридизии, за что волшебников сильно не любит Церковь и всячески порывается их уничтожить. Надо сказать, абсолютно заслуженно: 95 % чародеев — абсолютно безнравственные сволочи, презирающие всех, кто не вхож в их круг, беззастенчиво манипулирующие людьми, трахающие все, что движется и проводящие жестокие и аморальные эксперименты над людьми. Ни один волшебник не остановится перед тем, чтобы укрощать могущественного джинна в центре населенного города, ни один волшебник не осудит своего собрата, промывающего людям мозги с помощью телепатии и те из них, кто ещё не призывают демонов, делают это исключительно из страха за свою шкуру. Помимо этого, большинство колдунов обладает невероятной жадностью и властолюбием, из-за которых они готовы убивать кого угодно. Но таковых всего 95 %. Из оставшихся пяти процентов два — наглухо отбитые маньяки, у которых то, что у «нормальных» чародеев в голове, не то, что на языке — они этим вовсю занимаются. Это, например, такие интересные люди как Альзур, Ортолан и Вильгефорц. Еще два — полусумасшедшие фантазеры, вроде Доррегарая или Стрегобора, с пеной у рта защищающие вымирающих чудовищ от истребления, но абсолютно глухие к человеческим страданиям. Но ведь остается ещё один процент (относительно) нормальных людей, да? У Геральта есть много знакомств в среде чародеев, но, пожалуй, ни одно из них нельзя назвать приятным, даже если учесть, что именно к «славному» чародейскому племени принадлежит большинство его девушек.
    • Нильфгаардские волшебники — все вышесказанное относится только к колдунам Северных Королевств — поголовно находящиеся на государственной службе чародеи империи Нильфгаард — куда более адекватные люди.
  • Друиды — братья чародеев по ремеслу, но, к счастью, не по разуму. Большинство из них сидит себе по лесам, молится на священные дубы и рассуждает о гармонии в природе, не трогая остальных людей и даже не залезая в политику. В сюжете важен один друид — близкий друг Геральта Мышовур с островов Скеллиге.
  • Ведуны — эльфские маги. Когда-то были лучшими колдунами в мире, но затем сдуру обучили некоторых людских волшебников своим трюкам, с чего могущество эльфов и пошло на убыль. Среди ведунов есть как приличные люди, вроде Лары Доррен, так и полные аналоги волшебников Севера, коварные, надменные и безжалостные.

Религиозные[править]

  • Культ Вечного Огня — главная религия жителей Северных Королевств. Ее служители почитают Огонь, лежащий в основе мира и жизни и защищающий человечество от буйств природы. Во главе культа стоит новиградский иерарх, ему подчиняются наместники культа в других странах, им — рядовые священники, а священникам помогают монахи. Священное Писание культа — Хорошая Книга, написанная пророком Вечного Огня Лебедой. Огнепоклонники проповедуют то, что в нашем мире проповедуют христиане в их наиболее фанатичных итерациях, поэтому среднестатистический служитель культа — буйный храмовник и борец за нравственность. Из-за этого культ находится на ножах с чародеями[14], так как они не только ведут неподобающий по мнению священников образ жизни, но и склоняют к нему других, торгуя контрацептивами и за деньги прерывая беременности. Культ является крайне воинственной организацией и имеет боевое крыло, сменившее три названия:
    • Орден Белой Розы — первый из воинствующих орденов, посвященный охране паломников и церковного имущества. На момент действия саги сильно прогнил и начал принимать новых членов лишь за щедрые взносы, из-за чего превратился в кучку богатых бездельников в алых плащах, обладающих огромным гонором. Не стеснялись его рыцари и работать на светских владык. Эпизодически появлялись в книжной саге. Стоит отметить, что в самом Новиграде защитой церковного имущества занимаются не они, а солдаты храмовой стражи, так что вероятно, что церковники не очень доверяют своим рыцарям.
    • Орден Пылающей Розы — в конечном счете, очередному Великому Магистру надоел весь происходящий в Ордене цирк, и он распустил Орден Белой Розы, создав вместо него Орден Пылающей Розы. В него вошли только по-настоящему достойные члены предыдущего Ордена, а новые кандидаты стали проходить жесткий отбор. Этот орден стал выполнять работу медленно исчезающих ведьмаков — заниматься истреблением чудовищ. Во время войны с Нильфгаардом его рыцари отважно сражались на передовой, но безумный король Радовид предал их и отобрал у обескровленного Ордена земли. Большинство бывших членов Ордена стали охотниками на колдуний. Появлялись в первой и второй частях игры. В дополнении к третьей части «Каменные сердца» Геральт может встретиться с остатками Ордена. В попытках сохранить существования Ордена, они стали бандитами.
    • Охотники на колдуний — так как колдуны никогда не пользовались в народе популярностью, против них часто проводились погромы. Конечно, простые толпы с топорами и вилами ничего не могли противопоставить могущественным волшебникам, да и власти до определённого момента были скорее на стороне чародеев. Все изменилось, когда король Радовид официально объявил в стране охоту на ведьм. Церковь откликнулась на его призыв и, вооружив толпы погромщиков и назначив рыцарей Пылающей Розы офицерами, они преобразовали Орден в армию охотников на колдунов и чародеек. Маги, сильные только против беззащитных, не смогли ничего противопоставить волне народного гнева, усиленной армейскими оружием и организацией, поэтому те из них, кто не погибли во время погромов и не были казнены церковниками, бежали в подполье быстрее собственного визга. Туда им, собственно говоря, и дорога. К сожалению, помимо колдунов жертвами погромщиков стали и вполне безобидные алхимики и травники. Впрочем, многие отряды охотников действуют и в сельской местности, отважно сражаясь с чудовищами, заполонившими страну после войны. В отличие от преимущественно мужских воинствующих орденов, в охотники за колдуньями принимают и девушек, готовых держать оружие и сражаться со сверхъестественными ужасами, угрожающими человечеству. Появлялись только в третьей игре.
  • Культ Мелитэле — культ, почитающий богиню жизни и плодородия Мелитэле, покровительницу лекарей, матерей и землепашцев. В отличие от мрачных служителей Вечного Огея, которых хлебом не корми, дай только кого-то сжечь или что-то запретить, приверженцы этого культа куда более благостны и правила, ограничивающие его жрецов и жриц, носят в основном этический, а не моральный характер. Служат богине в основном женщины, работающие травницами, лекаршами, служащими госпиталей. Геральт имеет близкие контакты с одним из «монастырей»[15] Мелитэле и его настоятельницей Нененэке.
  • Культ Львиноголового Паука — если адепты Вечного Огня — местные христиане, а служители Мелитэле — язычники, то слуги Львиноголового Паука — типичные мрачнушные сатанисты. Так как в своих обрядах они задействуют оргии и человеческие жертвоприношения, а жрецы этого культа не брезгуют и черной магией, то во всех цивилизованных странах он запрещен, а за членство в нем можно угодить на костёр. Раубриттер Нивеллен («Крупица Истины») в юности по дури ограбил храм Львиноголового Паука и изнасиловал одну из жриц, которая и наложила на него проклятие, превратившее его в полузверя. В первой части игры Геральт может попасть в склеп культа, найдя у мёртвого рыцаря ключ и записку. Увы, это скрытый (а возможно, просто недоработанный) квест, поэтому склеп практически не отличается от обычной канализации, а встречаемые там культисты — от бандитов-оборванцев. Также к сему культу принадлежит милая в принципе знахарка Абигайл из той же первой части, но от мейнстримных культистов категории «Кровь Львиноголовому Богу!» она отличается не меньше, чем хиппующий неоязычник от фанатика-родновера, жгущего церкви.

Политические[править]

  • Скоя’таэли, они же белки — вооруженные шовинисты от Старших Народов. Считают людей низшей расой и хотят «сбросить их в море», чтобы вернуть себе исторические земли. В организации состоят в основном эльфы, хотя есть в ней и краснолюды с низушками. Во время войны Севера с Нильфгаардом поддержали нильфов, а их лидер Исенгрим Фаольтиарна даже получил в нильфгаардской армии генеральское звание и командование бригадой легкой кавалерии «Врихедд», состоявшей из прошедших подготовку в Империи скоя’таэлей. В время войны как врихеддовцы, так и рядовые «белки» прослыли жестокими и беспощадными отморозками даже на фоне нильфгаардцев, поэтому их как военных преступников выдали правительствам Северных Королевств после подписания мирного соглашения. В играх выяснилось, что некоторым удалось избежать правосудия и продолжить творить свои злодеяния и после войны, но Геральт может это исправить.
  • Стражи Пущи, они же Лесняки — вооруженные людские шовинисты. От скоя’таэлей отличаются только формой ушей — в остальном это такие же злобные садисты и убийцы.

Тропы, сюжетные ходы, амплуа[править]

  • Алхимия — в основном играет роль супер-фармацевтики, позволяющей создавать эликсиры, мази и яды с волшебными свойствами. Главные герои — ведьмаки, тоже являются продуктами алхимии, так как создаются из простых смертных с помощью Испытания Травами. Алхимичка Трисс Меригольд — одна из близких друзей (и эпизодическая любовница) Геральта.
  • Анахронизм — в одном временном промежутке спокойно сосуществуют острова Скеллиге (культура Эпохи Викингов), Северные Королевства (Восточная Европа 13-14 веков), княжество Туссент (Франция времён Столетней Войны) и Империя Нильфгаард (Европа Эпохи Возрождения). Проблематика намекает также на Вторую Мировую и межвоенный период (тот же лозунг «Эльфов в резервацию» неиллюзорно намекает на лозунг польских ура-патриотов «Евреев на Мадакаскар»), научные понятия взяты вообще из второй половины двадцатого века.
  • Антигерой — Цири, Йеннифэр, Кагыр, Мильва, Лютик, Дийкстра. Геральт пытается выглядеть таковым, но слишком уж правильный.
  • Антизлодей — Эмгыр вар Эмирейс, конечно, сволочь и наворотил дел не меньше, чем полное чудовище Вильгефорц, но не лишен принципов и благородства, да и мотивы у него скорее благонамеренные.
    • Его оппонент Стефан Скеллен. Интриган, заговорщик и сообщник Вильгефорца, но тоже с вроде бы благородной целью: преобразованием Империи из абсолютной монархии в аристократическую республику.
    • На тормозах, Лео Бонарт. Тот ещё отморозок, но необычно принципиальный и в храбрости ему не откажешь.
  • Антисказка — ряд новелл из «Последнего желания» и «Меча предназначения» явлется переделками известных народных и авторских сказок на фэнтезийный лад. Собственно ведьмак в фольклоре тоже защищал людей от нечисти и злых колдунов, но делал это скорее мистически, чем грубо-зримо. А теперь сравните с уберзольдатом Геральтом, шинкующим упырей на ленточки своим посеребреным мечом и кастующим заклинания Знаки с рук.
  • Армия из одного человека — сам Геральт, косящий вражин пачками. Впрочем, от ударов ржавыми вилами в спину никто не застрахован.
  • Банда маргиналов — отряд Геральта включает в себя ведьмака (самого Геральта), барда (Лютика), браконьерши и бывшей пособницы скоя’таэлей (Мильвы), неудавшегося нильфгаадского спецслужбиста (Кагыра) и высшего вампира (Региса). Ближе к концу к отряду к тому же пристает юная бандитка Ангулема.
  • Бой-баба — Мильва, Мистле, Искра, Райла, но Цири впереди планеты всей.
  • Вам террористы, нам партизаны — для людей и многих городских эльфов и краснолюдов скоя’таэли — тупые отморозки и пушечное мясо Империи. Для эльфов Синих Гор и Доль Блатанны, а также некоторых нелюдей из Северных Королевств — отважные борцы за свободу Старших Рас. Для имперцев — полезные идиоты, которых можно использовать, а потом выбросить.
  • Вдохновенная речь — «То, что на нас прет, называется бригада „Наузикаа“ и Седьмая Даэрлянская, известные боевые, прекрасно выученные воины! Их не испугаешь! Их не победишь! Их надо поубивать!»
  • Великолепный мерзавец — Сигизмунд Дийкстра, хотя он не мерзавец, а скорее антигерой.
    • Вильгефорц из Роггевеена не менее эпичен, а учитывая масштаб своих планов — даже более.
  • Викинги — жители островов Скеллиге. Определенные черты викингов имеют и эльфы Народа Ольх и, предполагается, изначальная эльфская культура.
  • Военный социопат — вся имперская армия полнится отморозками всех мастей, но особенно отличились на поприще военных преступлений эльфская бригада «Врихедд» (эх, не дают воинам Aen Sidhe покоя лавры Дикой Охоты!) и геммерийские умиротворители — формирование, участвовавшее в кровавом подавлении восстания в Назаире.
  • Воинствующая церковь — Церковь Вечного Огня имеет на службе полки храмовой стражи и рыцарско-монашеский орден Белой Розы.
  • Всеобщий язык — на Севере во всех государствах пользуются одним и тем же языком. Слово Божие гласит, что даже многие нечеловеческие народы (краснолюды и гномы, к примеру) даже между собой пользуются всеобщим, забыв родные языки. По сути, в мире «Саги» распространены только два языка — всеобщий и Старшая Речь (в виде диалектов эльфов, Нильфгаарда, Скеллиге и т. д.).
  • GAR — сам Геральт является таковым и старается воспитать таковую из Цири. Из спутников Геральта ГАРной можно считать профессиональную охотницу Мильву Барринг.
    • В качестве резидентного «злого ГАРа» — псих-наёмник Лео Бонарт, совершенно бесстрашный и безжалостный человек, интересующийся только сражениями и кровопролитием. Бывший ландскнехт, на старости лет переквалифицировался в охотника за головами.
    • Золотое трио крутых краснолюдов: капитан герцогской стражи Деннис Кранмер, разбойник с большой дороги Золтан Хивай и бывший охотник на драконов (и действующий каэдвенский спецслужбист) Ярпен Зигрин.
  • Герой-прагматик — Геральт.
  • Главный гад — Вильгефорц.
  • Добро — это паршиво — за спасение жителей города от агрессивной банды убийц Геральт получил прозвище «Мясник из Блавикена», вы о чем вообще?
  • Замена огнестрела — известна марка миниатюрных арбалетов «Гавриил» (а’ля реальные охотничьи), рекламировавшаяся производителем как отличное оружие для самозащиты от преступников (по иронии судьбы, сами преступники и стали основными покупателями этих арбалетов). Отсылка к современной оружейной проблематике очевидна.
    • Там же есть и магические артиллерийские орудия, разгоняющие снаряд телекинезом, правда, по отзывам солдат, скорее эффектные, чем эффективные.
  • Зло в промышленных масштабах — для завхоза имперской армии Питера Эвертсена сожженные города, горы трупов и угнанные рабы — это прежде всего логистика и тонны бумажной работы.
  • Злодей с хорошей репутацией — Вильгефорц до Таннедского путча имел славу героя войны с Нильфгаардом, поэтому никто не ожидал, что именно он окажется инициатором проимперского заговора в Капитуле.
    • Эббингский купец Хувенагель, держатель арены для гладиаторских боёв и любитель схем по уклонению от налогов, имеет в Империи репутацию кристально честного предпринимателя-филантропа.
  • Избранный — Цири, Дитя Предназначения. Ещё больше — её предполагаемый сын, но ни Ауберону, ни Эредину, ни Эмгыру такового произвести на свет не удалось.
  • Инцест — король Темерии Фольтест в юности спал с собственной сестрой, в результате чего родилась принцесса Адда. А потом Острит её ещё и проклял.
    • Эмгыр ради получения идеального носителя Старшей Крови в наследники, хотел взять в жены свою дочь Цири. Геральту удалось пробудить в Императоре совесть.
  • И.О. героя — рассказ «Предел возможностей» — ВСЕ охотники на дракона. Рыцарь Эйк считает себя странствующим героем, сражающимся с чудовищами не за деньги, а за идею — и некоторое время успешно был таковым, но встреча с золотым драконом оставила его с перебитыми ногами. Сапожник Козоед возомнил себя персонажем народной легенды про хитроумного мужика, побеждающего чудовище после того, как благородные господа обломали об него зубы — и у него это почти получается, но в решающий момент на сторону дракона встает ранее нейтральная магичка. Наконец, рубайлы из Кринфорда и краснолюды Ярпена Зигрина видят себя героями плутовского романа про лихих наёмников, которым никакой дракон нипочем — но тот с легкостью разделывает их по одному. Настоящий же главный герой — ведьмак Геральт, который на драконов вообще не охотится из принципа.
  • Искусный государь — Эмгыр являет мобой деконструкцию образа. Со стороны он кажется крутым, дальновидным и вообще чуть ли не гениальным госуларственным деятелем, но если подумать… Послал молодого рыцаря с нулевым опытом, с характером из категории «Мне бы саблю да коня да на линию огня», с наивно-романтическим мировоззрением на важнейшее задание по поимке княжны Цинтры[16]. Доверился колдуну, зная, что тот в курсе, что в Империи вольных и гордых чародеев не жалуют. Подчиненные сего «искусного Императора» тоже никакого доверия не внушают. Начальник разведки — некомпетентный идиот, выбалтывающий планы своей любовнице, которая по стечению обстоятельств является ученицей якобы верной и покорной Императору нильфгаардской магички, тайно работающей на Ложу. Начальник гэбни — предатель, строящий планы по превращению Империи из монархии в аристократическую республику. «Молодые и талантливые» генералы, которых он поставил на место репрессированных «старых пердунов из Генштаба» либо тайные предатели, либо трусы. В общем, неудивительно, что Эмгыр проиграл две (в играх может проиграть и третью) войны с отсталыми Северными Королевствами и в двух из трёх вариантов был зарезан собственными придворными.
  • Колдун и воин — любой ведьмак. Колдуны из ведьмаков, конечно, посредственные, но воины — одни из лучших.
    • Вильгефорц из Роггевеена — бывший солдат, к тому же обладатель алхимически усиленного тела. Неудивительно, что когда он первый раз встречается с Геральтом в поединке, он легко побеждает ведьмака, а в следующий раз, чтобы победить, ведьмаку приходится прибегнуть к магии иллюзий.
    • Йеннифэр. Перехватывая группу наёмников, пытавшихся похитить и допросить Лютика, продемонстрировала одинаковое владение как магией, так и банальным ножевым боем.
    • На тормозах Истредд. Хоть на дуэль с Геральтом и идёт не драться, а умирать, подставившись под ведьмачий меч (Йеннифэр, в которую он тоже влюблён, бросила не только нового любовника Геральта, но и старого Истредда, жить ему совершенно неохота, но и кончать с собой нехорошо — и он надеется, что ведьмак станет его палачом), но фехтовать, пусть и не на ведьмачьем уровне явно умеет: во всяком случае, упоминается, что меч у него прекрасной работы и лёгкий — то есть как раз подходящий для поединка с ведьмаком, где всё решает не сила удара, а скорость.
  • Крутой — вагон и маленькая тележка таких: все же героико-эпическое фэнтези:
    • Крутой дедуля — Бонарт. В свои преклонные года разделался с отрядом опасных разбойников (состоявшим из шестерых здоровых крепких ребят раза в четыре его моложе и одной вечно юной эльфки), как с шайкой дворовой гопоты, а потом — не менее легко — и с молодым рыцарем с двуручным мечом и в полной броне. Мораль проста — не шутите с ландскнехтами-ветеранами, даже похожими на тощих, как палка, старых хрычей.
    • Крутой ботан — половина чародеев. Круче всех Вильгефорц: усевшись за парту уже в зрелом возрасте, стал членом Капитула, одним из лучших магов Севера и угрозой номер один, не достигнув и сотни лет. Для колдуна — своеобразный рекорд. Что же до боевой крутизны — стал достойным противником ведьмаку, до этого пустившего на фарш несколько десятков профессиональных солдат — как эльфов-партизан, так и гвардейцев Дийкстры. При этом в бою с ведьмаком использовал в качестве оружия банальный железный лом, переломав Геральту немало костей (последствия травмы колена преследовали ведьмака до конца жизни).
      • Альзур был ещё ботанистее и ещё круче — достаточно сказать, что он создал ведьмаков. Но на момент действия саги давно умер.
      • Любой ведьмак. Без обширных познаний в зоологии, алхимии, ботанике, оккультизме и медицине быть профессиональным убийцей чудовищ нереально. Геральт даже читал лекции в Оксенфурте — наверняка по биологии монстров. И в ней он разбирается получше многих профессиональных учёных.
      • Регис. Этот — ботаник в самом буквальном смысле слова — травник и аптекарь. Что же до крутизны — он бесстрашный высший вампир со всеми вытекающими… но и в чисто научных делах тоже крут до невозможности (иногда складывается ощущения, что нет таких вопросов, в которых Регис бы не разбирался — от математики до геральдики, включая приготовление великолепного самогона из смертельно ядовитых мандрагор).
    • Крутой падре — святой отец Крепп, каноник церкви Вечного Огня в Ринде и чародей, могуществом на голову превосходивший Йеннифэр.
    • Крутая принцесса — Цири, Цири, ЦИРИ.
    • Крутой фехтовальщик — любой ведьмак по определению. Чудовищные по меркам людей сила, скорость, реакция и выносливость превращают даже не принимавшего эликсиров-стимуляторов ведьмака в настоящую машину смерти. О великолепной фехтовальной подготовке и огромном опыте боев (ведьмаки фактически бессмертны) и речи нет.
      • Охотник за головами Лео Бонарт, впрочем, смеется над идеей непобедимости ведьмаков для нормальных людей — за свою карьеру охотника за головами они три раза встречался с ведьмаками-ренегатами и все три раза вышел из боя победителем. Магии, кстати, никогда не учился и алхимических стимуляторов не употребляет.
      • Вильгефорц. С помощью лома и такой-то матери вынес Геральта на пинках, не прибегая ни к какой магии.
  • Культурный шаблон: в изобилии. Редания явно отсылает к Польше, её главная соперница Темерия — вероятно, к Венгрии, Аэдирн выполняет роль Чехии, острова Скеллиге похожи на заселенные скандинавами острова в Балтийском море, Туссент с его странствуюшими рыцарями и трубадурами похож на Францию, а владеющий им Нильфгаард — на Византию, если бы она восстановила былое могущество Рима. В свою очередь, северные провинции Империи отсылают к Сербии и Румынии. Эльфы напоминают кельтов, а краснолюды (местные дварфы) — евреев и швейцарцев.
  • Леди-воительница — Мэва и Калантэ, королевы Ривии и Цинтры соотвественно, во время войн с Империей сражавшиеся в первых рялах своих войск.
    • Любая чародейка по определению. Исключения вроде сугубо мирной Марти Содергрен, крайне редки.
  • Люди-плюс — собственно, ведьмаки, да и многие чародеи не отстают. Хотя больше всего под троп подходят эльфы — если ведьмаки и маги — скорее транслюди, заточенные под определенную функцию: борьбу с чудовищами или использование магии, и абсолютно бесплодные, то эльфы — целый народ людей-плюс. Увы, часть «магически индуцированного бесплодия» передалась и им: они крайне неплодовиты, а их репродуктивная система стареет значительно быстрее остального организма.
  • Маг — здесь эта публика называется чародеями. См. Сага о ведьмаке#Организации#Магические и околомагические.
  • Маг-недоучка — самоуверенный мерзавчик и лакей Вильгефорца Риенс, в юности исключенный из школы в Бан Арде за воровство у других учеников.
    • Вообще колдунов-недоучек на Континенте много: магии-то может научится каждый желающий, были б деньги на обучение и мозги на обучаемость. Вылетевших из школ за неуспеваемость или нарушения устава с радостью подбирают спецслужбы: недоучки куда сговорчивее гордых чародеев, привыкших видеть себя не подчиненными, а равноправными партнёрами своих нанимателей. Впрочем, нередко недоучки оседают и у полноценных магиков в качестве личных учеников и ассистентов.
    • Ведьмаки, в принципе, тоже считаются: чародеи-наставники обучали их в школах простейшим заклинаниям-Знакам, но, не желая плодить для своих коллег конкурентов, не давали своим ученикам ничего больше. О ведьмаках, решивших таки сесть за парту в Бан Арде, чтобы доучиться магии, история умалчивает.
  • Магический конструкт — бегло упоминавшиеся големы. В игре против одного из них придется драться. Также герои сталкиваются и с дубочудом друидов, к счастью, без последствий.
  • Магический университет — женская школа в Аретузе и мужская в Бан Арде готовят новых магиков для Севреных Королевств. В Империи тоже есть какая-то академия чародеев, но про неё мало что известно.
  • Меркантильный герой — услуги ведьмака — весьма дорогое удовольствие, на которое нередко скидываются всей деревней. Впрочем, и ремесло ведьмачье тоже требует больших затрат: хорошее оружие и ингридиенты для эликсиров стоят немалых денег, и не у всех есть такие друзья, как у Геральта, способные одолжить меч как Золтан Хивай или поделиться зельями как монастырь Мелителе в Элландере.
    • Другие охотники на монстров не отстают по меркантильности — и тоже перебиваются с хлеба на воду лебеды на сусликов. Рубайлы из Кринфирда и банда Ярпена Зигрина как эталон наёмников-оборванцев, истребляющих монстров за еду. Неудивительно, что Зигрин со своими друзьями-краснолюдами ушёл на королевскую службу — там и платят лучше, и с драконами не встречаешься.
    • Единственный не меркантильный борец с чудовищами — Эйк из Денесле, но он рыцарь, живущий за счет деревни с крепостными и может себе позволить бескорыстные подвиги «за идею». Да, по иронии судьбы самый бескорыстный из охотников — самый богатый.
  • Меч — это героично — казалось бы, как ведьмаки охотятся с мечами на таких огромных монстров, как грифы, тролли или мантикоры, если меч — оружие, рассчитанное на максимальное противодействие гуманоидному противнику примерно человеческих габаритов? Тем не менее — стальной и серебряный клинки — такой же символ ведьмачьего ордена, как и амулет со звериной головой.
  • Навозные века — грязь, вонь, кровь, болезни и дикие порядки как неизбежные спутники Средневековья и Эпохи Возрождения тут присутствуют во всей красе.
  • На тебе! — раздел Аэдирна Каэдвеном и Нильфгаардом — издевательский намек на раздел Чехословакии Германией и Польшей в 1938 году и Польши Германией и СССР в 1939-м. В пользу последней версии свидетельствует то, что в ходе Второй Северной войны именно Каэдвен (наравне с Темерией) был основной ударной силой антинильфгаардского союза северных королевств, в пользу первой — фраза короля Темерии Фольтеста, вернувшегося с переговоров с Нильфгаардом по поводу Аэдирна: «Скажете, что я принес вам мир» (в нашей истории эту фразу произнёс вернувшийся с переговоров с Гитлером по поводу захвата Чехословакии премьер-министр Великобритании Чемберлен).
    • В образе наивно-тупых отморозков-шовинистов скоя’таэлей, шестерящих на относящуюся к ним, как к пушечному мясу, империю Нильфгаард, легко угалдвается польское отношение к формированиям украинских националистов: мельниковцев и бульбовцев, во время войны сотрудничавших с немцами. Набранная из них бригада «Врихедд», не снискавшая воинской славы, но прославившаяся кровавыми военными преступлениями — злая пародия на дивизию при СС «Галичина», набранную немцами из украинцев восточной Польши.
    • Впрочем, выдача офицеров «Врихедда» на суд и казнь Северным Королевствам после войны — уже намёк на (весьма подлую) выдачу западными союзниками прогерманских казаков в Лиенце и Юденбурге советскому правительству.
  • Опосредованная передача ругательств — Когда три дня спустя Аплегатт добрался до ворот Третогора, было уже далеко за полночь. Он обозлился, потому что проторчал перед рвом и надорвал себе горло — стражники спали мертвецким сном и долго не открывали ворот. Чтобы полегчало, он принялся проклинать их аж до третьего колена. Потом с удовольствием слушал, как разбуженный начальник вахты пополняет его упрёки новыми красочными деталями и пожеланиями в адрес кнехтовых матерей, бабок и прабабок.
    • «Крещение огнём»: Геральт толковал, что всему виной политическая география. Западный конец Старой Дороги лежит в Бругге, восточный — в Темерии, а середина — в Соддене, так что каждое королевство разрушает свой участок по собственному разумению. В ответ Золтан красочно и смачно охарактеризовал то место, в котором ему видятся короли, и привёл перечень изысканных непристойностей, обрисовывающих их политику. Фельдмаршал Дуб добавил от себя ещё кое-что относительно королевских матерей.
    • «Владычица озера»: Мельфи монотонно повторял по кругу разные слова, в основном касающиеся подробностей интимной жизни нильфгаардцев, псов, сук, королей, коннетаблей, воевод и матерей их всех..
  • Опухание сиквелов — многие фантаты Сапковского признают только повести и рассказы о ведьмаке, а романы с основной сюжетной линией о Старшей Крови считают нудной грфоманией с Цириллой-мерисью, ворующей экранное время у Геральта.
    • В свою очередь, фанаты основной сюжетной линии плюются от романа «Сезон гроз», написанного как приквел к рассказу «Ведьмак» и считают его коммерческой поделкой исписавшегося автора, рассчитанной только на то, чтобы сыграть на фанатской ностальгии.
  • Остров Удовольствий: княжество Туссент. Дружественный вариант: местная княгиня — любовница Лютика, так что вся «дружина» Геральта, остановившаяся там на зиму, откровенно валяет дурака, попивая местное вино и танцуя на балах (сам Геральт, впрочем, работает по специальности, но и он беспалевно развлекается с Фрингильей Виго). Лютик в конце концов испытания не выдерживает: решает остаться, чтобы всерьёз жениться на княгине. Впрочем, учитывая, что у «дружины» впереди штурм замка Стигг (где она поляжет почти в полном составе), для него это решение было только к лучшему, несмотря на то, что княгиня впоследствии отправила его на эшафот, но в последний момент передумала.
  • Паранормальный НИИ — замок Риссберг в романе «Сезон гроз».
  • Плохой холод — Белый Хлад, предсказанный Итлиной. В обрамлении «Владычицы озера», происходящем через пару сотен лет после событий Саги, Белый Хлад уже начался: упоминается, что климат Северных Королевств похолодал настолько, что напоминает ИРЛ Чукотку или Северную Якутию.
  • Поименованный предмет — меч Цириллы Zirael (Ласточка).
  • Полное чудовище — много таких, но особенно выделяется чародей Вильефорц из Роггевеена. Узнав о силе Старшей Крови, вознамерился заполучить её себе, для чего разработал методику, в ходе выведения которой проводил бесчеловечные эксперименты над женщинами, которые не пережила ни одна из его подопытных. Использовал своих ассистентов как пушечное мясо в исследованиях, что закончилось тем, что при работе с проклятым эльфским артефактом половина их погибла, половина сошла с ума, а одна из них — трагически влюбленная в самого Вильгефорца Лидия ван Бредевоорт, была навсегда изуродована. Потом манипулировал Лидией, зная о её влюбленности, чтобы она примкнула к его проимперскому заговору, а когда она потеряла для него полезность, приказал ей самоубиться. Предал Северные Королевства и коллег-магиков, хотел заполучить в руки Цири, чтобы, искусственно оплодотворив ее, подвергнуть на ранних сроках беременности той самой методике, включавшей в себя вивисекцию, чтобы обрести её силу. Помимо этого, жестоко пытал Йеннифэр — частично ради нахождения Цири, а частично из чувства извращенной забавы.
    • Вильгефорцевы холуи Риенс и Ширру уступают начальнику в размахе, но с лихвой компенсируют это мелочностью, подлостью и любовью издеваться над слабыми и беззащитными.
  • Права нечеловека — потомки побежденных народов — эльфы, краснолюды, гномы, низушки и прочие считаются в Северных Королевствах людьми второго сорта: их облагают обширными налогами и повинностями, а «профилактическое» насилие в их отношении считают абсолютно оправданным делом. Кроме того, многие церковные деятели считают их даже не людьми, а нечистью в человекоподобном обличии — и призывают беспощадно бороться с ними. При этом в империи Нильфгаард, где до сих пор правят потомки эльфов, такой дискриминации нет.
    • В мире, где победили эльфы все наоборот — эльфы свободны, а представители остальных народов либо истреблены, либо находятся в услужении у своих остроухих господ.
  • Происхождение фэнтезийных народов — коренные обитатели мира — карлики: гномы, краснолюды и низушки, вероятно, сформировавшиеся естественным путём, эльфы, люди и нимфы — пришельцы из иных миров, люди — случайно, эльфы — целенаправленно. Люди, как считается, также являются продуктом эволюции, эльфы же считают, что они, в отличие от остальных народов, были созданы своими богами на родном мире (но есть мнение, что предки эльфов были людьми, налегавшими на магический трансгуманизм). Вампиры, огры, драконы и прочие разумные чудовища пришли в этот мир в ходе Сопряжения Сфер вместе с людьми.
  • Псионические способности: псионик тут — самая мелкая сошка[17] в иерархии колдунов — человек со слабыми природными магическими способностями, способный на простенькие трюки вроде чтения или трансляции мыслей. Любой, кто обучался колдовству на достаточном уровне, может делать это лучше любого псионика. Псионика тоже можно обучить колдовству — но он станет обычным колдуном, так как его способности и так имеют магическую природу.
    • У вампиров, по крайней мере брукс, «природная» псионика будет посерьёзнее: тут тебе и гипнотизирующие песни, и способность насылать кошмары, и парализующие вопли. Геральт, к человеческой псионике по большей части иммунный (как к «природной», так и с наученной в исполнении слабого или неопытного волшебника), от вампирской заметно кривится, хоть и не до такой степени, как простые смертные.
  • Псих-наёмник — Бонарт работает охотником за головами не сколько ради денег, сколько потому, что ему реально нравится драться и убивать.
    • Скоя’таэли и набранная из них бригада «Врихедд» не могли похвастаться высокими боевыми навыками, дициплиной или стойкостью, но имперцы находили их полезными из-за отмороженности: их бойцы совершенно добровольно выделывали такое, чего ни один нормальный солдат даже по приказу не совершит, что делало «белок» отличной «командой уродов», идеальной для того, чтобы кошмарить мирное население Севера и отвлекать на борьбу с собой ресурсы, необходимые для войны с Империей.
  • Пытки портят характер/Сотвори себе злодея — наёмница Чёрная Райла в ходе войны с Империей вместе со своим отрядом прикрывала от скоя’таэлей колонну с беженцами — и попала в плен к этим нелюдям во всех смыслах этого слова. В конце саги читатель встречается уже с Белой Райлой: после плена девушка поседела, лишилась руки и превратилась в безжалостную карательницу, навевающую на эльфских бандитов ужас. В первой игре Геральт снова встречается с Белой Райлой и даже может оказаться с ней на одной стороне. Увы, ни одно из её увечий в игре представлено не было: у неё обычные черные волосы, рука на месте и никаких явных шрамов не замечено. При этом в журнале упоминается, что это та самая Райла и она была искалечены и обезображена. Одно из множества тонких расхождений между игрой и книгой.
  • Разминулись — Геральт ищет Цири, путешествуя. Цири ищет Геральта, прыгая по мирам. В определённый момент Цири телепортируется посреди снежной бури, делает вывод «Это какая-то снежная планета, здесь Геральта быть не может» и прыгает дальше. Через десять секунд из-за снежного бархана выходит ведьмак. Уровень трагикомизма не передать.
  • Раубриттер — Нивеллен в рассказе «Крупица истины».
  • Рыцарь — от странствующих рыцарей Туссента до тяжёлых всадников Нильфгаарда, сидящих на государственном жаловании. Средневековье же.
  • Рыцарь в ржавых доспехах — Геральт, эталон амплуа. С шестой части ещё и официльно рыцарь.
  • Рыцарь крови — Лео Бонарт. В итоге нашёл свою достойную противницу в лице Цири — и принял смерть от её руки.
  • Руритания — все Северные Королевства по определению. Некоторые профинции империи Нильфгаард, например Эббинг, тоже подходят под троп.
  • Ряженые под наци — Империя Нильфгаард. Флаги с солярным символом — галочка, черная форма — галочка, Госбезопасность вовсю свирепствует, планы по захвату местной Восточной Европы в наличии. Есть и аналоги коллаборационистов — «чёрные», будучи потомками эльфов, лояльно относятся к скоя’таэлям — воинственным группировкам Старших Народов (эльфов, краснолюдов, духобаб, низушков), желающим извести обычных людей в Северных Королевствах, кроме того, часть этих отрядов была переформирована в регулярную бригаду «Врихедд», чьим символом являются белые молнии на черном поле.
    • В рассказе «Край света» упоминаются Стражи Пущи — полувоенное формирование людей-расистов, занимающееся убийствами представителей Старших Народов, эдакие скоя’таэли наоборот.
  • Ряженые под Рим — опять нильфы. В наличии развитая судебная система, провинции разной степени автономии: добровольно примкнувшие («плющевые государства» — сиречь, вынужденные увиваться, как плющ, вокруг могучего ствола Империи) сохраняют свои законы и местную власть, завоеванные управляются имперскими намастниками, сосредоточением власти в руках уроженцев метрополии — причем только они называют себя собственно нильфгаардцами, да и расположение на юге с наличием в составе местных Франции и Испании как бы намекают на прототип. Государственная церковь, подчиненная Императору — намёк на византийскую «Симфонию властей».
  • Странности в первой части — рассказы «Дорога без возврата» и «Ведьмак» некоторыми моментами сильно отличаются от канона. Какими именно — см. Сага о ведьмаке/Сюжет/Рассказы о ведьмаке.
  • Суперсолдат — ведьмаки, чьи боевые навыки усилены алхимической модификацией тела с помощью так называемого Испытания Травами. Геральт прошел какую-то доработанную версию этой процедуры, поэтому он супер-суперсолдат.
    • Отчасти — краснолюды. Во время битвы под Бренной Махакамская Рать, состоящая из союзных Северу краснолюдов-добровольцев, смогла толкать вспять и опрокинуть нильфгаардскую кавалерийскую дивизию («Строй держи! Печатай шаг! Мы прикроем ваш бардак! Нам не греться на печи! В бой! Вперед, бородачи!»). По меркам любого Средневековья (хоть реального, хоть фэнтезийного) — это мега-супер-круто: латная кавалерия, вообще-то, затем и нужна, чтобы прорывать любой пехотный строй.
  • Убить дракона — сюжет рассказа «Предел возможного» крутится вокруг попыток убийства дракона рыцарем, двумя отрядами профессиональных охотников и одним хитрым деревенским мужиком с его дружками. Геральт, что интересно, на драконов и их родственников не охотится из принципа и пристал к отряду исключительно потому, что в нем была Йеннифэр.
  • Умереть может каждый — «Владычица Озера». Покойтесь с миром, Ангулема, Кагыр, Мильва, Регис, Геральт и Йеннифэр, земля вам пухом.
  • Умер с позором: омерзительные подручные Вильгефорца магик Риенс и головорез Ширру перед смертью вели себя позорно, а Риенс еше и умолял о пощаде девушку, которую несколько минут назад грозился жестоко пытать. Обоих персонажей — редких подонков, садистов и подлецов — совершенно не жалко.
    • Имперский фельдмаршал Мэнно Коегоорн, осознав, что битва под Бренной проиграна, переоделся в форму младшего офицера и бросился бежать от войск северян. Не смог: когда он пересекал болото, его нашли краснолюдские стрельцы и, приняв его за убегающего младшего офицера (признали бы они в нем фельдмаршала — взяли бы в плен), расстреляли его из арбалетов.
    • Банда гопника Щука зря пыталась ограбить деревню низушков — в конечном счете представители этого народа удивительно прыткие и безошибочно метают всякого рода сельхозорудия, что и не преминули доказать горе-мародерам, перебив их быстрее, чем можно сказать вышенаписанную фразу. Судя по реплике старейшины низушков, не они первые.
  • Фантастический расизм — обычные люди и представители Старших Народов взаимно ненавидят и презирают друг друга.
  • Хлипкий маг — аверсия. Магики и чародейки держат себя в хорошей физической форме и хлипкими их не назовешь. Йеннифэр и вовсе неплохо владеет ножевым и кулачным боем, да и её коллеги во время Таннедского путча были не прочь лупить вражин вполне физически. Некоторые чародеи вообще являются профессиональными бойцами.
  • Чёрный маг — сколько угодно! Вильгефорц, Ортолан, Альзур, Стрегобор, Йеннифэр, в общем, поверьте, их тут реально много.
  • Чудо одной сцены — наёмный убийца Профессор, убитый Геральтом за кадром в «Часе Презрения», своей экстраординарной элоквенцией фраппировал столь обширную аудиторию, что в игру (сиквел книжной серии) даже поместили его копиркина. В польской версии этого копиркина зовут «Магистр», в английской и других же тоже «Профессор», что породило множество спекуляций на тему того, что он пережил бой с ведьмаком.
    • Риндский каноник Крепп, появлявшийся в рассказе «Последнее желание», тоже запал читателю в душу: все же приличный священник Вечного Огня, да к тому же ещё и могучий чародей — это нечто само по себе выдающееся.
  • Эскадроны смерти — скоя’таэли и геммерийские каратели на службе у Империи.
  • Я твой отец — император Эмгыр вар Эмирейс и отец Цириллы Дани-Йож — одно и то же лицо.
    • По мнению фанатов, Вильгефорц — это Корин из рассказа «Дорога без возврата», отец Геральта.

Примечания[править]

  1. Строго говоря, это не сага никакая, так как повествует о конкретных героях, а не о целой семье. Но так сложилось. Вдобавок „Сага о ведьмаке“ — это ещё и название „внутримировой“ книги, написанной в нильфгаардским историком и повествующей о событиях, описанных в книгах цикла.
  2. Серия романов «Конгрегация» Н. Поповой (русскоязычная) и цикл о Белорье О. Громыко (белорусский) были явно вдохновлены «Ведьмаком» (собственно, Громыко и не скрывает, что является ярой поклонницей Сапковского), а тетралогия А. Пехова «Страж» является явным эпигонством на творчество Сапковского.
  3. Интересующимся этим вопросом стоит ознакомиться со статьями проекта «Корректура», где разбираются ляпы не только Вайсброта, но и других переводчиков Сапковского.
  4. Есть мнение, что они тоже являются пришельцами, а коренными жителями мира являются враны и оборотцы
  5. А вот лучшие металлурги — все равно краснолюды
  6. По непонятной причине, пророчество эльфийской чародейки впоследствии очень полюбилось фанатикам Вечного Огня, которые магию и эльфов в большинстве своем не слишком жалуют
  7. Независимость Махакама основана на его превосходстве в оружейных технологиях: хотя по объёму выплавки стали Ковир и опережает Махакам (плюс экспортирует туда редкое сырьё, используемое в качестве присадок для высококачественных сплавов), но по-настоящему хорошее оружие куют только в Махакаме. В случае угрозы со стороны людей краснолюды и гномы просто заглушат печи и затопят рудники, оставив людей только с весьма посредственным оружием собственного изготовления. Плюс к тому, краснолюды — отличные бойцы (достаточно вспомнить битву под Бренной, где союзная людям-северянам краснолюдская пехота, оставшись в окружении, сама пошла в атаку и опрокинула нильфгаардскую кавалерийскую дивизию), и лучшее оружие и доспехи оставляют себе любимым (гном Персиваль Шуттенбах упоминает, что лучшие мечи-сигилли, которыми можно рассечь подброшенный батистовый платочек, за пределами Махакама не встретишь). Поэтому при попытке напасть на Махакам, захватчики рискуют напороться на армию существ в несколько раз превосходящих человека силой и выносливостью, отлично вооруженных и знающих горы и подземелья, как свои пять пальцев. Никого такая перспектива не привлекает.
  8. В рассказе «Ведьмак» это очевиднейшим образом не так и персонажи называют ведьмачество новой профессией, о которой никто не мог подумать и двадцати лет назад. Это не значит, что рассказ относится к далекому прошлому: его главным героем является все тот же Геральт, а он вовсе не так стар.
  9. В рассказе «Ведьмак» этого тоже нет, там к ведьмакам люди относятся лучше, чем к чародеям. В основном каноне — строго наоборот.
  10. Колдуны и чародеи не любили всех, кто владел магическими искусствами, не будучи вхож в чародейское общество и решили сыграть на анти-ведьмацких настроениях, чтобы извести хотя бы одних своих «конкурентов».
  11. Хотя бывают и исключения: Мило Вандербек по прозвищу Русти-Рыжик, к примеру, опытный хирург и автор минимум двух трактатов по медицине. Обнаружив, что в его полевом лазарете от ран умер ведьмак, даже жалеет, что нет ни времени, ни сил на вскрытие — какую диссертацию по ведьмачьим мутациям можно было бы написать!
  12. Сопоставив информацию из книг и игр, можно прийти к выводу, что это носфераты
  13. И то, многим из них можно найти дешёвую замену — но чародеи, считающие себя избранной элитой, этот факт не разглашают, чтобы простые люди не начали экспериментировать с магией
  14. Но не с магией как таковой — среди священников и рыцарей культа есть много колдунов и оккультистов, таких как риндский каноник Крепп и магистр Ордена Розы Яков фон Альдерсберг
  15. В кавычках — потому что его обитательницы не дают обетов бедности и тем более целомудрия и никаким умерщвлением плоти не занимаются. А так похоже на европейский женский монастырь.
  16. Пусть даже не его одного (Кагыр упоминает, что охоту за Цири вели несколько групп, он командовал одной из них) — но повезло в итоге именно ему. Впрочем, в оправдание императора можно отметить, что агентов, свободно и практически без акцента говорящих на Всеобщем языке нордлингов (а для Кагыра это — второй родной язык), у него было настолько мало, что в итоге провалившему задание рыцарю пришлось давать второй шанс и посылать его за Цири снова.
  17. Настолько мелкая, что подобрать в отряд наёмников «чуящего» — задание примерно такой же сложности, как подобрать, скажем, опытного следопыта или хорошего стрелка.