Приключения капитана Врунгеля (книга)

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску
НД.png Для этого произведения есть Необузданные Догадки
РЦ.png На это произведение есть рецензии
Приключения капитана Врунгеля
Издание книги с классическим представлением внешности капитана Врунгеля
Общая информация
Жанр Приключения, юмор, сатира
Автор Андрей Сергеевич Некрасов
Издательство Детгиз
Дата выхода 1937 (последняя редакция 1958)


Приключения капитана Врунгеля — приключенческий роман Андрея Сергеевича Некрасова, повествующее о морском аналоге барона Мюнхгаузена — любителе небылиц и морских баек капитане Врунгеле и его кругосветном путешествии на одномачтовой яхте «Беда». Единственное произведение писателя, до сих пор остающееся популярным (он вообще писал много книг о море), не в последнюю очередь благодаря адаптации от Черкасского в виде одноименного мультсериала.

Сюжет

N.B.: указанные здесь даты относительны, потому что Некрасов явно смешивал черты эпох 1920-х и 1930-х[1], а в послевоенных редакциях вообще добавил совершенно анахронистические вставки вроде рассказа о захвативших Норвегию немцах… во время изложения истории для студента ещё в довоенном Ленинграде. Тем не менее, вариант датировки концом 1920-х противоречит описанной истории в наименьшей степени, поэтому для простоты он и избран основным. Подробнее смотрите описание здесь же ниже тропа Запутались в датах.

Книга начинается с пролога «нашего времени» (то есть конца 1930-х на момент написания книги), в котором Христофор Бонифатьевич Врунгель появляется в качестве преподавателя навигации мореходного училища. К нему наведывается староста (преподаватель забрал тетради курса на проверку и слёг с температурой, а в весеннее время конспекты были ой как нужны), которому Врунгель и рассказывает свою историю совершённого некогда кругосветного плавания на яхте «Беда» (рассказ в дальнейшем ведётся от его лица).

Врунгель в конце 1920-х решил совершить «кругосветку» вместе со своим помощником, Ломом. Яхта, названная «Победой», из-за аварии на старте потеряла первые две буквы и прославилась уже под именем «Беда». Отправившись из Ленинграда и проплыв Балтийское море, герои оказались в Норвегии, где выручили белок из горящего леса, а затем, когда капитан принял на больной зуб сигнал SOS — тонувший на Доггер-банке траулер норвежцев. В благодарность за спасение в Ставангере на белок оформили документы, а гостей приняли максимально радушно.

Пристав затем в Гамбурге, Врунгель, хотя и не без труда, сбыл белок. В Роттердаме он принял груз живых селёдок, которых собрался доставить в Александрию «живым табуном» прямо по морю. Наняв в Кале шулера Фукса (которого Лом по ошибке принял за матроса) и обучив его с помощью игральных карт расположению корабельного такелажа и азам морского дела, Врунгель прибыл в Саутгемптон, где поучаствовал в регате на яхтах и даже выиграл её, используя реактивную силу бутылок с шампанским (груз которых был заготовлен на яхте на случай поражения).

Обогнув Европу, команда столкнулась с испанской эскадрой, от которой удалось уйти с применением военной хитрости, и прибыла в Египет, где сбыла груз селёдок. Запасшись продовольствием, «Беда» прошла Суэцким каналом в Красное море. Уже там, у берегов Эритреи, им не посчастливилось попасть в итальянский плен, но благодаря любви итальянцев к спирту от них удалось просто сбежать.

Пройдя экватор, Врунгель отметил по традиции Праздник Нептуна. Дальше команда Врунгеля столкнулась с больным кашалотом и попробовала его вылечить, но тот из-за попавшего в ноздри аспирина чихнул и отправил тем самым яхту «Беда» за много километров прямо на палубу «Международного комитета по охране китов от вымирания», в котором среди прочего состоит японский адмирал Хамура Кусаки. По решению этого комитета, защита китов от вымирания обеспечивается их полным истреблением, поскольку с исчезновением китов некому будет и вымирать — а Врунгель тем самым нарушил принципы этого комитета. «В наказание» всю экспедицию высадили на необитаемом острове где-то в Южном полушарии, с помощью крана положив на острове и «Беду».

Герои, чтобы не мёрзнуть, устроили на этом вулканическом острове баню, из-за чего произошёл взрыв, отбросивший «Беду» вместе с Ломом за много тысяч километров сразу на восточное побережье Бразилии. Врунгель и Фукс, не зная о судьбе старпома, смогли забраться на оставшиеся доски и доплыть на них до Гавайских островов, откуда самолётом и морем добрались до Лома.

Придя после этого в Сидней, Врунгель вновь сталкивается с Кусаки, который, узнав о выжившем капитане, почему-то твёрдо поставил целью убить Врунгеля. Врунгель с командой сумели разминуться с Кусаки и пошли от Австралии на север, но попали в тропический шторм, в результате которого Лома ветром унесло на воздушном змее (используемом вместо паруса — в шторме сломалась единственная мачта «Беды») прямо в Японию. Проходя Японию с востока, «Беда» оказывается вблизи японского миноносца под управлением лично Кусаки, который перерубает «Беду» напополам, и та тонет. Проплыв на обломках яхты, герои оказываются вблизипарохода, который спасает их и довозит до пункта назначения. Неожиданно Лом находится прямо на этом же судно: он, скрываясь от японцев, спрятался в угольной яме во время погрузки угля на этот же самый пароход, где и спрятался «зайцем».

Из Канады воссоединившийся экипаж без яхты доехал до Аляски на упряжи, а уже оттуда — в Петропавловск-Камчатский. Там они остались на несколько месяцев, пока в тот же порт не прибыл на поддельной «Беде» замаскированный под Врунгеля сам Хамура Кусаки с непонятными шпионскими намерениями — разоблачённый сразу же, как только настоящий Врунгель показался с его командой рядом с двойниками. Доехав потом до Ленинграда, Лом и Врунгель завершили кругосветный поход. Фукс остался в СССР «играть злодеев» из-за характерной внешности.

Выслушав этот рассказ, староста курса предлагает оформить воспоминания Врунгеля в качестве книжки. Врунгель благословляет студента на такую работу, и после ряда правок книга выходит в свет. Хотя Врунгель сразу же обещал дополнить её словариком морских терминов, обещание он сдержал лишь через много лет. Этим «толковым морским словарём для бестолковых сухопутных читателей» произведение и завершается в финальной редакции.

Персонажи

Издание книги с иллюстрациями Радны Сахалтуева, одного из художников более известного мультсериала.

Примечательная особенность произведения — предельно малое же количество персонажей. Только девять героев книги имеют имена-фамилии, и немногим больше имеют хоть какую-то сюжетную роль. Большая часть остальных предельно обезличена и появляется лишь для осуществления очередного поворота сюжета: терпящие бедствие на Доггер-банке норвежцы, неудачливые воры в Ставангере, англичанин-полицейский, не давший Фуксу забрать из пирамид «сувенир» в виде куска саркофага, рабочие портов…

  • Староста курса, которому Врунгель преподаёт навигацию в мореходном училище. Именно ему Врунгель рассказывает свою историю, а тот её после многочисленных правок от самого Христофора Бонифатьевича издаёт в виде книги.
  • Капитан Христофор Бонифатьевич Врунгель, ставший моряком ещё при царях (может, вообще даже не Николае II, а ещё Александре III), впоследствии участвовавший в нескольких походах, в том числе в кругосветном походе яхты «Беда» (в конце 1920-х), а в тридцатых уже в немолодом возрасте преподающий навигацию в мореходном училище. На парах выглядит низким толстячком с пенсне и «сдержанным и приятным голосом», не очень-то напоминающим «морского волка», однако дома надевает полную парадную капитанскую форму и держит там приличную морскую коллекцию. Знает как минимум два иностранных языка — английский и норвежский, а наверняка и другие, хотя бы итальянский и испанский[2].
  • Старший помощник Лом — помощник капитана Врунгеля, ростом семь футов шесть дюймов (228 см, между прочим). Имя нигде не указывается — его даже Врунгель только по фамилии называет. Сильный, с громким голосом, исполнительный — но склонен к чрезмерно дословному исполнению любых приказов, из-за чего порой страдает сам капитан. В начале книги на базовом уровне освоил английский язык. В конце книги Лом остался в районе Петропавловска-Камчатского командовать копией «Беды», созданной Хамурой Кусаки.
  • Матрос Фукс, нанят во французском порту Кале. Среднего роста, с чёрной бородой, некурящий, «знает четыре языка — английский, немецкий, французский и русский». Профессиональный шулер — и карты, знаниями которых он гордился перед Ломом, когда его нанимали, имелись в виду как раз игральные. Однако Врунгель смог и это приспособить к делу — решил учить Фукса управляться с яхтой, привязав игральные карты на различный такелаж, мачту и так далее. Судя по фамилии, немец (Fuchs означает «лиса»), а имя нигде не упоминается. По фразе «Я не матрос, я сейчас просто так застрял на мели, а друзья мне посоветовали климат переменить…» можно предположить, что кому-то «перешёл дорогу», и не исключено, что ввиду шулерской деятельности. Даже после наёма на «Беду» постоянно пытается по мелочи своровать на суше всё, что плохо лежит, что приводит иногда к комическим последствиям. Однако в целом показывает себя замечательным членом экипажа. В конце упоминается, что остался в Советском Союзе играть злодеев в кино из-за своей «полубандитской» внешности.
  • Японский адмирал Хамура Кусаки — главный по влиянию на сюжетные события антагонист книги, хотя всё-таки не той величины, чтобы считаться одним из главных персонажей. Мотивация его противостояния Врунгелю и другим членам экипажа «Беды», мягко говоря, престраннейшая.
    Кусаки впервые появляется как член некоего «международного комитета по охране китов от вымирания» на правах «представителя одной восточной державы». Цель этого комитета, однако, является в том, чтобы уничтожать китообразных, так как «с уничтожением некому будет и вымирать». Врунгель же, взявшийся лечить случайно встреченного кашалота, тем самым, по мнению членов комитета, является преступником. До дальнейшего решения судьбы экипажа «Беды» их решено было «временно водворить на одном из близлежащих необитаемых островов». Когда в их отсутствие Врунгель с Ломом и Фуксом чудом смогли выбраться, Хамура Кусаки начал вовсе преследовать героев: ещё до прибытия Врунгеля с Фуксом из Пара в Рио-де-Жанейро пожаловался на них целому губернатору и даже смог убедить его затопить яхту (сохранить которую Врунгель смог лишь по счастливой случайности). В Сиднее появился чуть ранее героев, там попытался выдать себя вначале за обычного азиата, а потом и вовсе за негра, только чтобы держаться рядом с капитаном, во время гольфа попытался убить Врунгеля дубинкой, потом подготовил целое туземное племя напасть на Врунгеля. В конце концов Кусаки дошёл до того, что разрубил «Беду», лично управляя миноносцем, а потом нанял экипаж и с копией яхты «Беда» попытался прибыть в Петропавловск-Камчатский и выдать себя за целого Врунгеля с его экипажем. Причём «не прокатило» только потому, что на этот раз Врунгель с Фуксом и Ломом добрались на несколько месяцев раньше.
    Причины, почему адмирал вдруг заделался в неумолимые преследователи, нигде не раскрываются. Видимо, учитывая сложные международные отношения Союза и Японии, Хамуре Кусаки было достаточно просто быть японским подданым. В обе адаптации не попал.
  • Директор гамбургского зоопарка Гаденбек. Судя по всему, держит свою животину «в чёрном теле» (с чего бы вдруг хамелеону захотелось жевать бумагу, дающую Врунгелю право на содержание норвежских белок?!) После того, как из-за хамелеона Врунгель лишился ценного документа на приём белок, доложил на капитана в таможню, от которой он еле-еле отделался, представив нахождение белок на судне не «незаконным ввозом скота», а провозом части ходовой машины, для чего ему пришлось даже сделать для белок огромное колесо. После этого Гаденбек сделал вид, будто отсутствие документов уже и неважно, и купил их за какую-то неплохую для Врунгеля цену.
  • Джентльмен из Саутгемптона и землевладелец Арчибальд Денди, эсквайр. Единственный положительный не безликий персонаж-иностранец, помимо Фукса[3]. Познакомился с командой «Беды» при необычных обстоятельствах: Врунгель, увидев, что все нищие попрошайничают во фраках, кинул деньги в цилиндр и самому Денди, чем нанёс ему серьёзное оскорбление, и Денди вызвал Врунгеля на поединок в бокс. Когда Врунгель всё-таки победил, Денди попросил помочь с победой в местной регате с давним соперником Арчибальда Денди, мистером Болдуином. «Беда» выиграла, но Болдуин постарался распустить о Денди и самом Врунгеле порочащие его слухи и даже прямо обвинил самого Врунгеля в непристойном для джентльмена поведении и экономическом ущербе для короны, а самого Денди — в том, что он якобы «тайный агент Москвы», чем вызвал массовую драку, в которой сам экипаж «Беды» уцелел, лишь укрывшись на больших весах: оказавшееся фальшивым золото на вторую чашу кидали по весу всей команды, а когда Денди сам вступил в драку, чаша с оставшимися членами «Беды» взмыла вверх. Ну, после этого они хотя бы смогли вовремя удрать, когда в общей драке кто сознание потерял, кто вообще, как Болдуин, оказался забит насмерть.
  • Мистер Болдуин — давний соперник Арчибальда Денди: «они с этим Болдуином во всем соревнуются: кто знатнее, у кого галстук красивее завязан, у кого трубка лучше… Но это все так, между прочим, а главный-то спор идет у них о яхтах. Оба, оказывается, заядлые парусники, и как гонки — все готовы отдать, только бы утереть нос друг другу». Однако Болдуин не смирился с поражением в регате от Арчибальда Денди и решился перед награждением распространять грязные слухи о Денди и экипаже «Беды», что привело к большой драке, в которой, однако, именно он и был забит насмерть.
  • Адмирал Канальо — третьестепенный персонаж, командующий эскадрой, напавшей на «Беду» после Гибралтарского пролива. Судя по фамилии, испанец. В первом издании руководил испанской (франкистской?) эскадрой, в послевоенных это уже «пираты неизвестной национальности».
  • Сержант итальянской армии Джулико Бандитто. Пьяным оказался в море неподалёку от Эритреи далеко от берега, и в благодарность за своё спасение экипажем «Беды» привёл его в итальянский плен. Однако тарелкой макарон на ужин после дня тяжкого рабского труда всё-таки поделился. Считает, что «весь мир — Италия» (видимо, сюда входят и земли, которые его страна ещё не успела захватить).
  • «Представитель одной западной державы» Грабентруп[4] — член «международного комитета по охране китов от вымирания». Фамилия явно намекает, что он немец. Появляется лишь на пару абзацев, чтобы сообщить, что Врунгель, взявшийся лечить кашалота, а не «спасать китообразных путём их истребления», с учётом, что у кашалотов «вытянутый» «арийский череп», тем самым ещё и нанёс оскорбление всей арийской расе.
  • Губернатор бразильского порта Пара — мерзкий толстяк, которого сам Врунгель сравнивает с бегемотом. Приказывает Врунгелю с Фуксом немедленно убираться с вверенной ему территории и даже даёт разрешение на выезд — однако всё равно присылает за ними целую толпу головорезов (не линчевали Врунгеля только потому, что Фукс наклеил на его спину плакат от трансформатора с надписью «Не трогать – смертельно!». А потом ещё и послал жалобу в Рио-де-Жанейро, что Врунгель якобы «самовольно покинул порт Пара».
  • Начальник порта Рио-де-Жанейро — его предыдущий губернатор и лично Хамура Кусаки убедили в том, что Врунгель — опасный тип и преступник, а яхту «Беда», оказавшуюся в порту, непременно надо затопить. Здесь «Беду» спасла уловка Врунгеля: бразильские рабочие решали «кризис перепроизводства» сахара тем, что топили его в море, и Врунегль просто попросил грузить «Беду» не обычным песком, а сахаром. Сахар, конечно же, через несколько дней растворился, а «Беда» всплыла, что позволило Врунгелю и другим просто уйти.

Что здесь есть

Персонажи

  • Аллюзия — в «представителе одной западной державы» Грабентрупе видится аллюзия на «четыре Гэ» — руководителя Германии Гитлера, рейхсфюрера СС Гиммлера, рейхсминистра авиации Гёринга и пропагандиста Геббельса (а вот у командиров Кригсмарине похожих фамилий как раз не было). Адмирал Хамура Кусаки, скорее всего, является аллюзией на вице-адмирала Императорского флота Японии Дзинъити Кусаку, который как раз во время написания книги был произведён в контр-адмиралы.
  • Адаптация диктует образ:
    • Про книжного Врунгеля уже в период его бытности преподавателем сказано, что он «чисто брился», гладко выбрит Христофор Бонифатьевич и на канонических иллюстрациях Константина Ротова, в том числе во время кругосветного похода «Беды». Однако из-за мультфильма Черкасского и книжных иллюстраций работавшего над ним Радны Филипповича Сахалтуева в наше время человек, скорее всего, представит себе Врунгеля с достаточно длинными усами, который тот носил в мультфильме.
    • Точно так же и Фукс: в книге он бородат, а не носит бакенбарды.
  • Вор — Фукс не прочь стащить чего-нибудь по мелочам, из-за чего постоянно страдает. Например, в египетской пирамиде он попытался забрать «на память» кусочек саркофага, за что получил от фараона полицейского. Позднее он в нильской деревне попробовал выдернуть перо у страуса, за что был самим страусом исклёван.
  • Говорящее имя — Андрей Некрасов обращается к опыту в том числе комедии классицизма (хотя и не заимствуя многие другие его черты вроде триединства времени), поэтому практически все здесь имена и фамилии говорящие. Например, капитан Христофор Бонифатьевич Врунгель — любитель путешествовать и при рассказе где-нибудь приукрасить, приврать. Старший помощник Лом — простой и прямолинейный, как Лом, а Фукс — хитёр сообразной своей «лисьей» фамилии. Арчибальд Денди — типичный английский джентльмен, директор зоопарка Гаденбек — не самый приятный держатель животных, в том числе и всяких гадов, от Хамуры Кусаки, Канальо и Грабентрупа не ждёшь ничего хорошего, сержант фашистской армии Джулико Бандитто — бандит фигуральный и жулик совсем нефигуральный.
  • Даже у зла есть стандарты — на тормозах, поскольку персонаж не злодей. Уж на что Фукс откровенный шулер, но он, увидев на якобы золотой цепочке клеймо о том, что эта драгоценность искусственная, заявляет: «В нашем деле за это бьют подсвечниками» и плюёт за борт.
  • Имитация языка — у испанцев нет фамилии Канальо[5], у японцев — Кусаки[6], у немцев — Гаденбек[7] и Грабентруп[8], уж тем более не бывает итальянских имени и фамилии Джулико Бандитто[9]. Хотя не исключено, что Врунгель случайно или намеренно сам коверкает фамилии. А вот Арчибальд Денди и Болдуин — аверсия: при всём «вычурном» для нас звучании Archibald Dandy и фамилия Baldwin вполне себе возможны.
  • Крутой хвастун/Ненадёжный рассказчик — какой нелепицей ни были бы описанные Врунгелем приключения, он воспринимается крутым морским волком, которому всё-таки хочется «подыграть» и поверить.
  • Мучитель животных:
    • По мнению «международного комитета по охране китов от вымирания», Врунгель, пытаясь вылечить больного кашалота, выступил именно мучителем. Правильным поступком должно было стать убийство кашалота, так как «с уничтожением их некому будет и вымирать».
    • Уже действительным мучителем животного, хотя и непреднамеренно, Врунгель выступил, когда кинул из самолёта в пасть нападающего удава два огнетушителя, которые разрядились у него в пищеводе, чем заставили его отступить. Однако пену огнетушителей определённо не назвать съедобной, да и желудок змей металл переварить не сможет — поэтому рептилия могла вскоре мучительно умереть, например, из-за кишечной непроходимости или разъедания желудка пеной (точно сказать сложно, потому что Врунгель явно преувеличивает габариты змеи).
  • Неумолимый преследователь — педаль в асфальт: Хамура Кусаки, по-видимому, настолько обиделся, что герои не убили больного кашалота, что гнался за «Бедой» целую половину книги, потопил её на своём корабле и пытался выдать себя за Врунгеля с её экипажем.
  • Огромного роста — собственно Лом. «Ростом семь футов шесть дюймов» — то есть целых 228 см.
  • Осколок аристократии — совсем не «мужицкие» имя-фамилия с отчеством и периодически употребляемые словоерсы[10] указывают на дворянское происхождение Христофора Бонифатьевича Врунгеля. Он, вне всякого сомнения, застал Российскую империю в зрелом возрасте: у него седые волосы в конце 1930-х, да и кругосветный поход «Беды» в 1920-х совершенно не был для Врунгеля первым морским походом: «Я в ту пору, конечно, был помоложе, но не так, чтобы вовсе мальчишка. Нет. И опыт был за плечами, и годы. Стреляный, так сказать, воробей, на хорошем счету, с положением, и, скажу вам не хвастаясь, по заслугам. При таких обстоятельствах я мог бы получить в командование самый большой пароход» (представляете уровень престижа и опыт человека, который смог бы командовать самым крупным торговым судном в мире, не в Союзе?). И позднее: «Я решил тряхнуть стариной и возродить этот старый обычай», а в конце вообще следует «Я, батенька мой, плавал, да еще как плавал! Вот, знаете, стар стал, память слабеет, а то бы я вам рассказал, как я плавал». Кроме того, в послесловии перед «словарём для бестолковых сухопутных читателей» он рассказывал, как, будучи юнгой, отведал «линьков» за непонимание приказа — это практика царского флота, в советском отменённая. Получается, родился он самое позднее к 1877 году, и уже на момент экспедиции ему было под пятьдесят, а рассказывает он студенту, когда ему минимум шестьдесят. В общем-то дворянин, поддержавший советскую власть — вполне обычное явление.
  • Пираты — собственно «пираты неизвестной национальности», которые атакуют «Беду» сразу после Гибралтара. По косвенным признакам очевидно, что никакие это не пираты, а эскадра испанцев — так было и в первоначальной версии книги, эта несуразица появилась в более новых редакциях ввиду цензуры (см. «Шрамы от цензуры»).
  • Прекрасный повар — Лом по совместительству не только старпом, но и кок. Врунгель признаёт, что у его старшего помощника кулинарный талант, и что стряпню Лома хочется отведать, даже если не голоден.

Мир

  • Акулы — напавшую на купающегося матроса Фукса акулу Врунгель вывел из строя, метнув ей прямо в пасть кислючий лимон, потому что он попросту попался под руку первым. От избытка вкусовых ощущений хищница уплыла куда подальше.
  • Географические неточности — вообще-то сам текст — тот ещё сборник морских баек, так что наличие тропа ожидаемо:
    • Начнём с того, что никакого кругосветного плавания «Беды»… не было. Во-первых, яхта была потоплена у восточного берега Японии, и морем героев довезли до Канады, поэтому сначала им пришлось добираться на нартах до Петропавловска-Камчатского, а зачем, очевидно, Врунгелю и Лому до Ленинграда — и необязательно морем. Во-вторых, герои «помочили ноги» в Атлантике, но не факт, что вообще пересекали её (если только кашалот не чихнул так, что «Беда» пролетела вдоль соответствующей параллели больше половины шара, оказавшись западнее того места, откуда они «полетели»): по пути от китобойного комитета, высадившего его на ближайший необитаемый остров, к Гавайям Фукс и Врунгель пересекают линию перемены дат с запада на восток. Это указывает, что, вероятнее всего, путь от морей юго-восточнее Африки к Гавайям Врунгель и Фукс преодолевали на восток по южным окраинам Индийского океана[11]. Так что наш Врунгель — тот ещё хитрец.
    • После встречи с армадой дона Канальо в Гибралтарском проливе маленькая парусная яхта добралась до египетской Александрии за два дня. Сейчас такое расстояние суда с мощными двигателями преодолевают где-то неделю. Можно бы списать на «попутный штормовой ветер»… Но «Беда» вынуждена двигаться медленно, так как сопровождала плывущий рядом косяк тихоходных селёдок (которым время от времени надо отдыхать). В шторм селёдки попросту разбежались бы.
    • Судя по тексту, Аден здесь находится ближе к Суэцу, чем Эритрея. Дословно: «<…> А после уж, в Адене, вскрыли ящик, глядим — одни скорлупки остались… Да‑с. Устранив крокодилов и водворив порядок на судне, я несколько успокоился. Но ненадолго: судьба готовила мне новые испытания. Мы шли вдоль берегов Эритреи. <…>» Но Эритрея, если идти от Суэца, расположена перед сравнительно узким Баб-эль-Мандебским проливом, а Аден — после; кроме того, в этой «Эритрее» Врунгель оказывается в плену у итальянцев, что исключает всякую возможность окончания истории с крокодилами именно в Адене — если только «Беда» без единой внятной причины не решила немного пройтись обратно. Разве что речь на самом деле идёт об итальянском Сомали, но колония Сомали никогда не называлась Эритреей.
    • Реплику Джулико Бандитто («Весь мир — Италия!») можно считать за троп на тормозах. Во-первых, сержант итальянской армии был просто пьян, во-вторых, он мог вполне считать весь мир итальянскими землями, которые его родина просто ещё не успела захватить. Фашист же. Точно так же думает и сам Врунгель: «Опять же пришлось принять во внимание, что в те годы такие вот молодчики в Италии взяли верх над народом и весь мир собирались к рукам прибрать. И невдомек было этим жуликам и бандитам, что их главный бандит до того высоко сапоги занесет, что так, вверх сапогами, его и повесят…»
    • Направляясь из Аляски в СССР, герои на нартах преодолевают такой маршрут: «Ну, а потом запрягли мы свои нарты и тронулись в путь. Юкон пролетели стрелой, выбрались в Берингов пролив и взяли курс прямо на Чукотку. До острова Лаврентия хорошо проехали, а тут получилась задержка. <…>». Всё бы ничего, но Берингов пролив (кратчайший путь до Чукотки от Аляски) и остров Святого Лаврентия разделяют приблизительно 250 км. Прибыть на последний по льду можно было бы, если от Форт-Юкона герои шли вдоль реки Юкон (остров находится как раз напротив устья, но в 215 км), но тогда Врунгель сотоварищи проходили Берингово море, а не Берингов пролив. Это мы молчим о том, например, как путь оттуда на Родину, описываемый в книге словами «запрягли мы своих рысаков в последний раз и помчались прямым курсом на Петропавловск. Прибыли, высадились», будто это маршрут на день езды на упряжи, в действительности имеет длину 2300 км по прямой — либо по льду Берингова моря, а морской лёд бывает коварным, либо по Чукотке и Камчатке по совершенному бездорожью по очень пересечённой местности.
  • Животное не в той местности — когда яхта «Беда» шла по Суэцкому каналу, Лом приготовил настолько вкусное жаркое, что к обоим берегам пришли звери: «Из Аравии пожаловали тигры, кабаны, приползли вараны, а с африканского берега — львы, слоны, носороги. Жираф тоже пришел из пустыни, пронюхал и любуется нашим суденышком». В 1920-х ближайшие к Суэцкому каналу ареалы тигров и львов находились уже в северном Иране (ныне истреблены и там, тигры остались лишь на Дальнем Востоке, в Индии и юго-восточной Азии, а азиатские львы выжили лишь на западе Индии). Жирафы и слоны в историческое время никогда в Сахаре не жили — они животные саванн южнее Сахары, а не пустынь. Носороги в Африке тоже предпочитают жить хотя бы возле оазисов, то есть южнее. А вот кабаны и вараны в той местности действительно водятся.
  • Змеи — в Амазонке на пассажиров севшего самолёта нападает удав длиной «метров тридцать»[12]. Отбился от него Врунгель, запустив ему в пасть два огнетушителя, которые внутри разрядились и сделали из змеи подобие плавучего буя.

Сюжет

  • Алкоголь — это зло:
    • У Лома такое чутьё на спиртное, что открытую в капитанской каюте каюте бутылку он чует, стоя за штурвалом, и в ту же сторону его поворачивает. Из-за этого «Беда» ещё в Балтийском море вышла совсем не не тот курс — и сам Врунгель говорит, что, пока не обнаружил это, подумывал от стыда развернуть яхту и уйти в порт отправления: «А то ведь с таким помощником плавать — так заедешь, что и не выберешься, особенно ночью». К счастью, причина вскоре обнаружилась, и Христофор Бонифатьевич просто переставил бутылку на другой борт, пока яхта на нужный курс не вышла, а уж затем — у мачты, и помощник повёл её «как по ниточке».
    • Если бы не спирт, которым фашисты пошли «поливать макаронные поля», то команде Врунгеля пришлось бы гнить в их застенках ещё долго: от захмелевших и уснувших итальянцев они как раз сбежали запросто. Так что для самого Врунгеля он оказался очень даже добром.
  • Биологические неточности:
    • С чего хамелеону Гаденбека вообще жевать бумагу-документ капитана Врунгеля, подтверждающий его право перевозить белок? Для этого, пожалуй, означенного хамелеона потребуется морить голодом.
    • Собственно, из-за хамелеона выше Врунгель попал в переплет: белки стали контрабандой, и яхту чуть из-за этого не задержали на таможне. Врунгель выкрутился, обозвав белок не грузом, а «ходовой машиной», и сумев всего за сутки изготовить огромное «беличье колесо» на всю стаю с приводом на водяные колеса. И они так газанули перед таможней, что обогнали моторный катер! Вопрос — сколько нужно белок, чтобы развить мощность, как у простого лодочного мотора в 50 л. с.? К слову, Гаденбек тут же купил и белок, и колесо без всяких документов, хотя и за бо́льшую цену, чем был готов забрать сначала.
    • Описанный Врунгелем способ транспортировки селёдок — живым табуном — это троп во всей красе. Во-первых, свободно плывущий косяк рыб невозможно заставить плыть строго в том направлении и строго с той скоростью, какая нужна яхте (нырнут на глубину, и как их потом собирать-то?). А Врунгель во время похода из Роттердама в Александрию несколько раз останавливался, например. Во-вторых, гораздо проще, если нужно перевозить именно живую рыбу, соорудить в трюме особую конструкцию с небольшими отверстиями, через которую спокойно проникает морская вода, но через которые не выйдет сама рыба — такие существуют, называются «живорыбные суда». Что характерно, у Врунгеля при всей сказочности происходящего половина селёдочного табуна всё равно разбежалась — зато вторая половина прибавила в весе более чем в два раза, что скомпенсировало потери.
    • «Водогрейный» кит — ну не нагревается живое существо на Земле до температуры кипения воды, оставаясь при этом живым.
    • Переход из Канады в Петропавловск-Камчатский: Лома обманули и под видом ездовой собаки и оленя ему продали волка и корову, но находчивые моряки запрягли корову в нарты впереди волка, и упряжка мчалась от этого умопомрачительно быстро, так как волк не мог достать корову, а корову от страха мчала очень резво! «Минус на минус дал плюс», как сказал сам Врунгель. Конечно, такого преследования длиной в пару тысяч километров быть не могло.
  • Буквально понятые слова — ещё одним недостатком Лома является чрезмерно буквальное его понимание приказов капитана. Когда ему сказали «надраить палубу, чтобы огнём горело» — он и вправду драил, пока яхта не загорелась посреди открытого океана.
  • В обличье своей жертвы — Хамура Кусаки уверен, что потопил Врунгеля вместе с «Бедой» на своём корабле, и даже зачем-то пытается выдать себя вместе со всей командой Врунгеля на яхте, очень напоминающей «Беду», прибыв в Петропавловск-Камчатский.
  • Закадровая война — троп появился в последующих редакциях книги, где «задним числом» Некрасов вставил отсылки на уже прошедшую Вторую Мировую войну, но и в оригинале было достаточно ссылок на политику времён интербеллума. Этому не помешало даже то обстоятельство, что рассказ Врунгеля студенту явно состоялся ДО войны (см. «Запутались в датах»):
    • Про итальянцев, которые к этому времени уже покорили Эфиопию: «<…> В те годы такие вот молодчики в Италии взяли верх над народом и весь мир собирались к рукам прибрать. И невдомек было этим жуликам и бандитам, что их главный бандит до того высоко сапоги занесет, что так, вверх сапогами, его и повесят… Ну, а тогда ходил он еще вверх головой и чужую землю топтал.» Бенито Муссолини после убийства действительно был повешан в 1945 «вверх сапогами».
    • Про Норвегию: «В войну немцы там побывали — новый порядок наводили. И сейчас посещают страну разные просветители, поднимают образ жизни на должную высоту. Ну и, конечно, пообтерся народ, стал порасторопнее. Теперь уж и там понимают, что где плохо лежит. Культура!». Германия напала на Норвегию и оккупировала её в 1940, а Петсамо-Киркенесская операция советских войск в 1944 году освободила её северную часть. Норвегия после войны действительно испытала сильное влияние тех же США — это королевство и в НАТО вошло при самом создании этого военного блока, в том числе опасаясь послевоенного советского влияния в Европе.
  • Запутались в датах — троп «запрятан» в тексте и в наши дни бросается в глаза далеко не с первого прочтения, и для того, чтобы его заметить, надо хорошо разбираться в исторических реалиях НЭПа:
    • Наличие в тексте Грабентрупа (то есть ко власти уже пришли нацисты, а это 1933 год и позднее) и воспоминаний Врунгеля вроде «в войну немцы там побывали — новый порядок наводили» и «невдомек было этим жуликам и бандитам, что их главный бандит до того высоко сапоги занесет, что так, вверх сапогами, его и повесят» (то есть Врунгель рассказывает это студенту уже после войны) создаёт впечатление, что экспедиция произошла уже в 1930-х годах, а вот рассказ студенту — сороковые-пятидесятые годы. Но надо учесть, что вставки про войну — послевоенные, их не могло быть в оригинальной редакции.
    • В остальном слишком много деталей указывает, что наиболее вероятная датировка событий экспедиции — конкретно 1926 или 1927 год.
    • Сама возможность устроить круиз по капиталистическим странам частным образом была возможна лишь во время НЭП. При НЭП Советский Союз являл собой такую же капиталистическую страну — и Врунгель, накопив деньги, не только смог за свои деньги купить яхту, но и расплачиваться рублями как свободной конвертируемой валютой, и даже закупить в Норвегии на стадо белок куку ананасов и сосновых шишек, совершенно не пробив дыру в бюджете. После полного «закручивания гаек» к 1931 году никто не выпустил бы Врунгеля из страны в частном порядке без постоянного надсмотра НКВД на случай, если капитан вздумает «якшаться» с иностранцами, бежать за границу, а то и связываться с какими-нибудь белогвардейскими эмигрантами. И обилие денег у капитана на такие излишества, как условные 50 кг норвежских ананасов, едва ли нашлось бы, а нашлись бы — НКВД решительно не одобрил бы такую растрату.
    • В 1930-х Союз уже имел множество посольств (а то и отделений Коминтерна) в каждом порту, в котором Врунгель мог бы побывать, и с тем же Кусаки разобрались бы дипломатически. После «Челюскина» и вообще развития советского флота иностранцы как-то поняли, что обижать советских граждан — себе дороже.
    • Врунгель в годы, когда он уже рассказывает эту историю, простудился потому, что промочил калоши. Калоши — это явная черта довоенного Союза, причём в 1930-х они уже выходили из использования, а после войны — вышли практически полностью.
    • На канонических иллюстрациях Ротова, одобренных самим Некрасовым, парадная капитанская форма Врунгеля старого образца, до середины 1930-х.
    • Англия пускает советских граждан, но её граждане считают, что «тайный агент Москвы» — тяжкое обвинение и оскорбление. Это косвенно может указывать на англо-советский конфликт 1927 года, когда 25 мая министр иностранных дел Великобритании Остин Чемберлен разорвал дипломатические отношения между СССР и Англией после значительного их ухудшения из-за деятельности Коминтерна, и восстановлены они были с трудом лишь через два года. Врунгель мог бы побывать в Англии где-то весной 1927, когда советских граждан уже не воспринимали как «персон грата», но отношения разорваны не были (при разорванных отношениях их бы, скорее всего, вообще не впустили в страну).
  • Землетрясение — Лома в прямом смысле ветром занесло в Японию прямо на склон Фудзиямы. Когда местная полиция попыталась его схватить (ей не понравилось, что воздушный змей, на котором его занесло, был сделан из газет — «ввоз запрещённой литературы»), очень кстати произошло некое неназванное сейсмологическое явление, в результате которого Лом сначала, будучи привычным к качке моряком, получил преимущество над «сухопутными крысами», а потом между ним и преследователями вовсе легла трещина в земле, позволив ему скрыться. Видимо, всё-таки имелось в виду землетрясение — Фудзи в последний раз извергалась аж в восемнадцатом веке, да и автор бы куда красочнее расписал бы извержение вулкана. Кстати, 1 сентября 1923 в этом районе сильное землетрясение как раз и произошло — а 7 марта 1927 года ощущалось другое сильное землетрясение, но его эпицентр был слишком удалён от Фудзиямы и потому не мог вызвать таких катастрофических последствий.
  • Круто, но непрактично:
    • Когда Врунгелю пришлось обзавестись одеждой посреди Амазонки, он использовал для ткани парашют, вместо кнопок — гайки с болтами. По его же словам, «прочно и красиво, только вот без гаечного ключа не разденешься».
    • Капитан Врунгель в «толковом морском словаре для бестолковых сухопутных читателей» нелестно отзывается о корабельном классе дредноутов: «Дредноут — буквально „неустрашимый“. Так назвали англичане огромный по тем временам корабль с мощными машинами, с тяжелыми пушками, с прочной броней, построенный в 1906 году. Думали, и правда будут эти корабли неустрашимыми, а оказались они самыми трусливыми. Стоит такой корабль очень дорого. Выйдешь на нем в море, а там и на мине можно подорваться и под торпедный залп попасть. Жалко! Вот и получалось, что дредноуты больше стояли в гаванях, а в море выходить боялись».
  • Мелочное милосердие/Чёрная неблагодарность — сержант армии фашистской Италии Джулико Бандитто привел своих спасителей, команду «Беды», к лагерю итальянских войск, где их немедленно взяли в плен. К вечеру пришел к своим пленным спасителям с тарелкой макарон: подкормить их, наверное. Фукс воспользовался этим и убедил итальянцев «вырастить настоящие макароны» (припрятал овса, благодаря чему «макароны» и взошли), а потом — засеять целое поле, да спиртом полить, чтобы «семенного материала хватило». Фашисты поверили и начали исправно выполнять работу, но в процессе много спирта пригубили и сами, а Врунгель с командой просто сбежали.
  • Раздувание живого существа — удав в Амазонке испытал на себе такое, когда Врунгель запустил ему в пасть два огнетушителя, они в пищеводе столкнулись и разрядились.
  • Со слов персонажа — такова форма подачи почти всей книги: это рассказ капитана о своём давнем походе старосте курса, и лишь иногда Врунгель допускает лирические отступления и обращается к студенту.
  • Сюжетные нелепицы — весь сюжет с Хамурой Кусаки получился откровенно надуманным — и уж точно не вершиной писательского мастерства Андрея Сергеевича. Если все прочие злодеи и «мерзкие типчики» за вычетом Грабентрупа при своей предельной «лубочности» имели внутри произведения логичную мотивацию, то Кусаки преследует Врунгеля, видимо, просто потому, что тот не убил одного кашалота по требованию некоего «международного комитета по охране китов от вымирания» (а если верить словам Грабентрупа, тем самым Врунгель оскорбил не только Кашалота, но и всю «арийскую расу», потому что у кашалота «арийский» удлинённый череп. Получается, уважение к арийцам нужно проявлять путём их истребления?). Неудивительно, что в обеих адаптациях Хамуры Кусаки не было.
  • Физические неточности — «водогрейный» кит: просто растопите печку и обложите её минватой или асбестовой тканью: поверхность изолята не будет греть вообще! А средний кит имеет свой природный слой жира в десятки сантиметров, поэтому он не мёрзнет и в Арктике. Так что нагреть воду он не смог бы и в небольшом бассейне, не то что немаленькую морскую акваторию — даже если бы имел подходящую внутреннюю температуру!
  • Шутки о самоубийстве — японский адмирал Кусаки прибыл с какой-то шпионской миссией в советский порт Петропавловск-Камчатский на копии утопленной им яхты «Беда», вот только на его беду, уж простите за каламбур, за несколько месяцев до этого туда уже прибыли герои. Высокий Лом, не долго думая, вломил своему двойнику так, что тот полетел верх тормашками, отчего стали видны скрытые под штанами ходули. Следом Фукс оторвал своему двойнику накладную бороду. Ну а пока Врунгель думал о том, как разоблачить своего двойника, адмирал сам сделал себе харакири. Однако на самом деле вскрыл только спрятанную на животе подушку.

Прочее

  • Радиоязык — капитан описывает, как принимал передачу во время кругосветного похода: «Поймал Москву, настроился, слышу: „Иван… Роман… Константин… Ульяна… Татьяна… Семен… Кирилл…“ — точно в гости пришел и знакомишься. Прямо хоть не слушай».
  • Шрамы от цензуры — дважды. В первой редакции после Гибралтарского пролива по яхте «Беда» стреляют испанцы. В момент написания этого эпизода в советских газетах мусолили возможное вступление Испании в Антикоминтерновский пакт, и Некрасов открыто написал, что командует этой эскадрой испанский адмирал Канальо — даже несмотря на то, что по времени действия Испания должна была быть монархией эпохи реставрации Бурбонов, Второй Республикой она стала лишь в 1931. Но мало было и такого анахронизма: к моменту финальной редакции книги уже в 1950-х вышло так, что Испания все же вступила в пакт, но все-таки не вступила в Ось и не так активно участвовала в войне против СССР (хотя испанская добровольческая «Голубая дивизия» и оставила по себе скверную память благодаря деяниям под Ленинградом), самого Франко, в отличие от других фашистских вожаков Европы типа Муссолини и Антонеску, вовсе не казнили и даже не предали суду. Скорее всего, в издательстве посоветовали не дразнить гусей и переделать эскадру в «пиратов неизвестной национальности». При этом локация не изменилась — зачем «пиратам неизвестной национальности» атаковать мирные суда неподалёку от Гибралтара, где и англичане, и испанцы из шкуры вон вылезут, чтобы не допустить такого в ключевом для судоходства узком европейском проливе? И более того, никуда не делось упоминание самой фамилии адмирала, что всё равно указывает на испанскую принадлежность эскадры.

Адаптации

  • «Приключения капитана Врунгеля» — мультсериал из 13 серий, созданных в 1976—1979 годах и показанный уже по завершении, режиссёром выступил Давид Черкасский, а сценаристом — Илья Воробьёв. Голосом Врунгеля выступил всесоюзно известный Зиновий Гердт, остальные же актёры были в основном местными, киевскими звёздами театра и кино (но от этого ничуть не менее талантливыми). Крайне известная адаптация, которая в какой-то мере затмила даже книгу. Хотя многие из рассказанных Врунгелем комических сцен были сохранены, центральный сюжет был существенно изменён: теперь кругосветка Врунгеля — не его личная прихоть, а маршрут парусной регаты, в которой он решил поучаствовать; Фукс — не просто карточный шулер, а похититель статуи Венеры из британского королевского музея, вместо нужного корабля по ошибке попавший на «Беду» и вынужденный теперь постоянно думать, что же делать со статуей, когда за ней гонятся его наниматели; время действия — очевидно шестидесятые-семидесятые годы, поэтому никаких фашистов и милитаристов в мультсериале нет; маршрут кругосветки существенно сокращён, потому что все приключения от Гавайских островов до Петропавловска-Камчатского из книги в адаптацию не попали.
    • В 1985 на основе мультсериала была выпущена музыкальная аудиосказка «Приключения капитана Врунгеля» фирмой «Мелодия», в общих чертах её сюжет повторяет мультсериальный. В аудиосказке участвовали многие оригинальные актёры мультфильма, однако их реплики было решено перезаписать полностью, как и все песни из мультсериала, добавив ещё несколько новых, а также внести изменения в сам сюжет — например, явно из-за смерти актёра, Григория Шпигеля, туда не попал важный добавленный в предыдущей адаптации персонаж Агент 00X.
  • «Новые приключения капитана Врунгеля» — художественный фильм 1978 года с Михаилом Пуговкиным в роли Врунгеля. Ещё более вольная адаптация, использующая лишь часть материала книги (потому что представлена как фантазии пионера Васи Лопоухина о том, как он мог бы провести с капитаном лето), хотя может считаться и условным продолжением книги. Здесь капитан, уже давно совершивший свой кругосветный поход, удалившийся от морских походов, и ставший аптекарем, с предложения пионера снаряжает с Ломом новую экспедицию в Бермудский треугольник, чтобы расследовать причину исчезновения там судов и людей.
  • Следует отметить также, что в мультфильме «Следствие ведут Колобки», снятом в 1986 году Александром Татарским, одним из мультипликаторов мультсериала 1976—1979 годов, капитан Врунгель появляется мельком и проходит паспортный контроль в аэропорту.

Примечания

  1. Вариант объяснения Ватсона: капитан просто выдумал эти встречи с нацистами «для большей внушительности», а на самом деле в его экспедиции они ему не повстречались точно так же, как и чихающий водогрейный кашалот, реактивное шампанское и т.д. А Дойл объяснил бы так: Некрасова не слишком волновало историческое соответствие, а лишний раз высмеять идеологических и политических противников СССР хотелось, вот автор и пошёл на ухищрения.
  2. Врунгель сам произносит в книге несколько фраз на английском («Хау ду ю ду, Фукс?»), и он сам же упоминает, что по-норвежски разговаривает настолько свободно, что уже на момент кругосветки знал, хотя и позабыл, как по-норвежски будут «орехи» и «сосновые шишки». Также он понимает сержанта итальянской армии Джулико Бандитто, который вряд ли знал другие языки, кроме своего родного (но представляется, что среди других итальянцев были люди, понимающие хотя бы английский или французский, иначе с ними не смог бы разговаривать Фукс, итальянского не знающий). Смог Врунгель разобрать и семафор флагманского судна адмирала дона Канальо, судя по фамилии — испанца. А вот на каких языках изъяснялись бразильские комендант и губернатор, директор немецкого зоопарка Гаденбек, Грабентруп и Хамура Кусаки на переговорах, а также голландские торговцы селёдкой — в книге не говорится. Хотя это вполне мог быть и английский — люди вроде Гаденбека и начальников портов привыкли работать с иностранцами и наверняка английский знают. Что касается подслушанных переговоров Грабентрупа и Кусаки, то, как представляется, использовался на них либо английский, либо немецкий.
  3. Не считая всяких там работников портов и градоначальников, которые появляются на страницах произведения, лишь чтобы выполнить одно действие и уйти.
  4. А может, и не Грабентрупом его звали. Врунгель не может вспомнить его фамилию в точности и называет, лишь как ему примерно запомнилось
  5. Самой близкой, наверное, будет Конехо (Conejo), кстати, соответствующая Коэлью (Coelho) в португальском.
  6. Однако фамилия Кусака (日下 или 草鹿) у японцев вполне имеется. Имя Хамура 羽村 вроде бы имеется, но очень редкое.
  7. Но есть немецкая фамилия Хагенбек (Hagenbeck). Именно ее носил знаменитый немецкий зоолог и цирковой антрепренер Карл Хагенбек, основатель Гамбургского зоопарка, пародией на которого и является врунгелевский Гаденбек.
  8. Но есть название дворянского рода Грабен (Graben) и весьма распространённая фамилия Трупп (Trupp).
  9. Есть очень распространённое имя Джулио (Giulio) и его уменьшительная форма Джулиано (Guiliano).
  10. Эта особенность, кстати, была в адаптациях утрачена.
  11. Правда, Лом после взрыва вулкана с «Бедой» как раз на западном побережье Атлантики, поэтому он мог Атлантику перелететь
  12. На самом деле до такой длины не вырастали даже давно вымершие виды: титанобоа в лучшем случае достигал метров 16. Ныне живущая самая длинная змея мира, анаконда, достигает в длину максимум одиннадцати.
Сюжет.png

Приключения капитана Врунгеля (книга) входит в серию статей

Литература

Посетите портал «Литература», чтобы узнать больше.