Посттравматическое стрессовое расстройство

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску
Тот самый «взгляд на две тысячи ярдов» в представлении военного художника
«
Мой брат Каин был в далёкой стране,
Защищал там детей пророка.
Мой брат Каин вернулся спасать
Отчизну от масонов и рока.
Мой брат Каин за армейский порядок
И за железную власть.
Каин тяжко контужен и не спит на кровати,
Потому что боится упасть.
И когда он выходит в двенадцать часов
Пьяный из безалкогольного бара,
Лунный свет станет красным на десантном ноже,
Занесённом для слепого удара.


Когда он ревёт, кровь течёт из-под век,
Когда он смеётся, у него не все на месте,
Он уже не человек…

»
— «Nautilus Pompilius» — «Мой брат Каин»

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — это тяжкое психическое состояние, вызванное насилием, стрессом и угрозой для жизни. Профессиональное заболевание для воинов и солдат, а также для гражданских, волею судьбы оказавшихся в зоне боевых действий, в лапах террористов, повергшихся нападению преступников. Травматичность события связана с тем, что человек не в силах противостоять насилию, не может эффективно действовать и противостоять опасной ситуации — от него ничего не зависит, он лишь пешка в лапах судьбы. И в связи с этим его крыша поневоле уезжает в дальнюю даль.

Немного истории[править]

Хотя ПТСР и известна больше как «вьетнамский-афганский-чеченский-(подставить название места, где шла война) синдром» — это отнюдь не выдумка «уникальных снежинок» конца XX — начала XXI века. О том, что творит война с человеком знали очень давно: ещё в записях Ассирии (примерно 1300 г. до н. э.) упоминаются воины, которым после войны мерещились призраки погибших друзей и убитых врагов, которые преследовали их. Во времена Наполеоновских войн в историю психиатрии вошёл термин «пушечный ветер» («Vent du boulet») — тогда считалось, что не слишком нормальные головой солдаты контужены ударом воздуха от пролетающих мимо пушечных ядер (а не зрелищем того, что такое ядро творит с пехотным каре, в которое ударило, отрывая конечости и разрывая на куски тела).

Российские патриоты могут порадоваться: впервые серьёзно заниматься военными психологическими травмами начали именно в Российской империи после Русско-Японской войны, когда количество слегка «двинувшихся кукухой» от пребывания под обстрелом солдат оказалось довольно серьёзным — и их впервые начали отделять от обычных раненых и контуженных, а в медицинской терминологии впервые появился термин «военный невроз». Во время Первой мировой появился термин «снарядный шок»: он проявлялся у людей, на голову которых валится всякая взрывчатая хрень (от «чемоданов» крупнокалиберных орудий до мелких бомб из бомбомёта) — а они ну ровно ничего не в силах сделать.

Во времена Второй мировой ПТСР проявлялся массово (как у бойцов, так и у гражданских и узников концлагерей) — но как раз в силу массовости на этот невроз уже не обращали внимания: десятки, сотни и тысячи пострадавших ещё могут получать лечение, а вот десяткам миллионов уже приходится разбираться своими силами. Но как раз тогда в англоязычных источниках появился термин «Взгляд на две тысячи ярдов» (англ. «Two-thousand-yard stare») — расфокусированный взгляд у солдат, побывавших под обстрелом, первый и самый яркий симптом ПТСР.

Затем прошли десятилетия относительно мирной жизни — и начали появляться в просторечии различные «вьетнамские» или «афганские» синдромы: солдаты, возвращающиеся с локальных войн, начали открыто демонстрировать свою поехавшую крышу и неполную адекватность.

Однако нельзя считать, что ПТСР свойственно только бывшим военным или жертвам войны. Вполне гражданский человек, пострадавший от теракта, крупной катастрофы, стихийного бедствия и другого действия той силы, которой он не может ничего противопоставить и от которой он не в силах защититься, демонстрирует синдромы ПТСР в полной мере.

Как проявляется[править]

В острой фазе (непосредственно в зоне боёв или сразу после психотравмирующей ситуации) человек демонстрирует полную реакцию на шок:

  • Страх.
  • Отрицание.
  • Потеря памяти.
  • Стыд и самоотвращение.
  • Психосоматика — тошнота, потеря аппетита, потеря полового влечения, возможна слепота или глухота, не объясняющаяся физическими поражениями.

В фазе восстановления наблюдается полное веселье:

  • Страх.
  • Агрессия (а если пациент — ветеран с боевыми навыками, то получается и вовсе грустно).
  • Кошмары.
  • Трудности в коммуникации.
  • Противопоставление себя тем, кто не пережил подобного опыта («Эй, турист, гляди, куда забрёл! Где ты был, когда бомбили нас, орёл?»).
  • Потеря связи с реальностью.

В общем, всё грустно — и требуется как минимум серьёзная помощь психиатра.

Когда не проявляется[править]

Однако ПТСР настигает не каждого из участников войн и прочих психотравмирующих событий. Возможны ситуации, когда для героя всё это не повод даже чихнуть лишний раз:

  • Он принадлежит к культуре, в которой война, убийство и жертвы — часть обыденного мира.
  • Он уже привык и приспособился, став профессиональным воином-наёмником, кадровым военным и т. д.
  • Он — фанатик и не склонен обращать внимания на мелкие неурядицы (вроде убийств, потерь и прочего).
  • У героя сверхмощная психика, и он выдерживает любые психологические нагрузки.

Примеры[править]

Литература[править]

  • В час, когда луна взойдёт — слепая старуха в Вильшанке (Ольшанке). Ослепла она после «дикой охоты» — карательной акции, когда на нелояльной территории отменяются все ограничения и варки получают право убивать и «потреблять» людей не по лицензии, а сколько захочется. Слепота психосоматическая: глаза здоровы, зрительные нервы в порядке — бабка просто не хочет больше видеть мир, в котором творится такой ужас.
  • Гарри Поттер — начиная со смерти Седрика Дигори и дуэли с Волдемортом Гарри в полный рост демонстрирует все симптомы. Что любопытно, в экранизации это показано ярче, чем в книгах.
  • «Капитан Алатристе» (цикл книг) А. Перес-Риверте — сам главный герой. Диего Алатристе-и-Тенорио по прозвищу «Капитан» (прозвище заработал на войне, когда в одном из боёв были убиты все офицеры — и рядовой Алатристе, крикнув: «Слушать меня!» — возглавил уцелевших испанских солдат). Хотя сам Капитан Алатристе в бою показывает себя образцовым воином — в мирное время он слишком много пьёт, потому что его «преследуют призраки» (особенно когда Диего не может уснуть из-за воспалившейся раны). К слову, пресловутый «взгляд на 2000 ярдов» он демонстрирует.
  • Космоолухи — ПТСР во все поля демонстрируют несколько героев:
    • Вадим, бывший десантник под командованием старшины Петухова. Как ни странно, адекватным прошёл через множество боёв — но поехал крышей, когда космические пираты убили его жену и новорождённую дочь. Начал проявлять неспровоцированную агрессию, кидаться на полицию — и в результате кто-то умный в Галактической полиции предложил Вадиму поступить на службу, дав бывшему космодесантнику возможность реально отомстить тем, кто убил его близких. Это было сделано явно зря: когда внедрённого в банду агента после пыток едва не убили, Вадим взял отпуск без содержания и мотался по Галактике, пытаясь забыть свой страшный опыт.
    • Ланс. Как ни странно, ПТСР накрывает даже биомашины — киборгам тоже снятся кошмары.
    • Шутки ради — Степановна, предводительница «банды пенсионерок», торгующих грибами на станции. Бабуля в молодости воевала в джунглях Шебы. В результате гараж у Степановны доверху забит списанным военным имуществом (включая тяжёлое вооружение), без боевого ножа и любимой лазерной винтовки из дома не выходит, а клюку (с усиленным и заточенным наконечником из титанового сплава) Степановна кидает так, что даже киборг увернулся не благодаря сверхчеловеческой реакции, а исключительно чудом. И да: паранойей бабушка не страдает — она ей наслаждается, стреляет быстро и без колебаний, и её не решается тронуть даже местный шериф.
  • «Плюс на минус» О. Громыко и А. Уланова — Саня, второй герой-рассказчик, после армейской службы и Второй чеченской демонстрирует ПТСР в полный рост (чего стоит одна привычка таскать в кармане гранату — все думают, что учебную[1]). К счастью для него, нашёлся командир, который набил ему морду в ответ на попытку поступить на контрактную службу и продолжить воевать, чтобы «отомстить за своих»: даже по тому, что Саня демонстрирует в книге, крыша у него уехала в дальние края и надолго. Надо отметить, что в период написания оба автора плотно сидели на интернет-форумах ветеранов локальных войн — и опрашивали реальных людей, прошедших Чеченскую войну.
  • «По ту сторону рассвета» О. Чигиринской — ой, не случайно в этом опубликованном фанфике на Толкина аббревиатура названия складывается в «ПТСР»! Тамошний Берен его демонстрирует во все поля: десять лет партизанской войны в Дориате против сил Моргота (причём последние годы — в одиночку) никуда не денешь.
  • «Пожиратель душ» Ирины Кобловой — Ник Берсин (Николай Бересин по давно утерянному паспорту) с полным равнодушием слушает советы наставницы и других людей поступить в институт, чтобы потом устроиться на хорошую работу, купить квартиру, найти жену, родить детей. Зачем? Ведь его родители в советское время точно также закончили институты и получили направление на работу в солнечный Узбекистан, поженились, квартиру получили… А потом советское время закончилось. Заканчивающего школу Николая стали безнаказанно дразнить и бить местные подростки. Его отца, который планировал уехать в Россию по окончании учебного года, посреди улицы толпой забили насмерть националисты. Уже в России мать умерла от сердечного приступа из-за реалий нового времени, и одинокий подросток остался один посреди огромной Москвы бесславных девяностых.
  • «Проклятье Шалиона» Л. Буджолд — ди Казарил. Офицер и дворянин, которого взяли в плен — а своя сторона его не выкупила из-за придворных интриг, так что Казарил угодил в рабство на галеры. А потом он ещё и был высечен почти до смерти, и умер бы, если бы его галеру аккурат в это время не взяли на абордаж. В результате в начале романа Казарил — зашуганный нищий, который шарахается от людей и может разрыдаться от любого, даже не очень сильного переживания. Потом он помаленьку приходит в себя, и к нему возвращается прежняя крутость.
  • «Сорные травы» Н. Шнейдер и Д. Дзыговбродского — судмедэксперт Мария после погрома толпой городского бюро судмедэкспертизы[2] находится в таком состоянии — и благодаря медицинскому образованию[3] понимает, что с ней творится: «Студент, ты патфизу на сколько сдал? — На четыре… — Значит, знаешь, что такое запредельное торможение» (когда героиня, сидя в коридоре РОВД и ожидая допроса, просто отключается — мозг уже не выдерживает нагрузки).
  • «Чёрный обелиск» Э. М. Ремарка — когда герой-рассказчик (на секунду — сам ветеран Первой Мировой, который провёл на фронте три года) в разговоре с психиатром Вернике начал толкать речь на тему: «Почему бы не убивать безнадёжных сумасшедших» — доктор просто взял его с собой на обход флигеля в психиатрической клинике, где содержатся как раз сошедшие с ума от ПТСР и контузий фронтовики: прошло пять лет — но для них война всё ещё длится: «Здесь отдаются приказы и безмолвно повинуются неотданным приказам; кровати — это окопы и укрытия, людей вновь и вновь заваливают и откапывают, здесь убивают и умирают, душат; здесь задыхаются, волны газа текут по комнатам, и, обезумев от ужаса, люди ревут и ползают, хрипят и рыдают или вдруг, сжавшись в комочек и силясь стать как можно незаметнее, забиваются в угол и сидят там молча, уткнувшись в стену, тесно прижавшись к ней…»
  • Творчество Юлии Друниной — во время Великой Отечественной она была санитаркой на фронте, оказалась в окружении и была контужена разрывом мины:
«
Я только раз видала рукопашный,
Раз наяву. И тысячу — во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.

»

Музыка[править]

  • «Medic» на стихи Мерседес Лаки и музыку Лесли Фиш — лирическая героиня пережила космическое кораблекрушение, но ничем не смогла помочь своим друзьям и коллегам. Теперь она по-прежнему умело лечит, но не может и не хочет эмоционально сближаться с людьми («But as soon as you have faces, all your wounds cut into me»). Она даже периодически меняет место работы, чтобы случайно не подружиться с кем-нибудь.
  • «Nautilus Pompilius» — «Мой брат Каин» (см. эпиграф). История военного психопата, вернувшегося не только с тяжёлой контузией, но и с ПТСР в полный рост. Родня понимает, что всё кончится плохо — но «какой бы он ни был, он брат мой Каин»…
  • А. Розенбаум — «Я часто просыпаюсь в тишине…». Ветеран Великой Отечественной, которому даже спустя десятилетия по ночам снится атака на немецкие окопы и страшный бой накоротке.
    • «Караван» — примерно то же самое, но уже многими годами позднее: «Не привыкнуть никак, что совсем мне не тянет плечо АКМ». Герой-рассказчик никак не может привыкнуть к «гражданской» жизни — ведь на войне если не стреляют, то значит, что готовится какая-то грандиозная пакость от противника.
  • С. Трофимов (Трофим) — «Аты-баты». «Афганистан, Молдавия и вот теперь Чечня…». Монолог офицера, начавшего службу ещё при СССР и прошедшего «горячие точки» постсоветского пространства, теряя подчинённых («За тех, кого не вывел из-под шквального огня…»)
  • В. Высоцкий — «Охота на кабанов». Как предполагает герой-рассказчик, жестокость егерей — это последствия войны: «Это душу отводят в охоте уцелевшие фронтовики…»
  • Е. Лукин — «Прогулочка». Автор был в Приднестровье сразу же после войны и гулял по Бендерам:
«
Тут и там асфальт расплёскан, тут и там.
А за мною сумасшедший по пятам.
— Ты! Турист! — кричит. — Гляди, куда забрёл!
Где ж ты был, когда бомбили нас, орёл?..


Но послушай, да ведь я ж не виноват,
что ни разу не попал в подобный ад,
не свихнулся и не выгорел дотла, —
просто очередь до Волги не дошла.

»

Кино[править]

  • «В бой идут одни „старики“» — у старшего лейтенанта Скворцова явное ПТСР после того, как он чудом выжил в очередной воздушной схватке. Его «клинит» в боевых ситуациях, из-за чего он неоднократно подводит напарника и требует увольнения из лётных частей в пехоту, хоть в штрафбат. Он поначалу даже петь не в состоянии себя заставить. В итоге капитан Титаренко, притворившись, будто у него заклинило пулемёт, смог-таки вынудить Скворцова не то что войти в бой, а даже сбить вражеский самолёт… Однако, старлей явно искал смерти и в очередном бою предпочёл повторить подвиг Гастелло вместо того, чтобы выпрыгнуть с парашютом.
  • «Майор Пэйн» — явление обыгрывается по большей части в комедийном ключе и шутки ради. Но «сказка о паровозике» явно показывает, что у Пэйна далеко «не все на месте».
  • «Рэмбо» — первый фильм франшизы о крутом вояке просто просится в палату мер и весов: несправедливый наезд на ветерана — и он стал кошмаром для местных властей (пусть даже фильм и изрядно смягчён по сравнению с книгой-первоисточником).
  • «Смертельное оружие» — Мартин Риггс. Куда там ехала его крыша во время войны, неизвестно (хотя и прямым текстом в фильме озвучивается, что Риггс был карателем во время операции «Феникс») — но когда погибла его любимая жена, а он ничего не мог сделать, эта самая крыша улетела к чертям собачьим в глубокие дали, и Риггс превратился в социопата с тягой к самоуничтожению (как сказал его напарник: «Ты не притворяешься сумасшедшим, чтобы пенсию получить. Ты и вправду псих!»)
  • «Терминатор» — от стрессового расстройства страдает солдат Кайл Риз, на тяжёлой и страшной войне с машинами выросший. В фильме демонстрируется его неприспособленность к мирной жизни, тревожность и кошмарные воспоминания — с чётким триггером в виде звуков гусеничной техники, давящей что-то; на войне с таким звуком двигались боевые гусеничные роботы, и давили они человеческие кости.
    • Во втором фильме серии от подобного синдрома страдает Сара Коннор; толчком для развития расстройства для неё стал опыт, полученный в ходе попыток скрыться и хоть как-то противостоять могучему и жестокому неумолимому преследователю-терминатору T-800. Проявляется он в виде агрессии и опять же кошмарных снов.
  • «Турист» (фильм 2021 г.) — после неравного боя, исход которого решила кавалерия из-за холмов в виде внезапно пришедшего на помощь подкрепления, даже у матёрых инструкторов трясутся руки, и они не попадают огнём зажигалки по сигарете. Всё дело в том, что в финальном бою блокпост атакуют не наскоро навербованные боевики оппозиции, которым командиры только и успели показать, где у автомата ствол, а прошедшие профессиональную подготовку наёмники из соседней страны — то есть почти регулярная армия.
  • «Незламна»/«Битва за Севастополь» — после войны снайпер и герой Советского Союза Людмила Павличенко испытывает ПТСР в реакции на резкие звуки, напоминающие ей артобстрелы.

Мультфильмы[править]

  • «Крепость: щитом и мечом» — мальчишка-знаменосец из отряда наёмников, чудом уцелевший во время штурма, когда вроде как лишённый артиллерии из-за диверсии шпиона Смоленск вдруг огрызнулся накоротке полновесным залпом в упор со всех трёх ярусов крепостной стены («Верхний бой! Средний бой! Подошвенный бой!» — как распределял воевода добровольцев-горожан по участкам обороны[4]). Когда практически вся рота, только что блистательно атаковавшая вражеские позиции, была бесславно перемолота ядрами — немудрено запаниковать и кинуться в тыл. Ну а раз знамя уносят — немудрено следовать за ним. В результате капитан наёмной роты, пытающийся остановить самовольное отступление, в лучшем случае оказался избит до полусмерти своими же солдатами.

Мультсериалы[править]

  • Happy Tree Friends — медведь Флиппи побывал на войне, где навидался всяких ужасов. Он пытается жить нормальной жизнью, но стоит ему увидеть или услышать что-то, напоминающее ему о воинской службе, как его переклинивает — Флиппи начинает думать, что он всё ещё на войне, и начинает убивать и калечить окружающих.

Комиксы[править]

  • «Брут и Пикси» («Brutus and Pixie») — сам Брут, списанный по ранению военный пёс-овчарка. Боится грозы (потому что гром напоминает взрывы), не может толком рассказать своей «младшей сестрёнке», котёнку Пикси, о том, где он потерял глаз и обзавёлся кучей шрамов на морде — потому что воспоминания слишком мучительны (на войне Брут потерял брата Цезаря, застреленного вражеским снайпером, и любимого сержанта-кинолога, своего первого хозяина).

Видеоигры[править]

  • Stardew Valley — Кент побывал на войне, где попал в плен. После освобождения и возвращения домой, он разлюбил попкорн — когда зёрна трещат при готовке, Кент начинает нервничать, потому что это напоминает ему звуки стрельбы.

Примечания[править]

  1. Да нет, она и правда учебная. Милиция сто раз проверяла. А боевая тихонько лежит в схроне. И когда он, готовясь к кульминации, достаёт её — никто не обращает внимания, все думают, что это та самая, учебная.
  2. Сюжетообразующий момент повести: разом умирает пятая часть населения. Морг переполнен — но инструкции и правила требуют, чтобы по каждому трупу было составлено заключение о смерти. Проходит день, другой, третий — и толпа родственников у ворот (и без того взвинченная ожиданием следующей волны смертей и слухами о том, что медики причастны к предыдущей) врывается в морг с криком: «Отдайте нам наших мёртвых!» — и начинает крушить всё и убивать сотрудников. Выжили двое: сама Мария (которой муж благодаря знакомству с криминальным авторитетом добыл пистолет и научил стрелять) и студент-практикант Сашка, которого она успела отбить, пристрелив пару погромщиков. Что самое поганое, буквально на следующий день вышел приказ Минздрава, разрешающий выдавать для похорон тела всех умерших во время «события» без вскрытия и судебно-медицинского заключения.
  3. Точнее, благодаря одному из соавторов: Наталья Шнейдер имеет высшее медицинское образование, некоторое время работала по специальности — а во время написания консультировалась со специалистами.
  4. Да, Смоленск, как и другие крупные русские крепости позднего Средневековья, имел не только «боевой коридор» на гребне стены — но и огневые позиции среднего и нижнего яруса.