Попаданцы

Материал из Викитропы
Перейти к: навигация, поиск

Попаданцы — люди из нашего мира и эпохи, которые куда-нибудь внезапно попадают и там застревают. Например, в прошлое или в другой мир. Метод попадания редко раскрывается и обосновывается: часто это просто сюжетный инструмент. Попаданец, например, может забрести в Таинственный Туман ™, прикоснуться к Проклятому Артефакту ™ или вовсе умереть здесь и возродиться в том мире. Если герой перемещался целенаправленно и тем более, может в любой момент вернуться, это уже немного из другой оперы. Хотя, общая канва сюжета вполне может остаться той же самой.

Куда может попасть попаданец? Может — в прошлое нашего мира. Здесь у него два варианта: либо он попадает в средневековье и становится прогрессором, следуя примеру янки при дворе Короля Артура, либо он попадает в какой-то период недавней истории Отечества, наиболее раздражающий автора, и переколбашивает там всё по воле автора. Типичный набор действий — «предупредить Сталина, замочить Хрущёва, спеть Высоцкого и изобрести промежуточный патрон».

Может попаданец попасть и в другой мир, например, в мир фэнтази. Когда-то это считалось вполне кошерным приёмом, герой-попаданец, например, был во вполне кошерном цикле «Чародей с гитарой» Алана Дина Фостера. Сейчас это такой же избитый и убитый штамп, как предупредители Сталина. Особенно в Японии, где в последнее время разразилась эпидемия попаданчества, не уступающая нашей — но преимущественно в фэнтези (см. Исекай).

Особенно цветут и пахнут попаданцы в фанфиках. Здесь они часто пересекаются с таким явлением, как Мэри Сью: идеализированная копия автора фанфика вламывается в грязных сапогах в мир автора изначального произведения, всех удивляет, крутит романы с персонажами канона и побеждает Чёрного Властелина одним плевком.

Изредка, но встречается и типаж «обратного попаданца», когда обитатель прошлого или параллельного мира попадает к нам — или хотя бы просто вперёд во времени.

Разновидности[править]

  • Попаданец скромный. Вася Пупочкин — ничем не примечательный продавец из «Евросети», ничего полезного для Твердиземья делать не умеет, и все его приключения — скорее злоключения: то он попадёт в рабство в Выжженной Пустыне и пытается сбежать оттуда, то эльфы его принимают за шпиона Злодея-2 и волокут на телепатический допрос к Владычице Пергидроли (которая после сеанса легилименции срывается в крик: «Выставьте отсюда это чмо!»), то он попадёт в тюремную камеру в Бармалионе, нарушит местный воровской закон и с трудом избежит заточки в бок… В конце, скорее всего, этот недотепа научится чему-то полезному и станет похож на человека.
  • Попаданец бесцеремонный. Вася Пупочкин — не просто продавец мобильных телефонов, а бывший спецназер военной разведки, а вдобавок ещё и сын случайно попавшего на Землю великого рыцаря-цвёльфа. Попав в Твердиземье, становится крутым воином и феодалом, затем в одно жало побеждает Злодея-2 и начинает хищно поглядывать на Чёрный Ужас Восточного Запада.
  • Попаданец-стратег. В отличие от предыдущего, предпочитает не геройствовать сам с мечом и магией, а побеждать всех врагов… кто сказал «умом»? Хорошей памятью и знанием первоисточника! Пытается в нужное время оказаться в нужном месте, предупредить Альбендальфа, замочить Ар-Маразмона, изобрести промежуточный арбалетный болт и внедрить командирскую башенку на боевых мамонтах.
  • Попаданец иронический. Все приключения Васи Пупочкина в Твердиземье перемежаются приколюхами и дурацкой улыбкой автора: «Ну это же штампище! Смотрите, какой штампище!». Сам Вася вовсю постмодерниствует, перепевает Высоцкого, цитирует Гоблина и побеждает Мораббаша в песенном поединке с помощью песни группы «Рамштайн», переведённой Радиотапком.
  • Попаданец геймерский. У Васи Пупочкина есть класс персонажа, целые страницы исписаны тем, как он подсчитывает вес в инвентаре, характеры всех персонажей (включая Васю) прописаны не более чем как «хаотик гуд эльф сорсерер десятого уровня».
  • Попаданка-нимфоманка. Самый распространенный женский типаж попаданца. Попадает исключительно затем, чтобы сначала запрыгнуть в койку к красавчику-эльфу, затем к красавчику-демону, затем ещё к какому-нибудь красавчику.
  • Попаданец японский. См. Исекай

Примеры[править]

Литература[править]

Русскоязычная[править]

  • Одно из первых произведений — «БЕСЦЕРЕМОННЫЙ РОМАН» (именно так — заглавными буквами) Вениамина Гиршгорна, Иосифа Келлера и Бориса Липатова, вышедший в 1927 г. и удивительно точно предсказавший все повороты сюжета попаданческих авторов будущего. Герой попадает во времена наполеоновских войн, идет к товарищу Сталину императору Наполеону, организует производство автоматов Калашникова револьверов, переигрывает проигранные сражения, собирает под своим крылом будущих выдающихся личностей — от Гарибальди до Бисмарка et cetera.
  • А. Бушков, цикл «Сварог». Герой мечтал поменять постылую жизнь… и мечты сбываются! © (не спойлер: «великий феодал-полуцвёльф» как архетип Попаданца Бесцеремонного — не что иное, как шарж на майора Сварога).
  • Романы Оксаны Панкеевой. Тут попадают в фэнтезийный мир. Для нас романы интересны имеющейся системой адаптации попаданцев к новым реалиям.
  • Ведун. Олег Середин благодаря заклинанию попадает в Х век. Подготовлен он хорошо, благо является кузнецом по профессии и увлекается исторической реконструкцией, мир вокруг себя менять не собирается, поэтому вписывает в дивный мир Древней Руси прекрасно.
  • Трилогия «Кембрийский период» Владимира Коваленко — ГГ попадает в Британию (конкретно — в Уэльс) в VII в. Место и время выбрано ГГ, но вариант «отказаться» означал отказ от участия в 'игре' и невозможность вернуться. Из недостатков — смена пола и то, что идти придется созданной игровой аватарой, бессмертной эльфийкой-клериком. Бонусом при попадании идет то, что языки ГГ знает вообще все, какие можно и нельзя, и имеет абсолютную память, , золото и подготовленную легенду. Маскироваться не нужно — каждый житель Британии знает, кто такие сиды и чем они знамениты. ГГ, правда, немного ошиблась с именем... сначала пришлось говорить — НЕТ, НЕ ТА САМАЯ... а потом привыкла, что люди понимают что как раз таки — Та самая Немайн-Неметона из легенд. Обоснование для будущих археологов, откуда вообще на Земле взялись сиды, сделали те же силы что и устроили попадание. Потом выяснилось что ей организовали с целью обосновать 'женщину-священника' и вторую легенду — чудом выжившая Анастасия, дочь Ираклия I, византийская базилисса. Нечеловеческий облик не помешал — кровосмесительное же отродье. Как один из результатов — в Камбрии Университет возглавляет ведьма и учат там ведьм и колдунов, а гости из Византии прямо рассуждают, что а на латыни эта профессия называется инженер'. История потихонечку идет другим путем — например, вторжение саксов не было таким успешным: в открытом бою Камбрия и союзники их побили, и не раз. С точки зрения самих саксов — магией.
  • Попадания в глубокую древность и Патриотическое Поднятие России С Колен. Древностью обычно является Киевская Русь или окрестности до татаро-монгол, династия Рюриковичей до Смуты и — особо любимый вариант! — Российская Империя до большевиков. Один из самых крупных и, в принципе, качественных примеров — трилогия Злотникова «Царь Фёдор». Хотя Злотников, вообще, эту тему зело любит.
    • Межавторский цикл «Боярская сотня» — о реконструкторах, провалившихся в правление Ивана IV.
  • Павел Дмитриев, «Ещё не поздно» — ГГ-айтишник проваливается в 1965 год и на протяжении пяти книг пытается в закрытом НИИ наладить производство микропроцессоров и персональных компьютеров в СССР. Пример реалистичного попаданчества: протагонист ВНЕЗАПНО обнаруживает, что на базе технологий шестидесятых соорудить хороший, годный ПК оказалось не так-то просто. Да тут ещё и национальный советский спорт — борьба с бюрократизмом…
  • Ещё куча боевой фантастики про то, как наш современник попадает на Великую Отечественную войну. Обычно главным героем оказывается спецназовец-историк, знающий Вторую мировую вплоть до уровня отдельных взводов и феноменальной памятью. В итоге главный герой неизбежно оказывается личным советником Сталина, внедряет промежуточный патрон и командирскую башенку на Т-34, как правило — нейтрализует Хрущёва и перепевает Высоцкого. Поскольку таких книг, как изданных на бумаге, так и сетевых, неимоверное количество, упомянуть стоит лишь те, которые чем-то существенно выделяются из общей массы:
    • «Попытка возврата» Конюшевского — хотя Илья Лисов и переживает постоянно от того, что историю толком не учил, но по сути именно этот цикл — кодификатор жанра «Попаданцы к товарищу Сталину». Патроны, Высоцкий и убийство Хрущёва в наличии.
    • А. Ивакин «Мы погибнем вчера» — у попаданцев-поисковиков (среди которых и историки, и отставной военный, и медик, и специалист по оружию той эпохи) НЕ получается изменить историю, они просто воюют, как могут, и гибнут. Все до единого.
    • В. Полищук «Возвращенец. „Элита пушечного мяса“» (авторское название — «Деляга») — мелкий «бизнесмен» из российских 00-х с прокачанными навыками «купи-кидай» однажды кинул не тех и вынужден прятаться в прошлом. Вот только кто знал, что «деляга» окажется в 1941-м году — и что из 1945-го в наши 2010-е вернётся уже совсем не тот человек, что уходил? И да, изменилось не прошлое — герой после возвращения смог хоть чуть-чуть, но изменить к лучшему настоящее. Уже в наше время, защищая случайную девчонку от изнасилования, герой погиб — но забрал с собой отморозка-мажора и нескольких его дружков, с которыми не могла ничего сделать полиция
    • С. Буркатовский «Вчера будет война» — попаданец таки предупредил товарища Сталина о том, что нападение случится 22 июня. Вот только и информация имеет свойство просачиваться (перебежчик доставил Гитлеру копии протоколов допроса попаданца), и действие порождает противодействие (отчётливые приготовления к обороне заставили Гитлера как отложить план «Барбаросса», так и попытаться заманить Сталина в ловушку весьма вкусным пирожком на юго-востоке). В результате в этом мире война пошла не так и не там — и с первого её дня послезнание попаданца обесценилось до нуля.
  • К. Костинов, «Неинтересное время» — наш современник, молодой менеджер, увлекающийся историческим фехтованием и реконструкцией, с помощью магического артефакта случайно попадает в 1925 год. До самого конца герой, истории не знающий абсолютно и не читавший даже «12 стульев»[1], уверен, что попал в альтернативку с добрыми большевиками, белогвардейскими террористами, где в СССР процветает частное предпринимательство, существуют проституция и уличная наркоторговля, и где Литва — серьёзный военный противник. Разгадка проста: на дворе НЭП, до репрессий 30-х — ещё десять лет, а СССР после недавней гражданской войны ещё в полном раздрае. Но на приём к товарищу Сталину он всё же попадает — в самом финале.
    • Он же, дилогия «Моя не понимать/Моя понимать» — простой работящий парень Димка подрабатывал извозом и на свою беду поинтересовался грузом, который нужно было сдать заказчику. Груз оказался несколькими маленькими девочками в коме, а заказчик — Тёмным Властелином, сосланным на Землю «магической полицией» отбывать наказание[2]. Чтобы избавиться от свидетеля, маг закинул Димку в другой мир, а для верности ещё и превратил в яггая — здоровенное обезьяноподобное существо с чудовищной силой, пуленепробиваемой шкурой… и словарным запасом всего в пару-тройку десятков слов.
  • Елена Картур, «Эльф и вампир» — художницу Анастасию убило сосулькой, но её душу вызвал к себе некромант из другого мира. Душу маг засунул в тело юноши-эльфа и отдал на съедение вампиру. В итоге, героиня подружится с вампирчиком и влюбится в него, сама станет вампиром, заведёт много новых друзей, овладеет вампирскими силами… ну вы уже поняли, что эта книга о Мэри Сью?
  • А. Белянин, «Рыжий рыцарь». Юмористическое фэнтези со множеством случаев прямого и обратного попаданства: крестоносец Нэд Гамильтон, вассал Ричарда Львиное Сердце, попадает в Россию начала XXI века, а затем, вместе с новыми друзьями, оказывается то в бою на Великой Отечественной, то в постапокалиптическом будущем, то в своей родной Англии XII века, где из ниоткуда возник проклятый чёрный замок Мальдорор…
  • Сергей Ким, «Чужая жизнь». Обыкновенный российский студент-раздолбай, фанат боевиков и попаданческой литературы, попадает… в «Евангелион» причем прямо в голову к Икари Синдзи. Нет, всё не так пошло как вы думаете. Попаданец по-началу кажется бесцеремонным, но вскоре сталкивается с суровой реальностью: командирские башенки к «Еве» или уже придуманы местными и уже едут в Токио-3, либо невозможны физически. А знание первоисточника вскоре начинает играть с Виктором Северовым злые шутки ибо это мир похожий на аниме, но не идентичный ему. Местами с точностью до наоборот.

На других языках[править]

  • Утопии Томаса Мора и Кампанеллы.
  • Их идейный продолжатель Сирано де Бержерак, «Иной свет» (описана жизнь на Луне и Солнце).
  • Д. Свифт, «Путешествия Гулливера» — заглавный герой естественным путём попадает в сказку.
  • Г.-Х. Андерсен, «Калоши счастья» (1838 г. !). Они переносят владельца, куда тот пожелает — не только во времени и пространстве, но и в тело другого человека.
  • «Путешествие пана Броучка в 15-й век» (1888) — сатирическая повесть Сватоплука Чеха о попаданце во времена гуситских войн. Протагонист заслуженно приговаривается Яном Жижкой к смерти за трусость и предательство.
  • «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» — роман Марка Твена, впервые опубликованный в 1889 г. Ушлый американец тут больше форсирует прогресс, чем намеренно меняет ход истории. Впрочем, сама история при этом, в отличие от более современных произведений про попаданцев, не меняется. Вмешательство главного героя, наоборот, объясняет белые пятна истории, связанные с эпосом о короле Артуре.
  • Л. Кэрролл, дилогия об Алисе.
  • Ф. Баум, «Волшебник из страны Оз» (и его советский клон «Волшебник Изумрудного города») с Дороти/Элли, попавшей из реального Канзаса сказочный мир.
  • «Да не опустится тьма» (Лайон Спрэг де Камп, 1939) — видимо, первое известное западное произведение XX века о попаданце в прошлое Земли.
  • Станислав Лем в «Двадцатом путешествии Ийона Тихого» вдоволь поиздевался над темой попаданцев и человеческой историей.
  • Дж. Б. Пристли, «31 июня» (и советская экранизация): художник Сэм попадает из в современной Англии в сказочно-артурианское королевство, а его обитатели — в Британию XX в.
  • Э. Гамильтон, космоопера «Звёздные короли» и «Возвращение к звёздам». Принц и учёный Средне-Галактической Империи Зарт Арн, живущий в будущем через 200 тысяч лет, обменялся сознанием с клерком Джоном Гордоном.
  • Цикл «Седьмой меч» Дэйва Дункана: главный герой — именно инженер из современного мира, а боевые навыки получает магическим способом.
  • Уникальный вариант — попадание из далёкой эпохи в параллельный мир — встречается в романе «Потерянный легион» Гарри Тёртлдава, где римский легион, сражавшийся в Галльской войне, проваливается в фэнтезийную империю Видесс (СФК Византии XI века).
  • Персонажи книги и фильма «Крестовый поход в небеса» («Крестоносцы космоса»): крестоносцы захватили инопланетный корабль и улетели в Далёкую Галактику без возможности вернуться назад.
  • Берроуз, «Принцесса Марса». Джон Картер попал на Марс и с помощью магии узнал четвёртую планету с другой стороны.
  • «Шпага Рианона» Ли Бреккет: Метью Карс, герой этого романа одновременно попадает в прошлое и на Марс, вернее в прошлое Марса.
  • Андре Нортон, «Колдовской мир». Тут на перемещение ГГ идёт сознательно[3], и через портал попадает в совершенно незнакомый (но наиболее подходящий) мир.
  • «Тёмная Башня» — все ключевые персонажи являются ими. Прыгают из нашего мира в мир Башни, наоборот, или вообще по версиям реальности.

Сетевая[править]

  • Серия «Сталь и Пламя» Ильи Гутмана — Апион Грант попадает в средневековый мир, там становится магом, женится на дочери князя и сражается с тёмным властелином. Казалось бы, стандартная история попаданца. Ан нет, он попадает туда не из нашего мира и из нашего времени. Это попаданец из одного фэнтезийного мира в другой.
  • К. Костин (Костинов), «Очень ценный помощник» — исследуя один любопытный физический эффект, в сталинском СССР неожиданно смогли вытянуть из далёкого будущего (2010 год) человека. Попаданец оказался классическим: молодой человек с феноменальной памятью объёмом чуть меньше «Википедии», отменными физическими данными (в прошлом — сержант спецназа ГРУ). В общем, крайне, крайне полезный для советской власти человек. Маленькая проблема: Виктор оказался умным, но фанатичным антисоветчиком.

Кино[править]

  • «Иван Васильевич меняет профессию» по мотивам пьесы М. Булгакова «Иван Васильевич». В отличие от первоисточника, большая часть фильма оказалась сном.
  • Назад в будущее же ! На тормозах, потому что первое путешествие в 1955 год было заранее запланировано, но в результате атаки ливийских террористов Марти вынужденно попал в прошлое без плутония, необходимого для перемещений. А во втором фильме в результате неисправности оборудования и попадания молнии в ДеЛориан Док попадает в 1885.
  • Дилогия «Мы из будущего». В первом фильме — классическое попаданство четырёх «чёрных копателей» в пекло Великой Отечественной. Во втором в прошлое возвращаются двое из четырёх героев первого фильма (ставших к тому времени уже не криминальными «археологами», а честными историками и реконструкторами), а за компанию с ними — двое украинских националистов. По сравнению с первым фильмом во втором началось уже откровенное опухание сиквелов.
  • «Провал во времени» (Сэнгоку дзиэйтай) 1979 года. Во время военных учений, группа японских солдат сил самообороны вместе с оружием и военной техникой неожиданно проваливается во временной разлом и попадает в период Сэнгоку прямо в разгар войн за власть. Солдаты во главе с их командиром Ибу решают примкнуть к одной из сторон, возглавляемой Уэсуги Кэнсином (реальным историческим лицом), и помочь ему в войне. По теории Ибу, если сильно наследить в прошлом, то может образоваться второй разлом, через который герои смогут вернуться в своё настоящее. В своё время этот фильм шел в кинотеатрах СССР и произвел настоящий фурор.
  • «Зловещие мертвецы 3». Герой Брюса Кэмпбелла вместе со своей тачкой проваливается во временную воронку, портал созданный в финале второй части, и попадает в средневековье, в котором опять сталкивается с мертвецами, местной ведьмой и своим злобным двойником, которым опять успешно надирает задницу.

Мультсериалы[править]

  • «Подземелье драконов»: мультсериал 90-х годов. Шесть детей катались на аттракционе Dungeons & Dragons. Внезапно всё вокруг закружилось и герои угодили прямиком в Забытые Королевства, где превратились в приключенцев.

Аниме и манга[править]

  • Манга «Drifters» за авторством Кота Хирано (автора Hellsing) — нестандартный вариант, так как попаданцами в фентезийный мир с орками, гномами и драконами тут являются реальные исторические личности — от Ганнибала со Сципионом Африканским до Бутча Кэссиди, Сандэнс Кида и адмирала Ямагути, того самого, что бомбил Перл-Харбор. Примечательно, например, что один из главных героев — Ода Нобунага — тут сразу же начинает вовсю прогрессорствовать: внедрять огнестрел, учить лопоухих эльфов воевать умением и вести объединительно-завоевательные походы, то есть делать ровно все то же самое, что он делал в реальной истории.
  • Megami no Yuusha wo Taosu Gesu na Houhou: Тояма призванный внезапно королем демонов, которого уже достали герои света мешающие мирно копать картошечку.
  • Shinazu no Ryouken: основное население сеттинга способно воскреснуть и полностью исцелиться после любой смерти, кроме смерти от старости. Кто не может, те в основном попаданцы. Причем, попаданцы способны заражать других своей слабостью, а потому их ненавидят и стремятся уничтожить. А кого не уничтожат, рискует помереть от первой же болячки, так как в аптеке вам продадут разве что цианистый калий. Можно ещё влюбить в себя несколько бессмертных, тем самым лишив их суперабилок и получить за это бешеную регенерацию. Разумеется, тех кто идет на это осознанно, ненавидят ещё больше и ждет их чан с жидким азотом (расстрелять уже не получается при всем желании). Короче, хреново быть в этом сеттинге попаданцем.
  • InuYasha: Обыкновенная Японская Школьница Кагоме Хигураши из семьи синтоистких священников утаскивается демоницей-многоножкой через колодец на территории фамильного храма в эпоху Сэнгоку. В которой, оказывается, в Японии водились демоны-ёкаи и волшебные синтоисткие жрицы с буддисткими монахами.

Визуальные романы[править]

Примечания[править]

  1. Даром, что мимоходом в городе Пескове — слегка искажённом Пскове — его судьба свела с Осипом Шором (имя не называется, но описание и детали биографии, о которых рассказывает человек, однозначны). Который, на минутку, был прототипом Остапа Бендера.
  2. Первое, что делает каждый здравомыслящий Тёмный Властелин — это находит ключ к истинному бессмертию. Поэтому за все художества его нельзя казнить, но можно выкинуть в мир, где магия практически не работает — например, к нам.
  3. Собственно, у него нет выбора: ГГ — бывший военный, не нашедший себя в мирной жизни и связавшийся с преступным миром, где успел перейти дорогу кое-кому серьёзному. По его следу уже идут киллеры.