Неосмотрительная клятва

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску
« Не давши слово — крепись, а давши — держись »
— Пословица

Герой искренне клянётся, даёт честное слово, считая, что сдержать его будет легко. Однако внезапно выясняется, что никакой лёгкости тут и близко нет — и в лучшем случае окажется, что придётся приложить куда больше усилий, чем он ожидал. В худшем клятва может заставить его совершить то, что он никогда в здравом уме и твёрдой памяти совершать бы и не подумал — но теперь вынужден. Особенно грустно, если та самая клятва подкреплена магическими или божественными силами — и, будь её последствия сколь угодно мерзки, её лучше сдержать, чем нарушить. Или же в тех случаях, когда поклявшийся физически лишает себя возможности нарушить своё обещание — к каким бы последствиям это ни приводило.

Одним словом, Иисус, заявляя своим ученикам: «А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий; ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя; ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого» (Матф. 5, 33-37) — явно знал, о чём говорил.

Примеры[править]

Мифология и фольклор[править]

  • Семела, дочь Кадма сумела вынудить самого Зевса дать ей клятву исполнить любую ее просьбу, но не придумала ничего лучше как просить его явиться перед ней в своем божественном облике. Зевс пришел в ужас и пытался уговорить взять свое желание назад, но не сумев уговорить глупую и упрямую бабу, вынужден был его исполнить — Семела была немедленно обоженна насмерть божественной аурой Зевса.
  • В ту же ловушку с той же клятвой попался и Гелиос, бог Солнца, пообещав своему сыну Фаэтону что угодно, а тот возьми да возжелай один день посветить с неба вместо отца, и тщетно Гелиос пытался втолковать самоуверенному пацану, что целый день, не отклоняясь от маршрута, вести колесницу вверх и вниз по хрустальному куполу небес — это, мягко говоря, не лёгкая прогулочка. Получилось то, чего и боялся светоносный батя: неопытный возница не удержал горячих коней, подпалил и небо, и землю, и мойра знает чем бы всё закончилось, если бы тот же Зевс не сбил пошедшее вразнос светило молнией.
  • Кельтская мифология — гейс (geis или geas). Ритуальная клятва-запрет (например, не пить молока) или клятва-обязательство (например, не отказывать в гостеприимстве даже злейшему врагу). Нарушить можно — но последствия за свой счёт, а они могут быть любыми. В частности, считалось, что нарушившие гейс не переживают ночь Самайна того года, когда случилось нарушение. Истории о том, как два гейса конфликтуют друг с другом — любимая тема ирландского фольклора.
  • Зря капитан Филипп Ван дер Деккен (или Ван Страатен в других вариантах легенды), и без того проклятый пассажиркой, у которой он убил мужа\возлюбленного, из-за чего она выбросилась за борт, в ярости дал клятву обогнуть мыс Горн (либо мыс Доброй Надежды), даже если на это уйдёт целая вечность. Его услышали, и голос с неба произнёс: «Да будет так!» С тех пор «Летучий Голландец» обречен вечно бороздить моря, не в силах пробиться сквозь шторм, который отгоняет его парусник каждый раз, когда он приближается к нужному мысу.
    • Марк Твен в книге «Жизнь на Миссисипи» приводит и американский речной вариант этой истории. На Миссури, известной своим извилистым руслом и манерой постоянно менять фарватер, однажды лоцман завёл пароход не в ту протоку. Обнаружив, что судно не пройдёт, лоцман в сердцах крикнул: «Да не сойти мне с этого места!» С тех пор пароход-призрак так и мелькает время от времени в непроходимой протоке, а рулевые идущих по фарватеру судов ночью слышат гудки и крики лотовых, называющих глубину: «Два фута! Два с четвертью!»

Литература[править]

  • Легендариум Толкина — сколько угодно:
    • Клятва Фэанора и его сыновей! Если б этот «пылающий огнём» мастер не дал бы неосмотрительную клятву и не подбил бы на это своих сыновей — скольких бед бы в истории Средиземья удалось бы избежать[1]!
    • Клятва Берена Тинголу принести Сильмариль — в итоге, она привела к двум разрушениям Дориата, гномами и сыновьями Фэанора[2].
    • Клятва Финрода Фелагунда Барахиру прийти на помощь ему или любому из его родичей по первому зову. В результате, Финрод отправился в самоубийственный поход за Сильмариллом вместе с вышеупомянутым Береном — и заплатил за это своей жизнью.
    • Клятва Кэлегорма и Куруфина истребить народ Тингола — во Второй Резне поучаствовали, но и сами там полегли.
    • Клятва горцев Исильдуру — в самой клятве ничего дурного не было, но вот попытка от неё «откосить» вышла им боком.
    • Аверсия — на Совете, когда было принято решение отправить Хранителя Кольца и его спутников в Мордор, Элронд прямо и недвусмысленно говорит, что ни с одного из членов отряда не будет взята никакая клятва — и осаживает Гимли, который как раз её дать бы хотел. Владыка Ривенделла, живущий на свете не первую тысячу лет и наблюдавший часть из описанных выше событий лично (и уж точно знавший о них — в конце концов, Берен был его родным дедом), прекрасно понимал, чем может кончиться дело.
  • «Валькирия» М. Семёновой — гейсы, наложенные на вождя Бренна, просто не могли не прийти в конфликт друг с другом: он не должен пить молоко и при этом не должен отказываться от угощения. А о том, что однажды его могут угостить молоком, никто как-то не подумал. После нарушения одного гейса нарушения второго и третьего (не должен стоять под берёзой) были лишь вопросом времени, но закончилось всё благополучно.
  • Гарри Поттер — несколько раз:
    • Кинул записку со своим именем в Кубок — поздравляю: если Кубок тебя выбрал, то ты не имеешь права уклониться от состязания, какую бы жуть организаторы Турнира ни придумали.
    • В детстве Фред и Джордж Уизли едва не заставили своего брата Рона дать Непреложный Обет (на секунду — Рону было пять лет), который убивает нарушившего. О смысле обета ничего не говорится — но это явно не та вещь, которой можно играть (даже если они пытались заставить Рона поклясться есть манную кашу с пенками, не морщась и не капризничая). Немудрено, что Артур Уизли, их отец, обычно даже чересчур мягкий с детьми, узнав о «милой шуточке» семилетних близнецов — выпорол их обоих без малейшей жалости.
    • Непреложный Обет, который Северус Снейп дал Нарциссе Малфой — помочь её сыну Драко выполнить его задание. Задание было ни много ни мало — убить Альбуса Дамблдора, директора Хогвартса и величайшего светлого волшебника Магической Великобритании. К счастью для Северуса, смерть вполне входила в планы Дамблдора.
  • Дозоры — для Светлого мага неисполнение любого обещания хоть другому Иному, хоть простому смертному означает развоплощение. Единственное исключение — если клятва в принципе невыполнима. Зато Тёмный маг может послать нафиг любого — если только не поклялся Изначальной Тьмой, которую нафиг уже не пошлёшь.
    • В частности, Антон Городецкий понимает, что существует реальная (но очень неприятная) возможность превращения человека в Иного, как раз потому что некий высокопоставленный Иной устроил опасную игру с целью избежать исполнения опрометчивого обещания.
  • Сага о ведьмаке — на клятве основано Право Неожиданности (целиком позаимствованное из славянского фольклора). В обмен на какую-либо услугу тот, кто её получил, клянётся отдать то, что оставил дома, но о чём не знает и чего не ожидает. Обычно в итоге поклявшийся должен отдать ребёнка. По Праву Неожиданности Йож из Эрленвальда (он же Дани, он же император Нильфгаарда Эмгыр) получил в жёны принцессу Цинтры Паветту, а сам Геральт — Цири, причём два раза (первый раз её пообещал отец, не зная, что Паветта уже беременна, второй раз — купец Йурга, которому Геральт спас жизнь, и который не знал, что в его отсутствие жена подобрала и приютила бездомную девочку[3]).
  • «Королева Элинор» С. Маршака (по мотивам английской народной баллады — но Маршак крайне вольно относился к оригиналам) — умирает королева Британии, перед смертью просит привести исповедника из её родной Франции — «но пока из Парижа попов привезешь, королеве настанет конец». В результате король и его лорд-маршал, обрядившись во францисканские рясы, играют перед умирающей королевой монахов, которые только что сошли с корабля — и слышат на исповеди такое, что жизнь лорда-маршала спасает лишь неосмотрительно данная королём клятва: «Я клянусь тебе жизнью и троном своим: если ты виноват предо мной, из дворца моего ты уйдешь невредим и прощенный вернешься домой».

Аниме и манга[править]

  • Ranma 1/2 — Ранма в свое время неосмотрительно дал обещание, что никому не расскажет о проклятье Рёги. Поэтому, теперь он никак не может объяснить своей невесте, что ее ручной поросенок, это вообще-то Рёга и есть. Чем Рёга бессовестно и пользуется.

Музыка[править]

  • «Оргия Праведников», «Рассказ Короля-Ондатры о рыбной ловле в пятницу» — зря Король-Ондатра поклялся страшной Клятвой Крови, что отведает жир Рыбы, дающей колдовскую силу. Как оказалось, единственная наживка на ту Рыбу — глаза его брата, Короля Птиц. В итоге Ондатра вызвал брата на поединок, одолел его, вырвал глаза и выловил на них Рыбу — но впрок ему эта пища не пошла.

Настольные игры[править]

  • Warhammer 40,000 — орден Палачей в своё время дал клятву ордену Астральных Когтей, который фактически спас их от уничтожения ксеносами, что придёт к ним на помощь по первому зову. Увы, когда пришло время исполнять клятву, Палачи внезапно выяснили, что сражаться им придётся не с ксеносами или хаоситами, а против родного Империума, который объявил Астральных Когтей отступниками. В принципе, они вполне могли плюнуть на древнюю клятву с учётом данных обстоятельств, и никто бы их не осудил за это, но так уж сложилось, что конкретно эти Астартес очень серьёзно относились к чести и данному слову. Поэтому Палачи, скрипя зубами, выступили на стороне отступников, а потом, после поражения Астральных Когтей, смиренно приняли наказание за участие в этой ереси, отправившись в искупительный поход.

Видеоигры[править]

  • Divinity: Original Sin II — несколько персонажей приняли завет Короля-бога. Про тех, кто сделал это добровольно сказать нечего, но некоторые приняли завет от отчаяния. Да, Король-бог способен наделить невероятным могуществом и даже способен воскресить своих последователей. Но ценой за принятие Завета становится пожизненное и посмертное исполнение воли Короля-бога. Попробуешь ослушаться — умрёшь, а разорвать Завет очень сложно.

Примечания[править]

  1. В некоторой мере тут вина валар — выведя эльфов в Аман, они нарушили изначальный замысел Творца относительно как эльфов, так и людей. Эльфам отводилась роль предтечей и учителей людей. Вернувшиеся в Средиземье, нолдор частично его сумели исполнить, став таки, наставниками для малой части людей, пусть и плохими наставниками… Также они спасли синдар Средиземья от истребления и несколько столетий сдерживали армию Мелькора. То что гениальный король нолдор Феанор повел себя в критических ситуациях как вспыльчивый недалекий и легковнушаемый жадина крайне испортило ситуацию.
  2. Опять эльфы пострадали от того что ими правил недалекий жлоб, давший Берену заведомо невыполнимое задание и принудивший дать его эту клятву.
  3. Что любопытно, Йурга знал о Праве Неожиданности и, везя к себе домой раненого ведьмака, прямо говорит: мол, жена у меня больше рожать не может — но так и быть, одного из сыновей отдам, пусть на ведьмака учится, достойная профессия.