Миф

Материал из Викитропов
Перейти к навигации Перейти к поиску

Если вы искали серию юмористического фэнтези Роберта Асприна, то вам сюда.

Миф — это прежде всего то, во что верят. При самом широком определении мифы окружают нас буквально всюду. Скажем, мясо окружает миф, что это более «мужественная» еда, и хотя некоторая растительная пища может не отличаться по химическому составу, на неё не будет распространяться этот миф. Но нам конечно интересно более узкое понятие мифа. В этом смысле миф — это столкновение обыденного, повседневного, личностного с иным, далёким, потусторонним, внешне-историческим[1]. Пункт про обыденное, повседневное, личностное, здесь важен, поскольку для носителя мифа этот миф предельно реален и ощутим: это не некая догма, метафизическое построение, наука, не что-то далёкое, а то что действует реально, здесь и сейчас: боги действуют всегда и везде, духи домов, полей, лесов всегда присутствуют вокруг и т. д. Уточнение же о внешне-историческом необходимо для узкого понимания мифа, иначе мы не сможем отличить миф о чашечке кофе от мифа о Зевсе, который нас интересует: всё же все эти боги, духи, цари существуют где-то в «другом» месте, живут своей жизнью, и эти мифы интересны нам этим «другим».
Изначально греческое слово «миф» значило «рассказ», и это тоже важный аспект узкого понимания мифа. Нам интересны именно повествовательные мифы — о богах, героях, сотворении, изменении мира, конце света. Но если сведём миф к одному лишь повествованию, то отсечём миф как ощущение. О домовых, леших, оживших мертвецах, конечно, бывают рассказы-былички и поверья, но миф прежде всего ощущение обыденной жизни, тут важны обыденные понятия. Такими ощущениями, понятиями является то, что вампиров надо пригласить в дом, чтобы они вошли, что эльфы похищают детей и т. д., а миф формируется уже на основе этих ощущений.
Отличие сказки от мифа — простейшее: в миф верят, в сказку — нет. При этом по структуре миф (как рассказ) и сказка могут вовсе не отличаться, рассказывать об одном и том же. По Проппу, миф превращается в сказку, когда в него перестают верить. Впрочем, вероятно это лишь отчасти верно. Какие-то мифы переходят в сказки, но надо понимать, что мифы (рассказы) и сказки — это простейшие сюжетные структуры, которые легко передаются в народной памяти и легко создаются заново и перетасовываются. «Атомы» сюжета передаются из поколения в поколение, их вид чуть меняется (в случае мифов — несознательно, в случае сказок — и несознательно, и сознательно), из знакомых атомов могут создать новую сказку. И миф в значении ощущения, и миф в значении рассказа, и сказка — это хаос, бурлящий котёл, который и сейчас не утих, несмотря на то что народное творчество сильно вытеснено масс-медиа.
Именно потому что это хаос, также не стоит однозначно сводить миф к каким-то единым, каноничным версиям, описаниям событий и персонажей. Да, такие каноничные версии могут быть, появиться на основе хаотичного народного мифа — как Илиада Гомера и Теогония Гесиода, и они могут стать авторитетными и впоследствии формировать представления, влиять на хаос мифологии, но он всё же останется хаосом. Даже на фоне христианства появляется народное христианство, где Илья Пророк летает на колеснице и мечет молнии. Однако не-носителям мифа всё же приходится воспринимать «фиксированные» версии: будь они древние, как Илиада и Теогония, или записанные мифологами. Из-за этого в массовой культуре создаётся иллюзия, будто каждая мифология — это что-то конкретное, например будто у греческих богов есть одна определённая генеалогия (на самом деле у каждого бога есть столько версий отцов и детей, что запутаешься). В этом кстати есть риск для мифологов — подать через призму своего сознания, создать «кабинетную мифологию», миф о мифе. Но что есть, то есть.

Также с формальной точки зрения миф находится на грани между фактуарным и фиктивным произведением — он, как и фактуарное произведение, не требует отказа от недоверия, для носителя мифа описанные в нём события абсолютно реальны, Зевс существует точно в том же смысле, в котором существовал Наполеон, но не в том, в котором существуют курочка Ряба или Фродо Бэггинс.
Но при этом описанное в мифе истинно и непреложно так же, как описанное в фиктивном произведении. Историки могут (теоретически) установить, что Наполеон вовсе не умер в 1821 году на острове Святой Елены, а сбежал на Мадагаскар. Это изменит наше знание о реальном Наполеоне, но не о персонаже романа "Война и мир". Если же нам сообщат, что Фродо Бэггинс родился вовсе не в Шире, а во Франции, мы сочтём, что сообщивший сие бредит. И точно то же мы подумаем о том, кто сообщит, что Зевс сидел не на Олимпе, а на Эльбрусе или в Валгалле.

Современным людям интересно изучать мифы не только потому что это увлекательные чудесные сюжеты, но и потому что это одна из важнейших частей национальной культуры. Это и повод гордости за свой народ, и интересная экзотика других народов.

И конечно, миф это главный материал для создания фэнтези и прочего современного магического творчества. Но сказки ненамного отстают от него по важности, и для современного автора это плюс-минус одно и то же — интересные рассказы, в которые давно не верят.

Наиболее важные работы мифологов[править]

  • Владимир Пропп, Морфология волшебной сказки, Исторические корни волшебной сказки — хотя это прежде всего о сказках, эти работы также рассматривают связь сказки, мифа и обряда.
  • Джеймс Фрезер, Золотая ветвь — предшественник Проппа в вопросе связи мифа и обряда. При этом — отличный сборник мифологических сюжетов.
  • Карл Густав Юнг, Человек и его символы — об образах, которые (по версии Юнга) есть в головах у всех, и которые соответственно формируют мифы.
  • Люсьен Леви-Брюль, Первобытное мышление — название говорит за себя. Обругано Лосевым за то что не рассматривает миф с позиции носителей, но тоже важная работа.
  • Алексей Лосев, Диалектика мифа — детально рассматривается, что такое миф и чем он НЕ является. Осторожно, громоздкие диалектические рассуждения.
  • Джозеф Кэмпбелл, Тысячеликий герой — о типичном пути героя, который повторяется во многих мифах, сказках и в современном масс-медиа (как мы и говорили, сюжеты мифов и сказок — это простые структуры, которые вечно повторяются).
  • Мирча Элиаде, Миф о вечном возвращении — о том, что миф — это возвращение к началу начал. Обряды и рассказы повторяют представления о том, как мир стал таким, каков он есть.
  • Джон Толкин:
    • О волшебной сказке — здесь «сказка» в очень широком смысле, включающем и мифы — автор назвал Евангелие лучшей сказкой, хотя для него оно конечно же было мифом;
    • Беовульф: Чудовища и критики — хотя это больше о конкретном произведении, оно неплохо рассказывает о мифе в целом и мифическом восприятии в древности.

Наиболее известные мифологии[править]

  • Греко-римская — хорошо сохранилась, потому что её много записывали ещё в древности. Сильно влияла на европейскую культуру и искусство и во времена христианства.
  • Египетская — её записи ещё древнее. Очень популярна в современной массовой культуре ещё со времён колониализма. Собственно, и в средневековье о Египте помнили как о загадочной стране магов, но тогда у европейцев не было никакой инфы о настоящей египетской мифологии, её представляли через призму греков, Библии и гностиков. В массовом сознании, в отличие от греческой, там целиком про богов и ничего про героев, но следует помнить, что фараоны считались потомками богов и им тоже приписывались чудеса, так что египетские полубоги были прямо здесь[2].
  • Шумеро-аккадская — даже древнее египетской, к ней относится самый древний известный эпос — о Гильгамеше. О ней вспомнили только благодаря археологам. А в те далёкие времена была весьма влиятельна — богов, мифы и обряды оттуда адаптировали и хетты (индо-европейцы в Малой Азии), и хурриты (генетические предки армян), смешивая со своими исконными богами и мифами.
  • Западно-семитская — не путать с шумеро-аккадской, хотя они конечно родственны (аккадцы — восточные семиты, и их образы смешались с образами шумеров, совсем иного народа). Сейчас больше известна в негативном свете, по образам из Библии и истории римлян, которые воевали с Карфагеном. Человеческие жертвоприношения там конечно и правда нередко были… По версии скептиков иудаизм эволюционировал от одного из вариантов этой мифологии.
  • Арабская — близкий родственник западносемитской, в «высоком» варианте вытеснена исламом (а в низком — до сих пор веруют в джиннов). Примечательно, что хадж, священный город Мекка, чёрный куб Кааба идут ещё из доисламских верований, только в Мекке было 360 божеств, и аналогичные «каабы» бывали в других местах, посвящённые разным богам. Есть несколько божеств дождя (что логично, если у большинства других мифологий много богов плодородия, то пустынникам остаётся надеяться на дождь). В современной культуре арабская мифология в основном известна через сказки с джиннами разных разновидностей и птицами рух (которые правда возникли с участием Персии с симургом, Индии с гарудами и Мадагаскара с реальными гигантскими птицами, но равно и джинны теперь есть в мифологиях многих исламских народов, не только арабов).
  • Германо-скандинавская — о ней хорошо известно, потому что в Исландии записали большие тексты — Старшую Эдду и Младшую Эдду. Более отрывочные сведения есть и во многих других текстах Германии, континентальной Скандинавии и Англии. Как Песнь о Нибелунгах. Впрочем, всё это записывалось уже в христианские времена, поэтому трудно судить, что и насколько там аутентично и во что и насколько тогда верили. Впрочем, в эльфов в Исландии верят до сих пор… Один из главных прообразов современного фэнтези.
  • Кельтская — сохранилась тоже неплохо, в разных вариантах — ирландском, валлийском, шотландском. Артуриана тоже отсюда, правда она со временем претерпела существенные мутации. Тоже один из прототипов современного фэнтези, а также неоязычества.
  • Славянская — а вот она сохранилась весьма скудно. Конечно, если поскрести, найдётся много чего интересного. Но это трудно, претерпевает кучу рисков появления кабинетной мифологии. И на этой пустоте многие националисты и неозяычники (и восточных, и западных, и южных славян) часто придумывают совершеннейший бред, выдавая это за подлинную мифологию. Люди, если вам интересна родная мифология, ищите как следует, проверяйте источники, не верьте тем кто хочет «раскрыть великую Правду, которую учёные скрывают». Но это конечно речь прежде всего о «высшей» мифологии, с богами и героями. А низшая — с домовыми, лешими, водяными, вампирами — сохранилась хорошо, как впрочем и везде.
  • Финно-угорская — более всего известна эпосом, созданном из народных источников уже в 19 веке — Калевалой, которую некоторые ставят в один ряд с Илиадой. Вслед за финнами многие другие финно-угры тоже стали восстанавливать свой эпос — так появились Калевипоэг, Биармия и другое.
  • Иранская — ближайший родственник индийской. На её основе возникла одна из древнейших почти монотеистических религий откровения с канонической книгой — зороастризм (правда это ещё большой вопрос, древнее он иудаизма или нет). Повлияла на мифологии других народов Ближнего и Среднего Востока, такие существа как пери и дэвы — это оттуда.
  • Индийская — также записывалась с довольно древних времён, а кроме того древние верования сохраняются до сих пор. У европейца может сложиться ложное ощущение, будто она едина и фиксирована — из-за Вед, концепции Тримурти и т. д. На самом деле есть огромное количество видов индийской мифологии в разные эпохи и в разных местах, Шиву или Вишну разные люди считали единственным самым главным богом, и Тримурти — концепция, возникшая для объединения индийских народов, не такая уж важная для самих индийцев.
  • Японская — примечательна тем, что весь этот фольклорный хаос с тысячами ками и ёкаев умудрились объединить в единую догматическую систему, где главная ценность — это мировой порядок, а богом действительно может стать что и кто угодно[3].
  • Вуду — верования некоторых народов западной Африки, стран Карибского бассейна и Южной Америки, смешавшиеся с христианством в причудливую смесь, которая к тому же ещё и своя в каждом регионе.
  • Мезоамериканская — более всего известна кровавыми (особенно у ацтеков) жертвоприношениями богам (Солнцу или пернатому змею Кукулькану/Кетцалькоатлю), а также циклами календаря, в конце которых старый мир уничтожается, и начинается новый — перед 2012 годом был большой ажиотаж. Прибывших европейцев по легенде приняли за богов (которые, считалось, уплыли за море). Из Мезоамерики пошло современное представление о «тихоокеанской Атлантиде» — затонувшем континенте Му. На самом деле представление зародилось скорее всего из описки в индейском тексте. Есть остатки древней культуры в современной Мексике, смешанные с христианством, самое известное — праздник День Смерти.
  • Некоторые менее популярные мифологии, в массовой культуре известные одним-двумя элементами. Более подробно можете почитать, перейдя по ссылкам, если есть.
    • Австралийская — известна Временем Снов — неким абстрактным параллельным временем, где живут герои древности, с которым можно соединиться во сне.
    • Полинезийская — известна концепцией маны (которая исходно была скорее удачей, чем энергией, впрочем могла ассоциироваться с определёнными островами, так что соперничество за эти острова — вполне себе соперничество за магический ресурс), а также вулканическими богами, особенно гавайской Пеле с её трагической историей любви. Возможно, некоторые элементы полинезийской мифологии будут популяризированы мультфильмом «Моана» — от героя-демиурга Мауи до карликов-мореплавателей. А может и не будут, и станут только с этим мультиком и ассоциироваться.
    • Индейцев Северной Америки (неважно, что это вообще-то много разных народов, в массовой культуре они ничем не отличаются, хотя конечно у них были и обширные объединения) — великий дух Маниту, пронизывающий всю природу, гигантская Громовая Птица, северный дух-людоед вендиго.
    • Как ни странно, китайская, несмотря на величие этой страны. Дело в том, что в Китае большую часть истории светская идеология была важнее, чем религия и мифология, и данные о мифах ограничиваются сборниками рассказов о диковинках для развлечения. Китайская мифология чаще интересна как предтеча и родственник японской (например, хитрые волшебные лисы перешли в Японию из Китая, также Кирин более известен, чем Цлинь). Также популярные китайские вещи — нечто относящееся скорее к религии, философии и оккультизму, чем собственно к мифам — энергия ци и гимнастика ци-гун, Книга Перемен, фэнь-шуй, даосизм. Собственно из китайской мифологии, помимо драконов, наиболее известен Сунь Укун, и то что на Небесах есть какой Император.
    • Из мифов народа аканов/ашанти (проживающих частично на тех же территориях Африки и Америки, где исповедуют Вуду, но совпадение небольшое) популярен паучок-трикстер Ананси. В современной культуре во многом символизирует тему африканцев афроамериканцев вообще.

Примечания[править]

  1. В строгой диалектической формулировке Лосева — именно «столкновение личностного с внешне-историческим», но чтобы не разжёвывать каждое из этих понятий, приведём такие простые синонимы. Для наших нужд хватит. Да, можно сказать «внешне-историческим», ведь мифы могут быть не только о богах и волшебниках, но и реальных королях, о Петре I, при этом для носителя мифа боги и волшебники не менее, а по мнению Умберто Эко и более историчны, чем короли.
  2. Хотя и у греков считалось, что цари происходят от полубогов, а значит и от богов, но их всё-таки настолько не отождествляли, и они оставались в тени предков — Геракла, Персея и других.
  3. Один из самых любопытных случаев обожествления — это святилище в Уто (префектура Кумамото), где как Мать Моря почитается Кэтлин Дрю-Бейкер (1901—1957), английская исследовательница, описавшая полный цикл жизни водорослей рода порфира («нори»). Именно на основе работ Дрю-Бейкер японские биологи разработали технологию искусственного выращивания нори на морских фермах (дикорастущие водоросли после Второй мировой на японском побережье практически исчезли: загрязнение прибрежных вод плюс серия тайфунов уничтожили их среду обитания). Что интересно, сама «Мать Моря» в Японии не бывала и даже о ней не думала: порфиру едят и на Британских островах, особенно в Уэльсе.